Боярышня. Глава рода. Продолжение - Нина Петровна Ахминеева

лояльность короне. Убедительно вас прошу не заниматься самодеятельностью. Просто доверьтесь мне. Договорились?

— Да, — выдохнула Анфиса Тимофеевна.

— Вот и славно. А теперь пойдёмте, — встав, юрист помог клиентке подняться. И вместе с ней направился к дверям.

— Где можно оставить верхнюю одежду? — поинтересовалась Анфиса Тимофеевна, расстёгивая на ходу оставшиеся пуговицы.

— Не рекомендую этого делать. В том помещении где будет проходить слушание ненамного теплее, чем на улице: охлаждение включено на полную мощность. Но лучше уж так, чем преть в духоте.

— И то верно, — Анфиса Тимофеевна впервые за время беседы улыбнулась юристу.

Женщина прекрасно понимала, что глава боярского рода Силантьевых помогает ей не по доброте душевной. И вполне обоснованно подозревала, что боярин нацелился на графитовый рудник Апраксиных. Однако за бесценок продавать рудник Анфиса Тимофеевна не собиралась. Ни при каких обстоятельствах!

«С Олегом Олеговичем я непременно найду общий язык. Сейчас эту грязную серебряную ведьму осудят, и снова всё будет хорошо», — подумала Анфиса Тимофеевна.

Окончательно воспрянув духом, она гордо шествовала по коридору вместе с юристом. В том, что серебряную ведьму осудят, бывшая боярыня Апраксина ничуть не сомневалась. После отказа Александры поговорить по телефону, Анфиса Тимофеевна настолько оскорбилась, что даже в мыслях не желала называть её дочерью.

* * *

За полтора часа до этого. Особняк Апраксиных

— Гадство, ничего не получается, — раздражённо буркнула я и бросила шпильки на туалетный столик.

«А что должно получиться?» — флегматично уточнил Або.

— Да косу хотела заплести вокруг головы, — объясняя, я покрутила пальцем над макушкой. — Причёска простая. Но у меня руки растут не из того места!

«М-м-м-м, — вдумчиво протянул ушастик. — Не замечал. Внешне выглядишь вполне нормально. На уродца непохожа».

— Прекращай, — попросила я, морщась. — Видишь же, что не до шуток мне.

«Вижу. Ещё и твой эмоциональный фон считываю. Он мне со вчерашнего вечера не нравится», — прозрачно намекнул Або.

Я грозно нахмурилась и неохотно признала, что лопоухий психолог прав. Вчера после просмотра «кино» Дима пробыл со мной часа полтора, не больше. И нет, мы не миловались, а разговаривали. Причём наше общение больше всего походило не на беседу супругов, а на производственное совещание! Муж ещё и ночевать не пришёл. Ну да, предупредил, что будет занят. Да и Або заверил, что с Рюриковичем все в полном порядке. Однако интуиция всё громче и громче нашёптывала о беде.

Не схожу ли я с ума?

Ногти впились в ладони. Тяжело дыша, я исподлобья посмотрела на своё отражение в зеркале.

Зашибись, красотка. Подданные, вне сомнений, оценят. На голове чёрт знает, что: волосы разве что дыбом не стоят. И платье это дурацкое! Я в нём как шпикачка в обмороке! Так всё. Успокаиваюсь.

Я закрыла глаза, через три удара сердца открыла.

— Так лучше? — спросила безучастно.

«Перестаралась малехо. На лича стала похожа», — съязвил лопоухий.

— Тебе не угодишь, — парировала я, рассматривая зеркального двойника.

Теперь, когда эмоции утихли, понимала, что выгляжу не так уж и кошмарно. Действительно, платье в груди и «талии» маловато. Однако не критично. А вот с волосами определённо надо что-то делать.

«Саш, к тебе гости», — прервав ход мыслей, огорошил Або.

«Кто?» — спросила я мысленно.

«Сейчас увидишь».

В дверь предупредительно постучали. Спустя миг, в комнату вошла… «горничная».

— Доброе утро, Александра, — уважительно поздоровалась Наталья.

Подойдя к кровати, она положила на покрывало роскошную длинную шубу из серебристого соболя и изумительное вязаное платье благородного серого цвета.

Наблюдая за женщиной, я про себя хмыкнула. Дима вчера предложил мне подумать на тему: подойдёт ли Наталья на должность обер-гофмейстерины? Видимо, решил не терять времени, оттого и прислал претендентку с утра пораньше. Вопрос: об одежде для меня муж побеспокоился или личная инициатива «горничной»?

Отвечая на незаданный вопрос, сотрудница спецслужбы пояснила:

— Вещи вам Димитрий Иоаннович прислал. Просил передать, что в зале судебного заседания весьма прохладно. И верхнюю одежду лучше не снимать.

— Спасибо, Наталья, — я скупо улыбнулась. Немного подумав, спросила: — Поможете мне с волосами?

— Конечно, — лаконично ответив, «горничная» подошла, встала за спиной. Глядя на меня в зеркало, поинтересовалась: — Что бы вам хотелось?

— Косу-корону. Сумеете?

— Без проблем, — обронила Наталья. И буквально через десять минут, я стала обладательницей элегантной причёски. Внимательно оглядев плоды своего труда, сотрудница спецслужбы без тени смущения посоветовала: — Наденьте то платье, что я принесла. Оно вам будет впору. Это узко.

— Вы правы, — согласилась я.

Встав с пуфика, подошла к кровати. С помощью «горничной», аккуратно, так чтобы не повредить причёску, сняла старое платье и надела новое.

Что-то поправив в косе, Наталья шагнула назад. Осмотрев меня, вынесла вердикт:

— Вы великолепны.

Выудив из кармана широкой юбки уже знакомую мне переносную трубку, сотрудница спецслужбы смущённо кашлянула и призналась:

— Это устройство — экспериментальный образец. Но на мой взгляд гораздо удобнее стационарного телефона. Да и прослушать невозможно: защита мощная. Решила вам оставить.

— Спасибо, — искренне поблагодарив, я взяла трубку. Задумчиво глядя на «горничную», спросила: — Вы хотели бы служить императрице?

— Безусловно. Это огромная честь. Но его величество ещё не женат, — осторожно подметила Наталья.

О как. Сегодня вся империя узнает о моём статусе. Однако, отправляя ко мне потенциальную «сотрудницу», Димитрий Иоаннович ничего ей не сказал. Почему? Потому что мой муж — хитрец.

Пристально посмотрев в глаза женщины, я усмехнулась. Сотрудница тайной канцелярии поняла всё без слов. Стремительно побледнев, она склонилась предо мной в низком реверансе. Не смея поднять на меня взгляда, тихо сказала:

— Ваше величество, прошу прощения за свою фамильярность. Я не имела права называть вас по имени.

Так-то да. Однако наедине и с разрешения императрицы — это не возбраняется. Молодец Наталья, с ходу начала прощупывать дозволенные границы. Впрочем, давать ей добро на «дружбу» однозначно рано. Присмотрюсь, а после решу, насколько близко можно к себе подпускать. Какую ж должность ей предложить? Жить во дворце у меня нет никакого желания. Так что обер-гофмейстерина пока не нужна. А вот кто-то типа фрейлины-телохранительницы очень даже пригодится.

— Встаньте. Не надо себя корить. Вы не знали о моём статусе, — напомнила я женщине об очевидном и невозмутимо объявила: — Предлагаю вам стать моей статс-дамой. Что скажете?

— Государыня, от всей души благодарю вас за столь высокое доверие, — Наталья вновь присела в реверансе.