Галопом по космоворотам - Александр Бычевский

у тебя есть что-нибудь на обмен? — её брови подпрыгнули два раза намекая на мозговышибатель.

— Могу дать один патрон.

Таксистка с сомнением посмотрела на вымученную улыбку. Затем заглянула в глаза Джонни. В них пряталось что-то неуловимое. Недоступное пониманию. Не оставляющее ничего, кроме как согласиться. То с каким выражением лица он потянул за откидной рычаг крепления барабана и вытащил оттуда одинокого друга – напоминало таксистке расставание отца и сына. Пират старался держаться как можно мужественнее, когда отдавал патрон.

— Спасибо? — как-то неуверенно проговорила таксистка, не видев ничего более странного за последние пару лет.

Пират ничего не ответил, занимая голову мыслями о том, где разжиться патронами, а потом устало махнул рукой. «Три штуки - тоже сносно», — произнес Джонни и плюхнулся поудобнее на заднее сидение.

Машинка поднялась на высоту второго этажа и тут же влетела в пробку. Облететь её не представлялось возможным: по правую и левую руку тянулись дома и гостиницы, где останавливались смирившиеся с положением дел; сверху виднелась едва заметная голубая рябь, чье надоедливое жужжание ничем не отличалось от любого другого энергетического поля. Слушай завывания таксистки в такт электронной долбежки, Джонни спасся, провалившись в сон. Очнулся он где-то недалеко от лагеря «Восточная очередь». Четыре часа в чертовой пробке, а улица Шекли ещё даже не показалась на горизонте! Таксистка энергично рассказывала о том, что добраться до улицы Шекли нельзя по воздуху, поэтому пирату придется взять повозку. Он не стал вдаваться в подробности, потому что хотел поскорее вдохнуть свежего воздуха.

Запах свежескошенной травы пробудил воспоминания о далеком доме. Когда ты растешь в деревне, где нет никакой валюты, только старый-добрый бартер – ты знаешь, что при должном рвении всегда можно что-нибудь да выменять. Иногда настолько роскошное, как первые «поистине умные часы». Отцу Джонни они пришлись по душе, ведь хранили в себе всю библиотеку вселенной. Он читал перед сном сыну многочисленные истории о приключениях, пиратах и всем остальном. Увидев, как две блестяшки Джонни поблескивают от слова «приключение», а с лица мальчонки не сходит мечтательная улыбка – отец сделал то на что не решился сам: отправил сына к родственникам в столицу. И сейчас, стоя перед огромными железными воротами, скрывающими лагерь «Восточная очередь», сын жалеет, что отец давно предан земле. Старику бы понравились эти зеленые луга, пестрые цветы и нимфы всех рас и размеров. Прежде, чем войти Джонни запустил руку в карман, чтобы найти что-нибудь подходящее для обмена. Пачка сигарет, несколько российских дореволюционных монет, колода карт и от конфеты фант. Вряд ли такое выменяешь на что-нибудь сносное. В другом кармане ютились: грецкий орех, заколка Кейт и зажигалка. Ещё на нем одета куртка, которую ему подарил друг, умерший от пришельца со 111 планеты и часы, показывающее в этой вселенной лишь надпись «нет сигнала». Задумавшийся Джонни не заметил, как к нему подкрался извозчик.

— Вам в какой-то конкретно палаточный уголок или… сэр? — учтивая манера старика располагала, но Джонни знал, что водители любого транспортного средства, вне зависимости от габаритов – обдерут тебя до нитки, поэтому недоверчиво ответил: «В конец улицы Шекли».

— Пятая авеню или пересечение с улицей Адамса, сэр?

— Пятая.

— Двести талонов и домчу за шесть часов, сэр!

Серебряному хотелось расчехлить мозговышибатель и отправить вымогателя к праотцам, но стоявшие неподалеку офицеры жадно облизывающиеся при взгляде на распознанный помысел - отбили это желание. Если мозговышибатель достанется кому-либо как трофей, то точно не двум тучным бюрократам.

Вымогатель снял шляпу, провел рукой по прилизанным седым волосам и улыбнулся так, будто у Серебряного нет иного выбора, кроме, как обнищать ещё на один патрон.

— Ладно, сто пятьдесят, если найдешь их за час, — без капельки прежней учтивости произнес старик.

— В карты не играете? — обратился к офицерам Серебряный. Те самодовольно кивнули. — Запрягай лошадей!

— Да ты самоуверен, парниша!

Все, кто знали Серебряного – не играли с ним в карты из-за ловкости рук, которой позавидовал бы даже сам маэстро Мудини, показывающий фокусы со своими мудями, но зато какие! «Пропажа яйца», «летающий хер», «хер за воротник», и многие-многие другие, которые и в подметки не годятся тому, как Джонни меняет карты на глазах офицерья. Один из них подметил что-то необычное и попросил показать, что у Джонни спрятано в руке, тот раскрыл ладонь и показал тому орех. Другие игроки засмеялись над ним, а пока смех разносился по уютной улочке с межвселенскими кафе на стол запрыгнула белка. Видок у нее отчаянный. Повязка на глазу, как у пирата, несколько шрамов украшающих брюшко и два вставных, золотых зуба. Она с замиранием хвоста смотрела на орех. Джонни понимал, что если не даст взятку, то та, как на духу выложит все трюки обладателя ловких рук, которым уже вряд ли бы позавидовал знаменитый Мудини.

— Достопочтенные офицеры, — почтительно трещала белка. — Меня зовут Рарм, и я ветеран второй совиной… — один из офицеров взоржал.

— Ветеран!

— Да закройся ты, Эрик! — рявкнул старший.

— Спасибо, вам, полковник, — белка учтиво поклонилась. Джонни кивнул всем остальным, чтобы они, последовав его примеру положили карты. — Сидя на своем посту, я увидел это чудо, которое не видел со времен, как попал в эту вселенную… Ох, если бы хозяин ореха дал бы мне это великолепие… Я бы рассказал ему о том, кто скрывается под кронами деревьев! — все за исключением пирата посмотрели на деревья за забором лагеря, пытаясь рассмотреть какой-нибудь силуэт.

Пухлый офицер, почесал щетину и пожал плечами, старший офицер вскинул брови и кивнул Джонни. Тот наиграно закатив глаза легонько кивнул и протянул белке орех.

— Возьми, Рарм, но прежде, расскажи, кто скрывается под кронами?

— Как вас зовут, о, щедрый спаситель?

— Джонни, — обаятельно улыбнулся пират.

Если бы сейчас офицеры уличили его в жульничестве, то простили бы всё из-за улыбки, от вида которой у официантки подкосились ноги. Споткнувшись она уронила поднос с едой на голову свиножиров с планеты Свиней, которым плевать уронила ли она еду или нет – они будут мерзко слизывать её друг с друга, да даже если бы она упала на кафельный пол в бюрократическом туалете.

— СОВЫ, СРАНЫЕ СОВЫ, ОНИ НА ДЕРЕВЬЯХ, ДЖОННИ! — наигранно паниковала белка. — СЕРЖАНТ ОБЕЩАЛ МНЕ, ЧТО МЫ ВЕРНЕМСЯ ВМЕСТЕ ДОМОЙ! У НЕГО ДУПЛО НЕДАЛЕКО ОТ ТОГО, ГДЕ ЖИЛА МОЯ СЕМЬЯ! МЫ ХОТЕЛИ ДРУЖИТЬ СЕМЬЯМИ И ДОБЫВАТЬ ОРЕШКИ,