Галопом по космоворотам - Александр Бычевский

— Ладно, хорошо, — Джонни убрал пистолет в кобуру. — Прохвост I, сколько вы уже в этой очереди?

— Около-с трёх лет-с, а если-с быть-с точным-с…

— У нас нет трёх лет, — взмахнул рукой Док.

— А тут ни у кого-с их нет-с. Вот там, — ящер вильнул куда-то в сторону полицейского кордона, — приобретете-с палатку-с, да еду на сегодня-с, а потом-с приходите-с к нам. И поверьте-с это лучше, чем к людя́м-с!

— С? Спасибо-с, — произнес Док тем самым заставив Джонни быстро моргать, словно пытаясь сопоставить это поведение и «великий ум».

— Может быть Ящер? — ящер и два Д недоуменно посмотрели на Хьюго, тот поджал нижнюю губу и отвел взгляд куда-то в сторону вертела.

— Иди с Прохвостом, Хьюго, он выглядит дружелюбным, — с пугающе беспристрастной интонацией проговорил Док. — А мы пока с Джонни сходим и приобретем палатку и еду на сегодня.

— Кубовски, — разочарованно произнес пират, словно Док не поверил не единому слову Прохвоста и хочет избавиться от молодого человека.

— Что? Я серьезно, пусть идет! Мы скоро будем, Хью, а ты пока у ящеров про имена поспрашивай?

Прохвост I пополз рядом с одухотворенным Хьюго, а два Д поплелись в сторону кордона на который указал ящер. Док продирался через разношерстных пришельцев, стараясь не вдыхать носом межвселенскую вонь. До этого момента, он думал, что так способны вонять лишь носки Уолли, да космопорты с рынками, но привыкать к вони лагеря «Центральная Очередь» он не собирался не за какие коврижки. Джонни едва поспевал за ним, понимая, что Кубовски убегает не сколько от себя, сколько от вопроса: «Ты серьезно считаешь, что оставлять Н. Хьюго с первым встречным ящером – хорошая идея?». И чем ближе они приближались к кордону, на который хвостом указал ящер, тем больше им казалось, что Прохвост не зря носит своё имя. Их обдурили. Никакого магазина нет. Лишь офицеры и полчища пришельцев из-за которых невозможно ничего разглядеть. «Простите, офицер?», — обратился Док к парнишке, лицо которого казалось до того простодушным, что он невольно улыбнулся. Улыбка стала шире, когда он вытащил палец из носа и вытер остатки соплей о модную броню. Парень смирил Дока взглядом человека, который устал ждать, когда его наконец-то сменят.

— Чьёй надбдновна? Говори? А?

Док вопрошающе посмотрел на Джонни, словно тот обязан понимать любой говор. Пират улыбнулся своей знаменитой улыбкой.

— Ейто самова, земеля? Где нам разжиться палаткой, да жратвой, а?

Земеля улыбнулся своим наполовину беззубым ртом.

— Ну, ейто самова, гляди, — земеля взял дубинку в руки, чтобы использовать как указку. — Тут ходить прямо буш, потом значит вправо поворачивать, дойдешь до упора, а потом, влево поворачивать буш. Получишь там его? Как там его? Ну там, как его? — напарник выдохнул устало и произнес: «Разрешение». — Разрушение! — земеля дебильно хихикнул. — Разрешение на размещение получишь, печатку поставишь, и усе!

— А магазин-то где?

— Ай, да там недалеко, главное, прямо ходи, потом вправо поворачивай…

— Понял-понял, тебе захватить чего в магазине?

— Не, смена ща кончится, сам ужо дойду, но спасибо тебе на добром слове.

Док несколько секунд хлопал глазами, пока не прохлопал Джонни. Убегая он обронил: «Покедова!», — земеля ответил тем же.

4

По дороге в указанное место Док пристал с расспросами к Джонни, но тот на всё ответил лишь одной фразой: «Вырос в деревне». Из этого Док сделал вывод, что, не смотря на технологический прогресс, всё же на Земле есть места, куда не добралась цивилизация. И будь он проклят, если отыщет свою вселенную и не увезёт Марту в подобную деревушку! Правда такие романтические мечты быстро бы разбились о суровую реальность, но прочитав в мечтательных глазах Дока надежду, Джонни решил не спускать его с небес. К тому же это сделала какая-то бабка в очереди, которая тянулась к магазину.

— Куда прёте, не видите, я стою!

Джонни улыбнулся старушке так, что та почувствовала себя снова молодой. Её фантазия сотворила с ним всё то, что запрещает церковь, в которую она ходит по выходным, чтобы посмотреть на богомерзкого пони. Несмотря на отпугивающий внешний вид он своими речами мастерски играет на струнах каждого пришедшего.

— Простите, леди, — галантно поклонился Джонни.

Старушка раскраснелась, а после начала интенсивный рассказ, украшенный тысячей и одним эпитетом в адрес соседки, которая по заверениям очарованной «та ещё сука». Искатели делали вид, что слушают и изредка говорили «ага-угу». Док думал над тем, не вёл ли он себя подобным образом, будучи стариком? А намётанный взгляд Джонни увидел нечто прекрасное. Торговец нелегальным. Тот украдкой приоткрывал подол пальто, а после звонко цокал, словно делает одолжение, что показывает всякую чушь, которую хочет толкнуть втридорога. Но прекрасно в торговце не то, что он карикатурен, а то, что на таких торговцах и держатся вселенные. У них можно узнать много полезных сведений. Раздобыть что-нибудь этакое, да ещё и к тому же нехило налакаться за их счёт (пообещав провернуть завтра сделочку, но так и не явившись).

— Как она могла отравить моего мальчика!? — возмущалась старушка.

— Отравить? — история приобрела интерес в глазах Дока.

— И что, что это пришелец с планеты 111?! И что, что он сожрал её мужа!? Он же такой пусечка, а она тварь… — Док кивал, поддакивая, что соседка та ещё тварь.

— Как она посмела отравить такую красоту!? — произнес Джонни так, словно отдал бы мозговышибатель, чтобы забыть эту «красоту».

На их фоне 111-ых адские гончие – лапочки, которых хочется кормить с рук, а эти твари: пышут огнем из носа, как паровозы, глазенки бездушные, а тело похоже на один большой огненный шар в который кто-то воткнул длинные спицы, которые они криво-накриво сгибают, когда передвигаются. И как только эта милая старушка уживалась с тварью, что сжигает и сжирает всё, что попадается на глаза? К сведению, это единственные в старой вселенной существа, убийство которых не карается, а щедро вознаграждается. Именно так Джонни познакомился с выходцем этой злосчастной планеты. То произошло задолго до Кейт. После встречи с пришельцем Джонни потерял: свой любимый корабль, свою любимую команду (он жалел, что не позвал Гарри), и свою поистине