Пленница северного волка - Ева Мирова

Плохо вам живётся при мне? На моей земле да в мире? — изумлённо спросил князь. Хмурясь, он сжимал рукоятку меча, и я чувствовала его желание воспользоваться оружием. 

— Плохо! Плохо! Плохо! — истерично завопила Касиния и чуть было не бросилась на нас. — Загнобили вы народ своими правилами! Извести вас жажда! Чтобы в лес ходить без оглядки! Чтобы избы ставить хоромами! Чтобы охота, когда охота!

— Самок бить пузатых?! — не выдержал князь, шагнув к служанке, он выхватил меч и коснулся остриём её шеи. 

— Меньше зверья не станет! — нагло возразила предательница, пытаясь отклониться меча, но тем самым вывела Великого князя. 

Меч блеснул в свете свечей и обрушился на зарвавшуюся девку, окропив алой кровью блестящий метал и каменный пол. Замертво упала Касиния в двух разных местах. Тело там, где только что девка стояла на коленях, а голова откатилась в сторону. Я, не привыкшая видеть подобного, вздрогнула, только воля волчицы оставила меня стоять на месте, хотя взгляд я всё же отвела. 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Эпилог

Эпилог

После того как Великий князь Святослав казнил предательницу Касинию, в северных землях его княжества не осталось более несогласных с его запретами. Хотя и Святослав сделал исключение для людей, не снял запрета на охоту, но выделив для них участок леса под рубку и сам взялся за топор. К весне у подножия замка уже вырос целый город, и самая красивая изба с окнами украшенными резными ставнями принадлежала знахарке. 

Несдержанность князя в разговоре с предательницей уняла наш пыл со свадьбой. Мы обоюдно решили дождаться цветущей весны, чтобы не омрачать светлый праздник этой бедой. 

В день, когда я готовилась стать княгиней не только на словах своей волчицы наш сын Владимир сказал первое слово. Это было так удивительно. Сын сидел на кровати и играл с колокольчиком ставшим ему погремушкой, когда на окно села залётная птичка. 

— Синица! — радостно выпалил сынок, невесть откуда смысля в том, что это была за птица. 

— Верно! Вот смекалистый какой, — порадовалась знахарка, переплетавшая мне в этот день косы. 

— Но откуда знает? Князь зовёт меня хитрой синицей, но птицы такой едва ли Владимир видел. 

— То волчонок ему подсказал, — посмеиваясь ответила знахарка.

Поколдовав с плетением кос, она завершила свадебные приготовления,  покрыв мою голову серебристым платком. 

— Красавица, тьфу на тебя! 

По-настоящему плюнув на моё отражение в зеркале, старуха огляделась в нём и сама. Сегодня был особенный день, когда знахарка наконец-то сменила свои лохмотья на нарядное платье цвета северного мха. 

— Ну пошли, — знахарка взяла на руки Владимира, и мы вышли из покоев. 

Предстояло пройти через парк ещё не цветущих, только проснувшихся роз. Новые зелёные побеги и редкие показавшиеся листочки на стеблях розовых кустов радовали мой взор несмотря на то, что здесь случилось зимой. 

— Розы выжили, как только распустится первый алый цветок, я подарю его вам! 

— Телепня! На кой она мне трава бесполезная?! Хвори никакой не лечит, отогнать даже комара не сможет, — ворчливо отозвалась знахарка. 

— Это для красоты, — ответила ей с улыбкой, двигаясь в сторону родника.

Церемония проходила именно там, где я впервые распознала истинный цвет глаз Святослава. Весной это место было особенно прекрасным. Талые воды, несущиеся с гор, питали родник чистотой и свежестью, а главное, прохладой. Только в этом чудном месте можно нам можно было напрочь забыть про волчий жар, томивший человеческое нутро. 

«Мой свет, моя хитрая синица!» — донеслись до меня мысли Святослава, едва я увидела издалека его улыбку. 

«Ваша, только ваша» — мысленно подтвердила я, чувствуя, как довольна внутри меня волчица.

Впереди нас ждал добрый век вместе, рука об руку, бок о бок и одна луна на двоих.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Конец