Несущие Свет. Противостояние - Дмитрий Воронин

— Тебе надо поесть.

Только тут она ощутила аромат жарящегося мяса. Над углями костра шкворчали, разбрызгивая горячий сок, насаженные на прутья аппетитные ломтики. Дилана почувствовала, как желудок свело голодными спазмами.

— Волчатина? — поинтересовалась она с деланным равнодушием. В конце концов, мясо волка вряд ли было много хуже любого другого… а если и хуже, то только не для по-настоящему голодного человека. Она подумала, что сейчас способна слопать волка даже сырым. Бывали случаи, когда ее меню включало в себя куда более отвратительные блюда.

Битран покачал головой.

— Конина. Мой Штурм не пережил этой ночи… волки сильно порвали ему ноги, пришлось добить.

Она кивнула, понимая, что слова здесь излишни. Керб не слишком дорожил этим конем, купленным уже здесь, в Инталии, поэтому нельзя было сказать, что он утратил верного и надежного друга, о котором стоит скорбеть. Но потеря последнего коня означала, что дальше им придется идти пешком — по крайней мере до обжитых мест, где можно будет разжиться верховыми лошадьми. Хорошо хоть, сел в этих местах было немало… Дилана раздраженно скрипнула зубами. Пусть Император и смотрит на Инталию как на средоточие зла, пусть его придворные подпевалы и льстецы громогласно провозглашают весь «ужас» жизни под властью Несущих Свет, но фактов не скроешь — в последние полвека люди в этих краях стали заметно зажиточнее, и новые поселения росли как грибы.

Мясо вышло несколько жестковатым, но принесло сладкую, расслабляющую сытость. Дилана изо всех сил боролась с желанием закрыть глаза и погрузиться в сон — задерживаться на этом месте не стоило. И не потому, что кто-то может увидеть дым костра и явиться выяснять, кто это устроился здесь на ночлег… Дело было в ее руке. Она пошевелила пальцами, прикусила губу от очередного укола боли. Пальцы слушались плохо. Пожалуй, хуже, чем вчера. Приличный маг-целитель сумел бы привести ее в порядок достаточно быстро, хотя перелом — это не просто рваное мясо, кости срастаются тяжело. Да только поди найди целителя, который молча сделает свое дело, а не попытается свести Дилану Танжери в могилу, дабы честно заработать награду, объявленную за ее голову. Керб, конечно, отомстит…

Она попыталась сплести узор исцеления левой рукой, заранее зная, что ее постигнет неудача. Так и случилось — это заклинание, как и многие другие, требовало от мага действий правой рукой, а то и обеими. Фактически сейчас она ничего собой как маг не представляла — и это впервые за много лет испытываемое ощущение собственного бессилия раздражало Дилану даже больше, чем боль. У нее осталась только пара боевых заготовок, которые следовало приберечь на крайний случай.

— Нам надо идти.

— Давай я понесу тебя, госпожа?

Тогда он задал этот вопрос впервые. И в тот раз, и неоднократно позже Дилана лишь качала головой. Да, ее рука отчаянно болела, опухоль разрасталась, но идти она все же могла. И даже ехать — если удастся где-нибудь купить лошадей.

Повинуясь ее указаниям, Керб перебрал их вещи — большую часть пришлось оставить. Кое-что наиболее ценное, но слишком тяжелое для пешего пути Дилана приказала зарыть у приметного камня. Когда-нибудь можно будет вернуться за добром, к тому же Дилана не без оснований полагала, что задержка будет не слишком долгой. Ее информаторы — и те, слова которых достигали ушей Императора или его вернейшего слуги Ангера Блайта, и те, чей шепот предназначался только самой Танжери, — упорно давали понять, что война не за горами. Да и трудно было усомниться в этом, иначе для чего бы ослаблять верхушку Несущих Свет? Император, безусловно, готовит вторжение… и благодаря ей, Дилане Танжери, оно имеет все шансы оказаться успешным.

Так что сейчас не следовало сожалеть об оставляемых ценностях… не пропадут.

Пока Керб копал и обустраивал тайник, Дилана спустилась в неглубокий овраг, по дну которого, весело журча, бежал кристально чистый ручей. Напившись ледяной, до ломоты в зубах, воды, она, неловко действуя одной рукой, наполнила две объемистые фляги. Вода, немного мяса, оружие (с потерей меча в их распоряжении была лишь пара стилетов самой Диланы да тяжелый боевой кинжал Керба), золото, пара одеял — ночи в лесу были уже более чем прохладными. Еще кое-какие мелочи — вот и все, что следовало взять с собой. Путников, идущих пешком, лишний груз только задержит.

Впрочем, Дилана очень надеялась, что долго идти пешком не придется… на содержимое двух увесистых мешочков (один, поменьше, на ее поясе, другой, куда тяжелее, у Керба) можно было купить небольшой табун и пару карет в придачу. Последняя мысль женщине понравилась — а и в самом деле, почему бы им не обзавестись повозкой? Или даже настоящей каретой? Может, не так быстро, как верхом, зато куда менее болезненно.

Всем этим планам не суждено было реализоваться.

В первом же селе выяснилось, что купить верховую лошадь попросту невозможно. Даже одну. Даже самую плохонькую. Торговец лишь разводил руками, вновь и вновь отвечая отказом на все более и более настойчивые просьбы Диланы подыскать хоть какую-нибудь животину, годную под седло.

— Никак не возможно, госпожа. — Он выглядел виноватым, он явно сожалел о барыше, который мог бы получить в иное время (ну и в самом деле, как часто в эдаком захолустье появляются клиенты, готовые за любого одра платить золотом, не скупясь?), но предложить покупателям было нечего. — Всех лошадей забрали светоносцы, госпожа. Заплатили не торгуясь, да осыплет их Эмиал своею благосклонностью.

Дилана лишь скрипела зубами… конечно, если Инталия готовится к войне — а ведь готовится, не полные же идиоты сидят в Совете Вершителей, — то и неудивительно, что лошадей скупают где только можно. Не для воинов — рыцари сами заботятся о своих конях, пехоте полагается мерить просторы страны, как и положено, ногами, — а для обозов, которые абсолютно необходимы даже для небольшой армии. Да и та пехота… может, солдаты и готовы шагать целый день, но тяжелые щиты, копья, доспехи — все это должно ехать на телегах, иначе войска подойдут к месту сражения, не способные ни на что достойное.

А в конце разговора торговец вовсе повел себя странно… Вроде бы и не угрожала Дилана ему особо — хотя тон беседы нельзя было назвать теплым и дружеским, — но в глазах у обрюзгшего, заросшего неряшливой бородой мужчины она прочитала страх. И ничуть не сомневалась в том, откуда он взялся.

— Он меня узнал… — шепнула Дилана своему спутнику. — Думаю, светоносны разослали мое описание по всем селам, а я сейчас ни фантом накинуть не могу, ни даже простейший мираж.

Воин демонстративно провел пальцем по горлу. Женщина, вздохнув, кивнула.