Несущие Свет. Противостояние - Дмитрий Воронин

Воин демонстративно провел пальцем по горлу. Женщина, вздохнув, кивнула.

— Разницы почти никакой, тревогу поднимут все равно. Но труп не сможет сказать, ни во что мы одеты, ни в какую сторону направились. К тому же есть шанс, что его хватятся не слишком скоро… кому нужен торговец, лишившийся всего товара? Быть может, нам и повезет.

Когда ближе к середине следующего дня Дилана обнаружила идущую по их следу погоню, она даже не удивилась.

Она снова оступилась, упав на одно колено и зашипев от боли в дернувшейся руке. Битран помог госпоже подняться, всем своим видом выражая неодобрение. Женщина снова упрямо зашагала вперед — где-то там, вдалеке, было спасительное море. К несчастью, слишком далеко… Дилана бросила мрачный взгляд назад — сквозь деревья, пусть и лишившиеся большей части листвы, преследователей не было видно. Но она знала — погоня довольно близко.

Самое неприятное, что с преследователями были собаки. Будь Дилана здорова — она без малейшего труда уложила бы весь этот сброд, включая мага, что ведет погоню. В том, что среди преследователей есть по меньшей мере один маг, Дилана не сомневалась — вряд ли эти смерды оказались все как один сумасшедшие, чтобы без магической поддержки преследовать объявленную в розыск волшебницу. Может, это кто-нибудь из местных, а может, и орденец, наскоро собравший разношерстное войско. И в том, и в другом случае это было добрым знаком — видимо, в своих собственных силах преследователь не уверен, раз обратился к помощи сервов.

Да и сейчас она могла бы дать бой — один на один. Но Битран, на время приотставший, дабы осмотреть силы врагов, утверждал, что за ними следует отряд по меньшей мере из двух десятков человек — мелочь для боевого мага и опытного воина и слишком много для почти беспомощной Танжери и почти безоружного Битрана.

— Мы не сможем уйти… — Она вдруг отвернулась, не желая смотреть Кербу в глаза. — Не сможем уйти вдвоем.

— Я смогу задержать их, госпожа, — кивнул воин. Его рука привычно потянулась к мечу, и он скривился, обнаружив под ладонью пустоту.

— Другого выхода нет…

— Дальше они пройдут только через мой труп.

— Красивые слова, — фыркнула Дилана. — Только вот, Керб, через твой труп они пройдут легко. Если с ними хоть что-то представляющий собой маг. С сервами, пусть их и два десятка, ты справишься без труда, я уверена.

На самом деле она совсем не была настолько в этом уверена, как хотела показать. Два десятка вооруженных людей, пусть и уставших, — это много. Полезут ли они в драку? Ясное дело, раз столь уверенно по следу идут — значит есть среди них опытные охотники. Спустят собак, а затем в дело пойдут луки или арбалеты. Керб силен, но уклониться от арбалетного болта ему не удастся. Да и маг… знать бы, с кем предстоит иметь дело…

— Ты клянешься выполнить мой приказ? — Вопрос был излишен, Керб и ранее клялся своей госпоже в верности, и тех клятв никто не отменял.

Во взгляде воина проскользнула легкая, чуть заметная тень. Словно бы он мысленно прощался с этим миром, уверенный, что сейчас будет отправлен на смерть. Собственно, так оно и было. Почти… в данный момент смерть спутника не входила в планы Танжери. Раньше, если бы это было необходимо, она легко пожертвовала бы бойцом… ну, может, с некоторым сожалением — все-таки они были рядом несколько лет и за это время успели привыкнуть друг к другу. Сейчас же ей почему-то претила мысль о том, чтобы обречь Керба на заклание… даже во имя собственной жизни. Нет, собственной свободы — сколь бы зол ни был на нее Совет Вершителей Инталии, вряд ли Танжери при поимке угрожала бы петля или очистительный костер (ох, любят дети Святителя это «невинное» развлечение), скорее вполне пристойное содержание под стражей и, возможно, даже освобождение за огромный выкуп. Проклятие Эмнаура, может, и в самом деле сдаться?

— Вы сошли с ума, госпожа?

— А? — Она вынырнула из глубины раздумий.

— Вы не можете сдаться, — пояснил Битран, и женщина поняла, что последнюю мысль произнесла вслух.

— Почему?

— Вряд ли среди преследователей есть маг уровня Вершителя.

— Не понимаю… — Дилана нахмурилась. — При чем тут…

— Слабый маг не сможет удержать вас, госпожа. Скорее попытается убить. Помните, награда за вашу поимку одинакова, что за живую, что за мертвую.

Она молчала, обдумывая его слова. Да, воин был прав. К чему рисковать, сопровождая пленную волшебницу в столицу, если куда проще доставить туда ее труп. Рассказав сказку об оказанном сопротивлении — и ведь эта история не вызовет и тени сомнения у любого, кто слышал о Дилане Танжери. А вот попытка добровольно отдать себя в руки преследователей будет расценена как военная хитрость. Тем больше поводов полоснуть опасную пленницу ножом по горлу. Меньше риска.

— Нет, я о тебе… — Если первоначально таких мыслей у Диланы и не было, сейчас идея казалась ей вполне здравой. — Умирать не время и не место. Попорть им кровь — немного, чтобы не озверели. А затем сдайся.

— Зачем, госпожа?

— Ну, для начала ты останешься жив, — пожала она плечами. Затем, сообразив, что для бывалого воина этого аргумента будет маловато, добавила: — Наверняка они попытаются допросить тебя.

— Их маг наложит на меня оковы, — хмыкнул он с деланным равнодушием. — И я выложу все, что знаю. Добровольно.

— Оковы — не самое простое заклинание, — задумчиво протянула Дилана. — И использовать его сможет не каждый сельский маг. Но даже если и так… плетение оков разума требует времени, к тому же ты ведь сдашься не сразу. У меня будет некоторый запас времени. Немного, но сейчас важен каждый час. И еще… есть одна идея, хорошая идея. Видишь ли, друг мой, даже под действием оков человек может рассказать лишь то, что знает. Не больше.

— Я не очень понял…

— Не страшно. Эти места я знаю неплохо… тут неподалеку река. Там спрятана лодка… маленькая лодка, Керб, вдвоем мы в нее не поместимся. Если я успею добраться до лодки, то уже через сутки я буду на побережье, где меня ждет корабль. Задержи их хоть немного, Керб. Очень тебя прошу.

Таша ненавидела все, что только можно было ненавидеть. Даже Святителя — хотя это, во-первых, было преступлением, во-вторых, он не имел к происходящему никакого отношения и, в-третьих, был мертв, и, следовательно, ненавидеть его попросту бессмысленно.

Погоня затянулась сверх всякой разумной меры. Люди вымотались, собаки вымотались, сама она ощущала, что еще немного — и даже магия перестанет приносить облегчение. Утешало только то, что где-то там, впереди, Дилана Танжери и ее спутник, кем бы он ни был, чувствуют себя не лучше. И даже хуже — в этом она была совершенно уверена, поскольку следопыты, хоть и падающие с ног от усталости, продолжали кое-как выполнять свою работу. И, по их словам, дичь двигалась все медленнее и медленнее. Один из охотников — Таша так и не запомнила имя, да никто к нему по имени не обращался, его называли Седой, не за выбеленные временем волосы, не за возраст, а за привычку говорить «седой» вместо «сюда» и «тудой» вместо, разумеется, «туда», — самый в команде опытный, уверенно заявил: