Источник душ - Вадим Кленин

давно не используемые антенны. Вполне человеческим голосом он сообщил, что на Земле людям вживляют чипы для общения с роботами. Мол, речь передается сигналами на ультракоротких волнах. Собаки же разговаривают в исключительных случаях, поскольку их искусственные гортань и связки не приспособлены к полному копированию человеческой речи. И после таких упражнений потребуется серьезный ремонт. Собственно, Бублику всё равно предстоит замена множества деталей, потому он, мол, и не стал сейчас этого скрывать.

И ведь ни жестом, ни звуком не выдал, что он врет. Когда он научился это делать? Мне-то закачали целую энциклопедию мошенников и шулеров, а его распаковали на моих глазах! Уважаю!

Псевдо-Гагарин кивнул и ответил на вопрос собаки, уже минуя меня:

– Теоретически выбраться отсюда можно, – заметив мои широко раскрывшиеся глаза, он поспешил остудить вспышку энтузиазма. – Я сказал – теоретически. Насекомые, конечно, прогрызли ходы в стенах. Благодаря отчетам моего друга и их главаря, я более-менее представляю, где что находится. Даже где могут держать твою девушку. Но у нас не хватит сил, чтобы расширить проходы. Стены хоть и тонкие, но сделаны из какого-то сплава. И самое плохое – за ними базальт. Здесь пригодился бы мощный бур. Ну или хотя бы отбойный молоток. Без этих инструментов пробиваться на волю мы будем до морковкина заговенья.

Мы переглянулись с Бубликом, тот помотал головой – эта фраза ему тоже была незнакома. Как связана морковка с заговеньем, никто из нас не знал. Тем более, кто такой Морковкин. Впрочем, наши переглядывания были замечены псевдо-Гагариным и практически сразу тот пояснил:

– До бесконечности можно ждать. Да и были бы какие-то серьезные инструменты, тоже вряд ли бы справились быстро. Руки у меня уже не те, что раньше.

Он протянул вперед свои ладони, и мы увидели сильно деформированные пальцы со старой, морщинистой кожей – многолетняя борьба за свое собственное я, видимо, не прошла бесследно. Внешние фаланги, может, еще и не тряслись, но назвать полными силы и удали эти ладони, увы, было нельзя.

Но вспыхнувшую надежду отпускать не хотелось.

– Было бы неплохо и нам узнать – где тут что находится. Можешь нарисовать? – спросил я.

Мужчина осмотрел пол вокруг себя, поднял с пола какой-то камешек, подошел к стене и принялся рисовать. Поначалу у него не очень получалось. Предмет в его пальцах просто крошился, не причиняя металлической стене заметного вреда. Да что там, даже царапин не было. Либо они были настолько мелкими, что в полумраке их не рассмотреть.

– Последний рисующий камень потратил с этим придурком, – едва слышно пробормотал псевдо-Гагарин, остановившись взглядом на рисунке с партией в крестики-нолики.

Мужчина снова огляделся вокруг, пошел туда, где на полу скопилось довольно много пыли, и начал рисовать на ней.

– Так. Это помещение, в котором мы находимся. – Он начертил прямоугольник и схематично двух человечков с собакой. Получилось очень забавно, словно рисовал не взрослый человек, а ребенок. Но нам было не до изысков. – Оно находится внутри более крупного зала, от которого нас отделяет примерно три метра. Металл, в общем-то, довольно тонкий, хотя и высокотехнологичный. Только его будем пробивать руками до полной победы коммунизма.

Псевдо-Гагарин оглянулся и заглянул мне в глаза. Без симбиота память у старика, похоже, начинала сбоить, ведь от надежды построить справедливое общество человечество отказалось давным-давно. Но в отличие от Светланы, я не знал, что можно сказать по этому поводу утешительного. Не увидев никакой реакции, человек отвернулся, хмыкнул и снова принялся за схему. От большого прямоугольника вверх пошли две пары параллельных прямых. Как пояснил псевдо-Гагарин, на одной обычная лестница, а на другой энергетический канал для хитрого механизма лифта. Сама наша камера герметична. И только заоблачно высокие технологии местных хозяев помогают преодолеть эти стены. Лестница создана лишь в технических целях.

– Я, понятно, не знаю точно, как это всё действует. Но такое ощущение, что лифт на старте разбирает наши организмы даже не на микроскопические частицы вроде электронов и протонов, а на энергетический импульс, и потом просто телепортирует его на финальную станцию практически со скоростью света, где и собирает обратно. Поэтому они не спускаются или поднимаются, а просто возникают в точке выхода из этой транспортной системы. Как они при этом умудряются сохранять не только тело, но и сознание, память и эмоции – большая загадка. Их технологии слишком далеко ушли вперед. Слишком. Настолько, что неподготовленному человеку они могут показаться самой обычной… магией, – пояснил мужчина. – Поэтому в древние времена – да, наверное, и сейчас – на нашей родной Земле их считали если не богами, то могучими волшебниками. Вы в современном мире, наверное, уже и не помните, что такое магия, волшебники…?

Это слово мне показалось более знакомым, чем коммунизм. После разархивации я даже прочитал серию книг про юного чародея и его мудрых наставников. Для самообразования. Хотя больше интересовался инструкциями и техническими сборниками. И потому сейчас лишь кивнул.

Псевдо-Гагарин снова хмыкнул, но ничего не сказал, отвернувшись к своему чертежу.

– Так. И вот если уже преодолеть этот вертикальный коридор, мы попадем в главные залы.

Примерно в трехстах метрах вверх располагался тот огромный холл, в котором мы со Светланой нашли змееголовых.

– Когда они оживают – а точнее, когда их будят гости или сообщения – они его покидают, а зал консервируется, – пояснил псевдо-Гагарин. – В помещении остается лишь сигнализация в виде хаотически перемещающихся лучей, вроде лазерных. Подобрать к последовательности ключ мой маленький помощник не смог. А та группка тараканов, которых он направил в качестве разведчиков, были сожжены лучами примерно в четырех метрах от входа. Все, а их было около сотни. Несмотря на их скорость и то, что они разом побежали по неповторяющимся траекториям.

– А где в этот момент находятся змееголовые?

– Если не подсаживают симбиота очередному бедолаге, то либо в трапезной, – псевдо-Гагарин нарисовал небольшую комнату справа от зала приемов, – либо в командном пункте.

И на схеме появился еще один зал размером побольше.

– Не прошло и двадцати секунд после гибели всех насекомых, как хозяева оказались в зале. Правда, ничего не поняли – лучи ведь просто сожгли маленькие тельца, – сообщил космонавт, – не оставив даже пыли. Мегера с качком очень удивились, но убрались к себе.

– А где они могут держать Светлану?

– Лаборатория у них находится в дальнем углу от входа с поверхности. Там, кстати, очень душно и жарко. Ядро Луны до конца