Тайновидец. Том 1: Пропавший дар - Алекс Рудин

он не назвал, но по описанию похож на Гораздова. Так вы едете?

— Едем немедленно!

Зотов решительно распахнул дверцу мобиля.

* * *

До моего особняка на Каменном острове мы добрались за считаные минуты. Зотов гнал мобиль по набережной, виртуозно обгоняя другие машины. Перемахнул через Шепчущий мост, едва касаясь колесами брусчатки и напугав какую-то парочку, которая испуганно прижалась к перилам.

Затормозил прямо возле калитки, но хоть в сад не кинулся — знал, что особняк не впустит его без моего приглашения.

— Открывайте, Александр Васильевич! — нетерпеливо потребовал он.

Я с улыбкой придержал калитку ладонью.

— Сначала вы должны пообещать мне, что не увезете Гораздова без его согласия.

— А почему вы так за него вступаетесь? — нахмурился Зотов.

— Гораздов — мой будущий родственник. Это достаточно веская причина?

— А если я решу, что государственные интересы важнее? Вы решитесь поссориться с Тайной службой?

Я покачал головой.

— Я тоже могу спросить, рискнет ли Тайная служба отказаться от помощи тайновидца. Но так мы ни к чему не придем. До сих пор мы доверяли друг другу. Хорошо бы, чтоб так было и дальше.

— И что вы предлагаете? — отрывисто спросил Зотов.

— Если Гораздов сделал что-то противозаконное — например, использовал в своем артефакте запретную магию — то я не стану его покрывать. Но если у него нет грешков перед законом, вы оставите его в покое. А я за это дам вам сведения по Уральскому банку.

— Какие? — тут же напрягся Зотов. — Если у вас есть информация, вы и так обязаны ее раскрыть!

— Нет, не обязан, — улыбнулся я. — Потому что у меня есть не факты, а выводы. Очень интересные выводы, но я имею полное право оставить их при себе.

— Вы рискуете своей жизнью, — напомнил Зотов. — Помните, что случилось с банкиром Трегубовым?

— Возможно, — усмехнулся я. — Но я это переживу.

Ни говоря ни слова, Зотов направился обратно к мобилю. На секунду мне показалось, что сейчас он уедет, и наше сотрудничество на этом закончится.

Что ж, значит, так тому и быть.

Но подойдя к мобилю, Никита Михайлович остановился и повернулся ко мне.

— Не ожидал я от вас такого упрямства, господин Тайновидец, — сказал он с жесткой улыбкой. Что ж, договор принимается. Если Владимир Гораздов не нарушал закон, я не стану его задерживать. Это вас устраивает?

— Вполне, — кивнул я.

Я знал, что начальник Тайной службы сдержит слово и не станет навешивать на Гораздова ложные обвинения. Мы с Зотовым неплохо сработались за последний год, и были готовы работать дальше.

— Прошу! — сказал я, открывая калитку.

Владимир Гораздов ждал нас в беседке. Он был именно таким, как я его себе представлял — высокий, сутулый, с близоруким прищуром. Перед артефактором громоздились пустые тарелки — Игнат накормил его обедом.

Увидев нас, Гораздов испуганно вскочил и нервно дернул длинной шеей. Глаза артефактора были красными, как у кролика — нешуточное воспаление.

— Добрый день, господин Гораздов, — кивнул я. — Рад, что вы заглянули.

— Откуда вы знаете мое имя? — испугался артефактор. — Вы Воронцов, тайновидец?

— Да, — усмехнулся я. — Я все утро разыскиваю вас по просьбе вашей дочери. Полагаю, вам нужна моя помощь?

Гораздов тяжело оперся на край стола. Я видел, что сегодняшний день дался ему нелегко, тревога окончательно вымотала артефактора.

— Да, мне нужна помощь, — признался он. — Анна рассказала мне о вас, и я подумал…

Он не договорил и повернулся к Зотову:

— А кто этот господин? Я плохо вижу.

— Начальник Тайной службы, — сухо представился Зотов.

— Черт! — в отчаянии выкрикнул Гораздов. — Зачем вы его привели?

Глава 23

— Я ничего вам не расскажу!

Гораздов шагнул к выходу из беседки. Но понял, что сбежать не удастся — Никита Михайлович Зотов стоял прямо у него на пути.

— Присядьте, господин Гораздов, и успокойтесь, — сказал он. — Куда вы собрались? В полицию? Так они сразу же привезут вас ко мне.

— Вы сказали, что вам нужна помощь, — напомнил я артефактору. — Я готов помочь.

Гораздов тяжело опустился на деревянную скамью беседки. Сгорбился и закрыл лицо руками.

— Я устал, — глухо сказал он. — Нервы ни к черту, и глаза болят. Простите…

— Игнат, принеси воды, — сказал я подошедшему слуге. — Спасибо, что не дал господину Гораздову уйти.

— Рад стараться, ваше сиятельство, — молодцевато ответил Игнат. — В доме все в полном порядке. Послать в трактир за ужином?

— Давай, — улыбнулся я. — И закажи еды побольше.

Зотов проводил Игната любопытным взглядом. Дотронулся длинными пальцами до цветущей виноградной кисти. Крошечные цветы винограда были закрыты — растение предчувствовало дождь. Это хитрость мне как-то объяснил садовник Люцерн.

— Раньше у вас не было беседки, господин Тайновидец, — заметил Зотов. — Тем более, такой старой, да еще и оплетенной цветущим виноградом. Да и слуг вы не держали.

— Все меняется, Никита Михайлович, — улыбнулся я.

— Да, — задумчиво согласился Зотов. — Но перейдем к делу.

Он сел напротив Гораздова и достал из кармана блокнот. На темной коже обложки я заметил магическую печать, выполненную серебряным тиснением. Печать не позволяла заглянуть в записи никому, кроме Зотова.

— Вы Владимир Кириллович Гораздов? — спросил он.

— Да, — глухо ответил Гораздов, не убирая ладоней от лица.

— Создаете магические артефакты? Владеете домом и мастерской на улице Старых Якорей в Гавани?

— Нет, дом принадлежит моей дочери.

— Расскажите о вашем договоре с князем Горчаковым. Имейте в виду, что мы уже разговаривали с князем и были у вас в мастерской.

Гораздов опустил ладони на стол и устало взглянул на Зотова.

— Тогда вы все знаете. Я делал для его сиятельства артефакт усиления дара, но его украли.

— Где вы взяли схему артефакта? Я впервые слышу о том, что подобное устройство можно создать.

Гораздов подался вперед и впился в Зотова взглядом.

— Я придумал схему! Сам придумал. Я не украл ее и нигде не подсмотрел! Я думал над ней пятнадцать лет. Провел множество экспериментов, много раз ошибался. А три года назад у меня получилось.

Он моргнул покрасневшими глазами.

— Хорошо, — кивнул Зотов,