Лихорадка в ритме диска - Наталия Яровая

Мы расселись по машинам и тронулись.

— Евгений Иванович! — взмолилась Катька. — Ну, мы всю правду вам рассказали! Все как было! Туда джип и упал! Откуда нам знать, куда он делся?! Ограждения-то сломаны, сами видели.

— Хочется верить, — ответил Шар, почти не разжимая губ. Дальше все молчали. Даже Вова.

Мы приехали в местное отделение милиции, нас поручили молоденькому носатому лейтенанту, который старательно записал наш рассказ, бесконечно что-то уточняя и переспрашивая. Потом не менее старательно прочитал наши показания вслух и дал нам подписать.

Когда после «опроса» мы вместе с лейтенантом вышли на крылечко перекурить, выяснилось, что день клонится к вечеру. Еще выяснилось, что мы устали до чертиков и хотим спать.

Вскоре к нам присоединились Дима и Серега. Молчаливые и мрачные.

— Накуролесили вы, девки, — сказал Димыч.

— Ничего мы не накуролесили! — пыталась защититься Катька. Ответа не последовало.

Потом пришел Евгений Иванович. Тоже мрачный. В нашу сторону он даже не смотрел. Перекурил, о чем-то переговорил с лейтенантом, после чего все же обратил на нас внимание:

— Можете описать этого дальнобойщика?

— Постараюсь. — Мне очень хотелось быть полезной.

— Ну, пошли.

Мы снова вернулись в кабинет лейтенанта, и я подробно описала водителя фуры, старательно вспоминая каждую мелочь:

— Высокий, плечистый, темненький. В серой футболке.

— М-да, — неудовлетворенно протянул Шар. Тут к нам присоединился майор и спросил:

— Ну, хоть какая у него машина была, помнишь?

Я вдумалась:

— Иностранная, наверное. Кабина огромная. Как дом. Синяя. А дальше — контейнер. Длинный. Белый.

Мужики переглянулись, а майор пожал плечами:

— Здесь через одну такие.

— А много вообще компаний, занимающихся перевозками?

— Три или четыре.

— М-да, — опять изрек «словоохотливый» Шар Иванович.

Я не теряла надежды принести еще хоть какую-то пользу, но про меня уже забыли. Обидно!

— Пойду Бориславу позвоню, — определился Иваныч, а нам ничего не оставалось, как снова пойти на перекур.

Минут через пятнадцать Иваныч вернулся и сразу взялся отдавать распоряжения:

— Так, девчонки с пацанами — в город. Я остаюсь здесь.

— Зачем? — мяукнула Катька, но никто даже не посмотрел в ее сторону.

— А в городе мы куда? — спросила я, надеюсь твердым голосом.

Евгений Иванович, наконец, нас заметил, задумался и вынес приговор:

— Домой к себе. Но — с Димой и Серегой. Домашний арест.

Мы было хотели еще чего-нибудь мявкнуть, но Шар вдруг взорвался:

— Цыц мне! Делать, что приказано! Скажите спасибо, что не в «люкс»! Или еще куда подальше! И сидеть дома тихо до моего возвращения! Дима! Под твою ответственность!

Дима торопливо кивнул и бросил в нашу сторону грозный взгляд. Это было излишним, мы уже стояли по стойке «смирно».

После торопливого ужина (господи, сколько мужики тратят на себя продуктов!) мы с Катькой, Дима, Серега и примолкший водолаз Вова загрузились в автобус и отбыли домой. Домой! Хоть это радовало. Было уже совсем темно.

К нашему дому, к нашему родненькому дому, мы подъехали уже после полуночи. Пацаны выгрузились вслед за нами, а Вову повезли дальше.

— Удачи, девчонки! — сонно пожелал он нам вслед. И на том спасибо.

Дома мы отвели пацанам мою комнату, а сами разместились в Катькиной.

— Мы чё, с Серым на одной кровати спать будем? — надулся Димыч.

— Можете купить вторую, — парировала я. — Еще есть надувной матрац.

— Давайте, — сразу согласился Серега.

Катька первая помчалась в ванную, а я пошла заваривать чай. Через пять минут в кухне образовался Димыч:

— Очень кушать хочется!

Господи, сколько можно? Однако я молча влезла в холодильник и извлекла практически все продовольственные запасы, Надо отдать должное пацанам, они активно включились в процесс, а именно — взялись жарить яичницу с гренками и вскрывать консервные банки. В общем, когда Катька вылезла из ванны, ужин был готов. Она даже присвистнула. А когда я закончила водные процедуры, стол был накрыт окончательно. Нашлась даже бутылка водки, которая завалялась у нас с Нового года.

Мы с Катькой почти не ели, а водки выпили по рюмочке. Все остальное подмели наши охранники. Они по-прежнему не отличались красноречием, а мы и не настаивали.

После ужина Катька подалась мыть посуду, а Димыч оккупировал ванную. Я ушла в комнату и упала в Катькину кровать. Спать хотелось смертельно!

На кухне что-то загромыхало, потом стало тихо. Катька появилась через пять минут и плотно прикрыла дверь:

— Козел такой! Лапы распускать взялся!

— Кто? — сонно уточнила я.

— Да Серега этот. Двинула ему сковородкой по спине!

— Жить-то будет?

— Будет. Плохо, но недолго.

Это у нас с ней шутка такая общая была. Когда-то на гараже в нашем дворе мы обнаружили надпись: «Жить будем плохо. Но недолго». Нам понравилось.

Больше ничего не помню. Уснула.

Проснулась я от запаха кофе. Ого, кто-то встает раньше меня! Я оделась и выползла из комнаты. На кухне вовсю кипела работа. Из остатков провианта пацаны сооружали бутерброды.

— Кушать подано! — шутливо прогнулся Димыч.

Классно! Может, нам такого в хозяйстве завести!

Мы обстоятельно позавтракали.

— Спина болит, — пожаловался Серега.

— Сам виноват, — сухо ответила Катька. — Евгений Иванович звонил?

— Звонил. К обеду будут в городе. В два часа велено явиться в офис.

Уточнять подробности мы сочли излишним.

После завтрака пацаны сразу озаботились обедом:

— Холодильник пустой. Надо бы закупиться. А у нас бабок нет.

— У нас тоже, — отрезала Катька. Потом посмотрела на наших охранников и сжалилась: — Только карточка Павленко.

Серега немного подумал и оживился:

— Будем считать ее корпоративной. Покойнику она уже ни к чему.

Так что мыть посуду досталось мне, а Катька с Серегой отправились в ближайший супермаркет. Они приволокли кучу пакетов с провиантом. Нам бы с Катькой хватило на неделю. Нет, не надо нам в хозяйстве такого. Не прокормим. А кофе по утрам я и сама варить могу. Однако не торопятся у нас карточку отобрать! Я думала, что ее заблокируют как-нибудь, ан нет!

Пацаны уселись смотреть телевизор, а мы остались возиться с очередной едой.

— Как думаешь, Мань, с какими новостями Шар едет?

— Не знаю. Может, нашли все же джип. Хотя вряд ли они сами ныряли, а водолаза в город отправили. Но раз едут, значит, с каким-то результатом.