Закат христианства и торжество Христа - Игорь Иванович Гарин

— омыла ноги Иисуса[159]. Позже к такому отождествлению присовокупили блудницу Марию Египетскую. Традицию оговора Марии Магдалины заложили еще Ипполит Римский, Блаженный Августин, Климент Александрийский и Амвросий Медиоланский. Это был хорошо продуманный акт, подтасовка, при которой случайное совпадение имен было сознательно использовано клиром для дискредитации Марии Магдалины. Дело дошло до того, что Петр из Целлы именовал Марию meretrix и подчеркивал ее ненасытную похоть[160].

Как вообще получилось, что церковь объявила «блудницей» одну из самых близких Иисусу женщин, сыгравшую выдающуюся роль в становления раннего христианства? Для чего это было сделано? Ведь даже в канонических текстах этого нет и только путаница с несколькими евангельскими Мариями — весьма распространенным женским именем во времена Христа — позволила Григорию I пойти на изощренную и иезуитскую фальсификацию — приписать Марии из Магдалы «древнюю профессию»[161].

Ответы на указанные вопросы довольно просты: клиру было необходимо подорвать репутацию Марии и объявить ее проституткой для того, чтобы, во-первых, умалить ее роль в движении Христа, во-вторых, запятнать автора текста, не отвечающего принятому евангельскому канону, и, наконец, в-третьих, не допустить женщину в круг Христовых апостолов. Высокое звание апостола в сознании церковников было несовместимо со смертным грехом, а «грязная» женщина, возвестившая о воскрешении Учителя, в сознании «отцов церкви» была недостойна стоять у истоков церкви.

Кстати, дошедшее до нас евангелие еще одной Марии, последовательницы Магдалины, церковь тоже объявила ересью просто потому, что ее автором была женщина…

В конце концов, ошибку можно было легко исправить, но на протяжении многих веков церковь без устали утверждала, что Мария Магдалина была падшей женщиной. И только в 1969 году появилось довольно скромное опровержение, исходящее от католической церкви.

В гностических евангелиях Марии Магдалине уделено гораздо больше внимания, чем в канонических текстах, и со страниц этих книг она предстает ближайшим апостолом Иисуса. В «Евангелии от Филиппа» (63:33–36) прямым текстом сказано, что Иисус «любил ее более других учеников» и часто «целовал ее в губы»; мужчины же — ученики Христа — были недовольны таким его поведением.

Приведу соответствующую выдержку из «Евангелия от Филиппа» (стихи 55, 56): «[Господь любил Марию] более [всех] учеников, и Он [часто] лобзал ее [уста]. Остальные [ученики, видя] Его [любящим] Марию, сказали Ему: Почему Ты любишь ее более всех нас? Спаситель ответил им, Он сказал им: Почему не люблю Я вас, как ее? Слепой и тот, кто видит, когда оба они во тьме, они не отличаются друг от друга. Если приходит свет, тогда зрячий увидит свет, а тот, кто слеп, останется во тьме». Кстати, в коптском тексте Мария именуется словом koinonos, которое можно перевести как «спутница жизни».

В трактате «Панарион» одного из отцов церкви Епифания Кипрского (IV в.) есть даже не вполне приличные, кощунственные для ортодоксального христианина натуралистические подробности отношений Иисуса и Марии. В учении катаров и альбигойцев отношения Марии Магдалины и Христа имеют теогамический (богосупружеский) характер. В одной из версий таких отношений Страсти Христовы на кресте, или «священнобезумие любви» (saсra follia amores), привело к чуду непорочного зачатия Марией Магдалиной сына-наследника Христа Иосифа Сладчайшего.

Некоторые интерпретаторы используют эти и иные мифы для предположений о физической близости Христа и Марии, аргументируя это также тем, что евреям было запрещено целовать женщин, не состоящих с ними в родстве. Впрочем, надо иметь в виду, что у первых христиан поцелуй носил ритуальный характер, символизируя взаимную передачу Божьей благодати.

В книге «Святая кровь, Священный Грааль» выдвинута гипотеза о том, что Мария была женой Иисуса Христа и матерью его дочери Сары. Более того, здесь дана новая интерпретация свадьбы в Кане Галилейской, когда Иисус совершает чудо, превращая воду в вино: на самом деле это якобы была свадьба самого Иисуса. Хотя эта гипотеза далеко не безупречна, мы должны помнить, что Иисус-проповедник, равви, как истинный еврей, традиционно был обязан жениться и иметь семью.

На близость Марии к Христу указывает легенда, согласно которой после его смерти Мария обосновалась в Эфесе вместе с матерью Иисуса и апостолом Иоанном. Однако Григорий Турский приводит другую версию, легшую в основу нынешних спекуляций Дэна Брауна: будто Мария Магдалина вместе с братом, сестрой Марфой и святыми Максимином, Мартеллом и Кидонием перебралась провозглашать христианство в Галлию — город Массилию (Марсель) или в устье Роны (гг. Сент-Мари-де-ла-Мер или Экс-ан-Прованс на территории современной Франции). Мощи святой Магдалины до сих пор показывают в одной из церквей Прованса (Saint-Maximin-la-Sainte-Baume).

В книге «Женщина с алебастровым сосудом» Маргарет Старберд утверждает, что Мария после смерти Иисуса довольно долго жила в Александрии и пользовалась огромным почетом в кругах гностиков. Кстати, последнее объясняет многие легенды и культы Марии Магдалины, возникшие в первые столетия нашей эры по всему Средиземноморью.

Считается также, что Мария Магдалина благовествовала в Риме, о чем свидетельствует обращение к ней в послании апостола Павла к римлянам (Рим. 16:6). Вероятно, в связи с этим путешествием возникла связанная с ее именем «пасхальная легенда» — появление традиции пасхальных яиц: по легенде, когда Мария пришла к императору Тиберию и объявила о воскресении Христа, то император сказал, что это так же невозможно, как то, чтобы куриное яйцо было красным, и после этих слов куриное яйцо, которое он держал в руках, стало красного цвета.

Согласно еще одной мифологической версии, Мария удалилась в пустыню, где 30 лет предавалась строжайшей аскезе. Ее одежда истлела и тело прикрывали только длинные волосы. Изможденную плоть Марии ангелы возносили на небеса каждую ночь, дабы исцелять ее. Перед смертью Магдалину причастил случайно забредший в эти края священник. Последние минуты жизни Мария провела в обществе святого Максима, который похоронил старую соратницу в заложенной им церкви.

Я не могу принять известные спекуляции Дэна Брауна и других, согласно которой Иисус и Мария Магдалина имели незаконные любовные отношения просто потому, что кроме поцелуев, типичных между единоверцами, для этого нет никаких документальных оснований. Дело еще и в том, что любовь, которую открыл Христос, была не аскетической и не чувственной, а космической, выходящей за пределы пола: «Нет ни мужчины, ни женщины, ни эллина, ни иудея». Эти слова цитируют, чтобы показать равенство всех людей перед Богом, но в них содержится более высокий смысл, раскрытый в эпизоде с Марией в «Евангелии от Фомы» — это божественная тайна духовной любви, объединяющей всех людей. Любить по-христиански — это, прежде всего, быть милосердным, сострадать, испытывать жалость. Христианская любовь соответствует любви-каритасу — добрым делам, благотворительности, милости, духовности.

Хотя после смерти и воскрешения Иисуса в канонических евангелиях нет ни