Закат христианства и торжество Христа - Игорь Иванович Гарин

class="p1">Типичная терминология гностиков: Отец истины — верховное, абсолютное божество; Плерома — полное, совершенное бытие; Логос, Слово (Христос) — посредник между людьми и Богом. «Познание» Бога — соединение с Ним. Само «Евангелие Истины» — не доктринальная «Священная Книга», а вдохновенное возвещение истины, благая весть о ней. Важнейшая, с моей точки зрения, идея «Евангелия Истины»: неофиты становятся детьми Отца благодаря тому, что Иисус Христос открывает им Отца в себе самом.

Другая важная идея «Евангелия Истины» — пробуждение человека, внутреннее откровение, освобождение от ошибок: «Благо человеку, который обрел самого себя и пробудился». Даже понятия, встречающимися в Новом Завете, осмыслены здесь совсем по-иному, даже имя Иисуса употребляется всего несколько раз. Автора или авторов гораздо больше интересуют бытие, истина, заблуждение, Путь, Свет… Только один короткий отрывок: «Он (Иисус) просветил их; Он показал (им) путь. А путь этот — Истина, которой он учил их».

Даже распятый Иисус — не богочеловек, но символ плода на дереве жизни. Он не воскресает, а становится самим собой, то есть извечным Логосом, Мыслью Божьей. Он сбросил «смертные одежды» и облекся в бессмертие, которое никто не может отнять у него.

В «Евангелии Истины» нет ни слова о втором пришествии, о Страшном суде или о вознаграждении праведников в потустороннем мире. Автор этого сочинения обращается к человеку — отдельному, одинокому, который только внутри самого себя может обрести спасение.

В «Евангелии Истины» отсутствуют моральные поучения и этические нормы. Христианство для его автора — возвращение к истинному знанию о Боге, которого люди забыли, открытие Божества в самом себе. Подобно поэтам, он сравнивает земную жизнь с тревожным сном. Люди — жертвы пустых образов из снов, они находятся во власти страха и тоски. Они забыли, откуда они вышли и куда могли бы вернуться. Незнание Отца и есть причина их страхов, их неуверенности. Но также как свет разгоняет ночные видения, так и гнозис (мистическое познание) освобождает людей от страха. Человек, открывший в себе Божественный дух, возвращается к Богу: «Когда его зовут, он слышит, он отвечает, он направляется к Тому, Кто зовет его, и возвращается к Нему…»

Образный язык, отсутствие запутанных мифологических рассказов о происхождении мира, скрытое переосмысление образов и выражений, почерпнутых из более древней христианской традиции, сделали это произведение доступным для восприятия в разных христианских группах, но главным образом, конечно, в группах гностического толка.

Одна из причин христианской анафемы в адрес гностиков заключалась в том, что они были более последовательны в исполнении Иисусова слова: не только практиковали эгалитаризм, духовные практики, техники просветления, но устанавливали равенство мужчин и женщин. Руководителями их общин были как мужчины, так и женщины. Естественно, институциональная церковь не могла не ощущать исходящую от гностиков угрозу.

Пожалуй, только гностики постарались сохранить изначальную мистическую и эзотерическую сторону христианства, связывающую его с более древними мистериями и посвящениями. Но тоталитарная церковь объявила гностицизм ересью и приложила титанические усилия для полного его истребления, тем самым заложив бомбу замедленного действия в свой фундамент.

Евангелие от Фомы

Для всех, кто интересуется личностью Иисуса и историей христианства, «Евангелие от Фомы» — важнейшее открытие среди когда-либо найденных рукописей, включая все остальные книги собрания Наг-Хаммади. Оно радикально отличается от всех остальных евангелий: не содержит никаких жизнеописаний Иисуса, являясь сводкой его изречений, судя по всему непосредственно услышанных Фомой от брата[154].

В 1959 г., когда евангелие от Фомы было впервые опубликовано на английском, многие христиане были ошеломлены, узнав, что кроме канонических евангелий от Матфея, Марка, Луки и Иоанна существуют и другие.

Фома был духовным близнецом Иисуса и, возможно, лучше других апостолов понимал тонкости учения Христа. В историю он вошел под кличкой Фомы Неверующего по той причине, что не верил в воскресение Иисуса Христа до те пор, пока сам не наложил руки на его раны. В дальнейшем церковь использовала эту кличку для дискредитации апостола, трансформировав его образ в нарицательно-негативный. Очевидной причиной этого стало именно «Евангелие от Фомы», не вписывающееся в церковный канон и подрывавшее основы учения о необходимости церковной надстройки как института посредничества между человеком и Богом.

Ученые давно подозревали о существовании сборника «логий», «логионов», изречений, заветных слов Христа, которым (наряду с первым «Евангелием от Марка») пользовались три евангелиста — на это указывало удивительное совпадение речений Иисуса в канонических евангелиях, написанных многие годы спустя после смерти Учителя: вряд ли человеческая память могла сохранить их с такой точностью без наличия общей «памятки». Этот первоисточник утерянных изречений Иисуса в науке получил даже буквенное обозначение Q (от нем. Quelle — «источник»).

Похоже, что «Евангелие от Фомы» и предназначалось Учителем для узкого круга учеников как квинтэссенция учения, продиктованного им самим. При всей кажущейся хаотичности изречений, довольно легко понять, что необходимо донести до неофита и как лучше передать сам дух учения Иисуса. Видимо, именно эти речения позже вставлялись как в записанные евангелия, так и в устные проповеди.

Существование сборника «логионов», или афоризмов, Иисуса было предсказано, можно сказать, почти вычислено немецкой школой библеистов еще в XIX веке. Впрочем, о его существовании свидетельствовали и некоторые древние тексты: о нем писали в 230-х гг. Ипполит Римский и Ориген. Кирилл Иерусалимский называл его одним из ключевых текстов манихейцев, а фрагменты греческого текста этого апокрифа известны с 1897 года по раскопкам в Оксиринхе (Египет).

«Евангелие от Фомы» составлено в виде диалога между Иисусом и апостолом Фомой и включает в себя около 150 произвольно расположенных изречений, авторство которых приписывается Иисусу. Только половину из них можно найти в канонических евангелиях от Матфея, Марка и Луки. Серьезные исследователи считают, что мысли и идеи Иисуса адекватно переданы именно в записанном со слуха «Евангелии от Фомы», чем в тщательно редактированных канонических текстах. Видимо, это один из самых ранних евангельских текстов, наиболее близких к устной речи Иисуса. Вот что по этому поводу засвидетельствовал профессор Школы богословия при Гарвардском университете Гельмут Кестнер:

Если посмотреть на форму и словесное выражение конкретных изречений «Евангелия от Фомы» и сравнить с тем, как они сохранились в Новом Завете, то почти во всех случаях изречения из Фомы, как представляется, сохранили более раннюю форму традиционного высказывания или же представляют собой независимые варианты, основанные на более ранних формах.

Независимость текста «Евангелия от Фомы» от канонических евангелий Нового Завета делает его уникальным источником учения Иисуса. Начинается оно так: «Это тайные слова, которые сказал Иисус живой и которые записал Дидим Иуда