Жёсткая инструкция по выживанию или Зимняя сказка. Поиск ЭДЕМА - Олег Кожевников

Увидев этот пулемёт, Саша загорелся идеей немедленно спускаться в ангар и начинать его детально обследовать. Но этому очень активно воспротивился Володя, он на это предложение заявил:

— Кот, не гони лошадей, сам знаешь, когда нужна спешка. Ты лучше принюхайся, чувствуешь, бензинчиком попахивает. Лучше немного подождать, пока там немного проветрится. А то, не дай бог, бензиновые пары сдетонируют.

— Да не гони волну, Интендант, — ответил ему Саша, — тут такой объём помещения, и уже прошло столько лет, что концентрация паров ничтожна, и они действуют только на изнеженные носики.

Сашу с идей немедленного спуска вниз горячо поддержал Флюр, и, в принципе, был не против этого Коля. Пришлось в этот спор вмешиваться мне, я сказал.

— А что, Володя прав, зачем нам нужно спешить? Скоро будет готов обед. Лучше мы сейчас здесь наверху всё подготовим, а уже после обеда, с чувством, толком, с расстановкой, внимательно все внизу обследуем. Как раз за это время, через проделанную нами дырищу, там хоть немного проветрится.

Словами о скором обеде я полностью убедил всех не дёргаться и не торопить события. После этого мы, уже неторопливо, начали проводить подготовку для спуска вниз. Коля принёс верёвки, а мы вырубили в снегу ступеньки для подъёма на холм и нормально установили генератор. Когда Коля с Флюром молотками подгибали острые края обшивки ангара, появилась Галя. Она громко и призывно прокричала:

— Мальчики, заканчивайте, пора обедать!

После этого мы быстро закончили все дела и направились на долгожданный обед.

Он, опять, был исключительно рыбным, но все этому были только рады. Осетрина и икра ещё не успели никому надоесть. Рыбу ели, можно сказать — от пуза. Во время обеда основной темой была, конечно, информация о содержимом ангара. Особенно всех вдохновил стоящий там КРАЗ с большой цистерной. Только и было разговоров о том, как было бы здорово, если там будет залито дизтопливо. Не меньший интерес вызвал и вездеходный УРАЛ. Особенно восторженно о нём рассуждал Николай. Он, прям, горел желанием его осмотреть и завести, и, если с двигателем и ходовой всё нормально, то присоединить его к нашему каравану. Тем более, что у нас были запасные шины низкого давления. Их сняли с сожжённого нами УРАЛа. Идею Коли активно поддерживали и Саша с Флюром, у них был свой интерес. Они хотели забрать с собой найденную ЗПУ-2, почему это необходимо было сделать, Саша объяснял так:

— Сами понимаете, в новых условиях нужно быть готовым к отражению воздушной атаки. Да и по наземным, легко бронированным целям пулемёт Владимирова работает тоже неплохо. Это показал Афган, да и лицензии на его производство, проданные в другие страны, говорят о его возможностях. Дальность выстрела у него, по моемому — 7–8 километров, и на всём этом отрезке пуля сохраняет убойную силу. Прицельная дальность, конечно, поменьше, всего километра два, но для нас — более чем достаточно.

На его тираду я ответил:

— Санёк, да возьмём мы этот пулемёт! Не волнуйся, если только в цистерне КРАЗа окажется топливо, то обязательно захватим ЗПУ с собой. Даже не важно, что окажется в цистерне — бензин или солярка. Если там будет солярка, то станем реанимировать УРАЛ, если же бензин, то тогда будем приспосабливать имеющиеся шины низкого давления к ГАЗ-66, или к ЗИЛку. К тому же, тара для перевозки топлива там имеется, я видел несколько бочек, стоящих в самом углу ангара.

В результате всех этих разговоров, желающих спустится на обследование в ангар, было больше, чем достаточно. Каждый пытался доказать, что именно он будет там внизу очень полезен.

Меня Игорь сразу же попытался исключить из претендентов на эту работу:

— Батя, а ты вообще, по идее, должен остаться отдыхать в кунге, тебе часа через два, пора проводить процедуры.

Я возмутился и ответил:

— Вот когда нужно будет, тогда и будешь колоть, а сейчас, наоборот, нужно больше двигаться на свежем воздухе. Тем более, сейчас тепло, всего -12 градусов. К тому же, я никаких тяжёлых физических работ не веду, просто хожу, наблюдаю. Глядишь, смогу что-нибудь полезное посоветовать. А в ангаре, тем более, работа как раз для меня, ходи там себе и всё осматривай, никакой тебе физической нагрузки. Единственная трудность только, подниматься по верёвке наверх, но тут ребята помогут, если что — быстро вытащат, остаётся только привязать себя покрепче. Вот тебе там делать точно нечего — представляешь, ты на руках выберешься наверх по верёвке, руки у тебя сильно устанут, и, может быть, даже начнут дрожать, а тут нужно будет делать мне укол в глаз. Нет, Дохтур, твои руки надо беречь, не перегружать их — вот ты и оставайся в кунге.

После всех этих оживлённых дебатов мы, всё-таки, договорились, что в ангар полезут все те, кто что-нибудь понимает в технике. Сергей с Максом остаются работать на снегоуборщике, а Дохтур дежурит возле вырезанного отверстия и страхует людей, поднимающихся из ангара, а так же передаёт туда необходимый инструмент. Помогать Игорю, приносить и опускать затребованные инструменты, должны были наши девушки.

Как только этот бурный обед закончился, наша большая группа, захватив электротехническое оборудование для установки освещения, а так же все те вещи, которые, несомненно, должны были понадобиться для запуска автомобилей, направилась к ангару. При спуске вниз, у вырезанного проёма образовалась целая очередь. Меня, как болящего, заставили надеть монтажный пояс, зацепили его за канат и опустили вниз, прямо в руки Саши и Флюра.

Пока Саша принимал, передаваемые сверху грузы, мы с Флюром сразу же направились к КРАЗУ. Ведь всех без исключения интересовало в первую очередь содержимое цистерны. По пути мы нигде не задерживались и ничего не осматривали. Даже возле ГАЗ-66, с пулемётом в кузове, Флюр прошёл не останавливаясь. Добравшись до КРАЗа, Флюр, каким-то немыслимым образом, в несколько прыжков оказался на цистерне, рядом с выступающей горловиной. Затем, открыв крышку, он заглянул внутрь цистерны. Всё, последующее за этим, походило на какое-то представление при освещении моего мощного аккумуляторного фонаря. Увидев содержимое, Флюр подпрыгнул и громко что-то прокричал, потом, захлопнув крышку, он исполнил, прямо на цистерне, какой-то зажигательный татарский танец, чем-то похожий на джигу. Мне и без слов стало ясно, что нас можно поздравить с находкой большого запаса топлива. Но я, всё равно, дождавшись, когда Флюр закончит бесноваться, спросил:

— Ну, что там? Хан, не томи душу — скажи, не зря мы сюда забрались?

Флюр с улыбкой посмотрел на меня и ответил:

— Да ты что, Бать! Тут почти полная цистерна солярки — тонн восемь, наверное, есть. А если ещё и УРАЛ поставим на ход и загрузим этим топливом, то нам — нафиг не нужна Констанца и её нефтяные терминалы. Тем более, там пришлось бы мудрить с перегонной установкой, и неизвестно, сколько бы мы на этом потеряли времени. Скорее всего, пришлось бы нам летовать где-нибудь в Румынии, и жрать местную мамалыгу.

После этого он пропел:

— Не нужен нам берег Турецкий…

— И Греция нам не нужна!

И, очень довольный собой, в два прыжка, спустился ко мне. После этого, мы, оглядев эту сторону ангара, направились обратно к Саше. Он всё ещё принимал опускаемый сверху груз. Увидев нас, сразу же спросил у меня:

— Ну, что там Хан прыгал и кричал, видать, нас можно поздравить?

Но вперёд, как и обычно, успел вылезти Флюр, он и ответил:

— Живём, Кот, там — соляры, хоть задом ешь! Теперь можно напрямик двигать к Босфору. Чувствую, что всё-таки этим летом я обмою свои бедные волосатые ноги в тёплом океане.

Саша хмыкнул и вопросительно посмотрел на меня. Как бы отвечая на этот невысказанный вопрос, — что будем делать дальше, — я начал распоряжаться. Глядевшим на нас сверху ребятам, я крикнул:

— Всё нормально, топливо здесь есть. Сейчас пускай сюда спускаются Мастер и Граната — они займутся УРАЛом, а остальным тут нехрен делать. Теперь у нас новый приоритет — нужно будет откапывать ворота в ангар, и разбивать лагерь. По-видимому, нам придётся здесь побыть дня 3–4. Да, и ещё, я здесь тоже не нужен, поэтому, подождите, я сейчас гляну на другую сторону ангара, и меня можно вытаскивать наверх.

После этого я, обращаясь уже к Саше, сказал:

— Думаю, вы тут вчетвером справитесь с УРАЛом. Пулемёт пока трогать не надо, главное для нас сейчас, это завести и поставить на колёса УРАЛ. Кстати, если будет время, поищите ещё бензинчику, наверняка, он здесь присутствует — хотя бы в баках грузовиков. А то, чувствую, снегоуборщик и генераторы за это время, здорово уменьшат наш запас. А сейчас пойдём со мной, проверим ангар за этим опрокинутым Газоном, а Флюр пускай тут постоит, попринимает груз, да и спускающихся ребят подстрахует.

Чуть не споткнувшись, об опущенный Сашей сверху и отставленный в сторону большой аккумулятор, я, первым, направился в наполовину сплющенный конец ангара. Пробираться туда пришлось между стеной и опрокинутым ГАЗ-66. Когда я пролез в эту щель, то увидел, что метров через семь ангар заканчивался выгнутой и прорванной в нескольких местах металлической полусферой. Половина из этих семи метров пути была засыпана снегом, толщина сугроба у самой прорванной стены была метра два, а всё свободное от снега пространство было забито рассыпанными бочками, какими-то банками и двумя цистернами на колёсах, ёмкостью по две с половиной тысячи литров. Одна из этих цистерн, так же, как и ГАЗ-66 была опрокинута, только она лежала, практически, вверх колесами, полностью принять горизонтальное положение, помешала, лежащая под ней бочка. Дополнительным мазком к этой картине полного разгрома был вид, торчащей из-под снежного сугроба части, по-видимому, патрульного квадроцикла. Немалый колорит всему этому бардаку придавало освещение — два луча от наших фонарей постоянно перемещались и освещали попеременно разные участки ангара.