Жёсткая инструкция по выживанию или Зимняя сказка. Поиск ЭДЕМА - Олег Кожевников

Перекурив, я, с чувством полностью выполненной миссии по обследованию этого помещения, вышел в коридор. У меня даже не возникла мысль, посмотреть папки с радиограммами, чтобы узнать, какие распоряжения командования должна была выполнять эта погранзастава. Выйдя в коридор, я увидел у следующей двери, стоящего в нерешительности и мнущегося Валеру. Увидев меня, он, как бы оправдываясь, произнёс:

— Этот, чёртов Хан, как накаркал — действительно, в комнате полно мертвяков.

Я усмехнулся и спросил:

— Но что-то, кроме этого, ты там увидел?

— Да нет там ничего интересного — стоит штук десять, двух ярусных кроватей, а на них трупы.

— Ну, ты и сноб! Надо же, даже в тумбочках и в карманах не пошарил. А вдруг, там есть сигареты, или бутылочка где-нибудь припрятана.

— Да успокойся ты, Батя. В тумбочки и шкафы я глянул — кроме разной белиберды, нет там нужных нам вещей. Единственно, я в карманы не лазил — противно как-то всё это, не по-человечески.

— Ха, по чужим квартирам или складам лазить — это нормально, а карман трупа — западало обшарить? Ты пойми, мы теперь, по воле провидения, стали полноправными наследниками этих людей. И я думаю, что они там, на небесах, очень даже рады, если смогут помочь нам выжить и сохранить хоть какой-то оптимизм. Ладно, на вот, сигаретку, покури немного. Кстати, эту пачку мне подарил один из мертвецов, он, как будто специально, умирая, её не придавил, а оставил карман кителя открытым, чтобы её было удобно вытащить.

Валера взял сигарету и, с видимым удовольствием, её закурил, а я, открыв дверь, возле которой он стоял, заглянул внутрь помещения. Луч фонаря осветил ряды двух ярусных кроватей, на которых тоже лежали трупы. По-видимому, эта большая комната, так же как и предыдущая выполняла роль казармы. Несмотря на предыдущее заявление, мне что-то совсем не хотелось заходить туда и начинать проверять тумбочки и карманы усопших. Поэтому я даже обрадовался, хотя и удивился, когда в противоположном конце коридора неожиданно возник луч света, и появилась человеческая фигура. Когда она вышла на освещённое лампами место, то оказалось, что это был Коля. Он целеустремлённо направился к нам, по пути он, с видимым удовольствием, вдыхал сигаретный дым, распространявшийся чуть ли не на весь коридор. Этот запах, наверное, и привёл его к нам.

Коля, ещё издали начал выкрикивать:

— Ну, как дела? Я носом чую, что можно вас поздравить с добычей. Может вы и горилку здесь нарыли?

— Какая, к чёрту, добыча, тут везде только одни мертвяки, — ответил я, — единственное, что стоящее нашёл, дек это пачку сигарет, да и то, они воняют, как копна прелого сена. На вон, сигаретку, отравись за компанию.

Николай, взяв сигарету, сразу её не закурил, а, немного отдышавшись, заявил:

— Тогда заканчивайте здесь и пойдёмте со мной, там, вроде, намечается интересная тема. Мы с Максимом нашли проход в пристройку, по-видимому — раньше там была столовая и кухня, правда, пролезть туда будет не очень легко, вся та сторона завалена всякими обломками и снегом. Наверное, той стороне здания довольно сильно досталось от цунами. Все-таки хорошо, что близко не океан, а всего лишь — Чёрное море, поэтому волна была не очень большой.

После этих слов, он закурил полученную сигарету, немного подымил ей, а потом продолжил:

— Фу, чуть не забыл, зачем шёл! Нужно туда захватить какой ничуть ломик, а то там нашли железную дверь и монтировками, ни фига не получается её вскрыть. А тут, возле лестницы я вроде видел пожарный щит и, висящий на нём, толстый багор, я думаю, им мы и сможем вскрыть ту дверь.

— Ну что, тогда докуривай и пойдём ломать эту дверь, — согласился я с его предложением, — к тому же, Валера, как знал, что нужно будет чего ничуть вскрывать и захватил с собой большой гвоздодер, в определённых кругах называемый фомкой.

В этот момент в разговор вступил Валера, он, вытянув вперёд руку, указал на противоположную сторону коридора, где, выделяясь среди других, виднелась мощная железная дверь и спросил:

— Что, там установлен такой же монстр? Если да, то мы — хрен её вскроем подручными средствами. Может, всё-таки, сходить к Кингам и взять болгарку?

Коля, глянув на указанную дверь, помотал головой и заявил:

— Да нет, та гораздо хлипче, просто дверь, обитая оцинковкой. Мы бы её и ногами выбили, но она, сволочь, открывается наружу. Багром, я думаю, мы её спокойно отожмём. Ладно, пошли мужики, а то Максим там уже, наверное, заждался.

Когда мы уже направились к дальней стороне коридора, я всё-таки не удержался и прямо на ходу спросил у Коли:

— Слушай, а как всё-таки вы оказались раньше нас на первом этаже? Вроде бы все, пока мы устанавливали проводку, пошли проверять второй этаж.

— Правильно, мы с Максом сначала и заглянули в одну комнату на втором этаже, но это оказался простой кабинет, кроме уставов и каких-то бумажек, там ничего не было. А так, как народу там и без нас было полно, мы и пошли на первый этаж, можно сказать, сразу за вами. Только направились мы в другую сторону коридора, а там он поворачивает и ведёт в столовую.

Остановившись около пожарного щита, Николай снял похожий на ломик багор, и мы пошли дальше. При нашем приближении к повороту коридора, стали видны следы разрушений, валялись какие-то доски и отвалившаяся штукатурка. После поворота, этих следов стало гораздо больше, а когда мы вышли из-под защиты каменных стен, то увидели настоящую картину разрушений. Мы еле пробрались мимо снежных столбов, образовавшихся в местах обрушения крыши. Наконец, добравшись до новых каменных стен, я увидел Макса, который при свете фонарика пытался обследовать большой зал, уставленный обеденными столами. В этом зале, в двух местах, тоже стояли толстые снежные столбы, и кое-где валялись обломки плит перекрытия. Из всех этих признаков я вывел, что эта пристроенная столовая была одноэтажной и по качеству, гораздо хуже большого здания.

Идущий впереди Николай, уверенно вошёл в примыкавшую к столовой кухню, пробрался между плитой и большим разделочным столом и вошёл в небольшой коридорчик. В конце его и была наша цель — оббитая оцинкованным железом дверь. Следом за нами, в этот же коридорчик вошёл и Макс. Вот, вчетвером, мы и начали, временами мешая друг другу, вскрывать эту дверь. Отжать её багром у нас так и не получалось — мешала стена. Помучившись так минут десять, я отошёл в сторону, чтобы теперь другие попытались это сделать. Только решил закурить, как раздался отдалённый хлопок взрыва. Я, засунув сигарету обратно, поспешил в основное здание, откуда и пришёл этот звук. Ребята так и продолжали заниматься дверью. Из-за шума, производимого ими самими, никто не услышал этот хлопок.

Добравшись до большого, освещённого электрическими лампами коридора, я увидел, что железная дверь была распахнута, и у входа в эту комнату переминался с ноги на ногу Граната. Увидев меня, он улыбнулся и довольным тоном произнёс:

— Ловко ваш Хан эту дверь вскрыл. Сразу видно — крутой профессионал.

— Других не держим! Так что — учись, студент, как надо мародёрствовать. Наверное, этот пласт жизни прошёл мимо тебя. Но не волнуйся, с нами ты быстро всё наверстаешь.

С этими словами, я, пройдя мимо него, вошёл в открытый дверной проём. От увиденного богатства, у меня даже ёкнуло сердце. Вся эта большая комната была заставлена пирамидами с оружием и стеллажами с боеприпасами. По-видимому, похожие чувства, только в сто раз сильнее, испытывали и Саша с Флюром. Они оба, с очумелыми глазами ходили от одного стеллажа, к другому и что-то периодически друг другу покрикивали.

— Ни хрена же себе, ёжкин кот, — воскликнул я! — И скажите мне на милость, как мы всё это богатство вывезем.

Этими словами я прервал обоюдный экстаз Саши и Флюра, они остановились, и, уже осмысленными глазами, посмотрели на меня, после чего Саша сказал:

— Вот, вот, Батя, я тоже об этом думаю, только вот ни одна умная мысль в голову не приходит. Если даже мы наладим ещё одну машину, то где для неё взять шины низкого давления. Поставить обычные камеры — они через десять километров лопнут. Да и где взять на новую машину двух водителей? Боюсь, что никто из оставшихся дам не выдержит такой темп движения. Тут у мужиков-то зрение не выдерживает. Так что, придётся оставить всё здесь, захватим только немного боеприпасов, разовых гранатомётов и четыре комплекта ПЗРК.

— Тогда получается, нам не нужен крупнокалиберный пулемёт, — высказал я своё мнение, — тем более, это ЗПУ весит килограмм двести, не меньше.

— Да, Батя, наверное, ты прав, сейчас самое главное для нас — по максимуму загрузится топливом. Жалко, конечно, оставлять такую вещь, но видать, придётся.

Потом, ещё раз оглядев помещение оружейки, он, с ноткой горечи в голосе, продолжил:

— Ладно, что тут поделаешь! Тогда мы с Ханом подберём тут самое необходимое, а остальные пускай, чтобы не терять время, продолжают обследовать другие помещения. Глядишь, ещё что-нибудь интересное найдём.