Паладин. Свет и Скверна IV - Илья Романов

Двойной смысл сказанных слов я понял сразу.

— Герцогиня осталась довольна?

— Очень довольна, — широко улыбнулась она, поставила локти на стол, положила на ладони подборок и стала наблюдать за моим завтраком. — Отдаю вам должное князь, вы и до этого впечатляли меня, а после сегодняшней ночи ещё больше. Даже интересно стало… откуда такой опыт?

— В интернете изучал.

И это даже не ложь, а полуправда. Грех, но я посмотрел в всемирной сети, как в этом мире люди занимались любовью. И речь не про видеосодержащий материал, а письменные тексты с картинками. Занимательное чтиво, хотя и греховное… Впрочем, пусть Паладины и были воинами Света, почитающими добродетель, мы все жё не отказывались от любви тела. Тот же комтур Лендур был завсегдатаям борделей, а его напарник Ордан как-то заявил:

«Мой целибат разорить всех жриц любви, брат Август! Я без этого не смогу, Свет мне свидетель! Поэтому отпусти мне грех и я пошёл на новые свершения!»

Как-то так, но да ладно об этом…

Желая поддержать разговор, Дарья стала расспрашивать у меня про новые щиты и про Алексея, сила которого очень сильно похожа на мою. Соотнести два и два при виде способностей молодого Паладина было очень просто, а женщина была не глупа. На глупую я бы не посмотрел. Вот и интересовалась, как так-то. Всей правды я пока говорить ей не собирался, пусть мы и сделали шаг навстречу друг к другу. Постепенно она всё узнает, но не сейчас. Слишком рано, в общем-то. Зашла речь и про увеличенные поставки нужных мне руд и драгоценных камней, отчего Дарья засмеялась и сказала:

— Вот, значит, как! Сначала объездил, а теперь используешь⁈

Конечно, заявление это было в шутку, а я признался, что проблему с ремонтным комплексом решил бы так и так. Через неё банально проще, что Дарья и сама понимала. А ещё называла Лорана жадным пропойцей и хамом, но очень сильным Архимагом.

— Чем будешь заниматься сегодня, Вить?

— Михаил Долгоруков должен подъехать через полтора часа, — посмотрел я на часы. — Я обещал ему лечение и должен помочь. Первые этапы он прошёл три дня назад, но до выздоровления ещё далеко. А дальше разберусь по обстоятельствам. А ты? Вернёшься к себе?

— Надо бы, — вздохнула она и поморщилась. — У меня сегодня встреча с партнёрами из Амерской Конфедерации. Из-за войны поставки оборудования задерживаются, а ждать мне вот вообще нельзя. Люди как бы готовы к работе, техника простаивает, а это издержки. Кстати, мой секретариат должен был отправить тебе на почту договор на выработку тех залежей, что достались тебе от Нарышкиных. В свете наших отношений, — улыбнулась женщина. — Процент я с тебя не возьму, считай всё даром, но нужно, чтобы ты приставил своих людей к охране. Из-за той же войны все мои Егеря и гвардия сейчас заняты.

— Не проблема, — кивнул я и спросил: — Тебе требуется помощь?

— Ой, ваша светлость желает помочь бедной мне?

— Ага, бедной тебе, — хмыкнул я на её игру. — Так нужны люди или нет?

— Люди — нет, а вот некоторые ингредиенты из Зоны пригодились бы. Договор с Погорелыми, как бы это, погорел, — развела она руками. — Они должны были поставить некоторые части тварей на мой металлургический завод в Красноярске…

— Это один из тех, что сталь с частями тварей плавит? — покивал я. — Почему погорел?

— Да из-за той же войны, — отмахнулась Дарья. — Погореловы военнообязанный род, их прошлый глава сильно огорчил императора и теперь «очень должен». Сейчас все их Егеря и гвардия в Хабаровске, а дома остались лишь дети и женщины. Обязательства свои они заморозили, либо выплатили неустойки.

— Что конкретно тебе нужно и сколько?

На мой вопрос она широко улыбнулась, подалась вперёд и поцеловала. И мне пришлось приложить изрядную силу воли, чтобы отстраниться, а не проверить крепкость стола в обеденном зале.

— Я пришлю список, — выдохнула Дарья, проведя пальцами по губам. — Но если хочешь, могу и рассказать… Всё и обстоятельно… Только не здесь, а наверху.

Я вновь посмотрел на часы, сверил время, затем на блины, а следом в горящие глаза Дарьи.

— Думаю, лучше всё узнать из первых уст, — чуть ухмыльнулся я. — А с деталями ознакомиться позже.

* * *

В палате лазарета стоял удушающий запах алхимических смесей и даже приоткрытое окно особо не помогало. Шторы на окнах была занавешены, чтобы солнце не проникало внутрь и не вредило проходящей процедуре.

— И долго мне так лежать? — глухо спросил Михаил.

— Пока я не пойму, что хватит, — смочил я в тазике с раствором новую ткань и наложил её поверх предыдущей.

Старый Долгоруков сейчас напоминал мумию. Весь замотанный в белоснежные бинты, только глаза и оставались открытыми.

Первые этапы лечения подошли к концу. Я смог стабилизировать энергетику Михаила, а теперь предстоял самый сложный путь. Раствор из яда Острожалов и смолы Визжащего Древа, которым пропитаны бинты, должен… размягчить структуру. Старые раны требовалось заново «вскрыть», а раз дело шло не о теле, а энергетических каналах, то ошибок быть не могло в принципе. Допущу хоть одну и Долгоруков умрёт.

За моей спиной, у входа в палату, стояла в ожидании группа целителей рода Долгоруковых, а с ними Сергей Михайлович. Они не мешали нам и в тишине наблюдали за процессом, ожидая лишь одного — моей отмашки.

— Жжётся, — описывал свои ощущения Михаил, выполняя мои рекомендации. — Левая сторона груди, живот и правое плечо.

— Жжение нарастает? — сразу же спросил я и получил слабый кивок в ответ. — Это хорошо. Сконцентрируйся на нём и постарайся направить.

— Направить? — в глазах его отразился скепсис. — Куда направить?

— По всему телу.

Сказать проще, чем сделать. Спустя полчаса Долгоруков стал ёрзать и по моему приказу целители его приковали к постели удерживающими ремнями. Ещё спустя двадцать минут с его губ сорвался болезненный стон, но он держался и терпел. Всё, как я и сказал ему изначально.

— Весь торс, — просипел он. — Левую ногу и руку не чувствую… Права нога пульсирует…

Я молча кивнул, всё это время держа ладонь на его груди и посылая слабые импульсы Милосердия Света в его ауру. Пиликали аппараты, к которым целители подключили старого кузнеца, и с