Серебряная королева - Франческа Гиббонс

попасться. С холма спускался отряд стражей. Может быть, они тоже разыскивают её?

Имоджен не стала выяснять. Она бросилась в ближайшую лавочку и захлопнула за собой дверь. С колотящимся сердцем выглянула в окно. На улочке стражи из дворца что-то возбуждённо говорили и показывали руками. Они продолжали её искать! Имоджен присела, чтобы её не заметили. Затаив дыхание, она стала считать в уме, надеясь, что люди Суровеца пройдут мимо и продолжат свои поиски дальше.

– Чем могу вам помочь? – спросил жизнерадостный голос.

Имоджен повернула голову и увидела молодого светловолосого мужчину, стоявшего за прилавком.

– Ой… да нет, вы вряд ли сможете, – выпалила она.

– Вздор! – уверенно сказал молодой человек. Он обвёл рукой помещение. – Вопрос лишь в том, чтобы угадать со стилем.

Только теперь Имоджен увидела, где очутилась. Это был магазинчик, от пола до потолка заставленный застеклёнными витринами. В витринах лежали самые разные драгоценности: браслеты, усыпанные гранатами, изящные застёжки и пряжки для ремней. Здесь была даже тиара, усыпанная жемчугом, а с потолка свисали низки коралловых бусин.

– Я работаю с лучшим серебром Валкахи, – с гордостью сообщил молодой человек. – А украшения создаю сам, по собственным эскизам. Может быть, предложить вам что-нибудь маленькое? Кольцо или браслет?

– Я пришла сюда не за браслетом, – сказала Имоджен с едкой горечью в голосе. – Я пришла сюда за своей сестрой.

– Ах, – воскликнул ювелир с сочувственной улыбкой. – Боюсь, сестёр у нас нет.

Но Имоджен уже не слушала его. Она вдруг вспомнила, что сказал Суровец. «Твоя сестра у лютомужей… и сейчас вы все отправитесь за ней следом».

Имоджен опоздала. Комок встал в её горле. «Моя сестра маленькая, у неё рыжие волосы. Она примерно вот такого роста». Ком в горле Имоджен стал ещё больше. Разговоры о Мари, воспоминания о ней – это всё не вернёт ей сестру, не заставит её появиться.

Но ювелир ждал ответа, поэтому Имоджен заговорила.

– Мою сестру зовут Мари. У неё рыжие волосы, веснушки на носу и шрам на руке от пореза. Ей всего восемь, но она очень хорошо рисует… – Слёзы защипали глаза Имоджен.

– Ей очень повезло иметь такую сестру, как ты, – сказал молодой человек.

И тогда слёзы прорвались и хлынули рекой.

– Нет! – прорыдала Имоджен. – Нет! Это из-за меня Мари похитили! Из-за меня она вышла из отеля!

Ювелир не стал её перебивать, не стал говорить, что это не так. Вместо этого он терпеливо ждал, когда её слёзы иссякнут.

– Не хочешь выпить чашечку чаю? – предложил он.

Имоджен взглянула в сторону окна. Мужчины в красных плащах ушли.

– Да, спасибо, – сказала она. – Было бы замечательно.

Глава 77

Ювелир расчистил уголок на верстаке, сдвинув в сторону молоточки, щипцы и камни. Потом принёс две чашки с серебряными ободками. Такие чашки очень понравились бы бабушке Имоджен.

Шестерёнки в голове Имоджен пришли в движение и завертелись, пока она смотрела, как ювелир разливает чай. У молодого человека были очень светлые, почти невидимые, брови и сильные, ловкие руки. Но взгляд Имоджен постоянно возвращался к чайнику… Где она видела его раньше?

– Я добавил немного мёда, чтобы было послаще, – сказал он, подавая Имоджен чашку.

– Я знаю, кто вы такой! – вскрикнула она, едва не расплескав свой чай. – Вы тот мужчина из часов!

Ювелир слегка опешил.

– Вы знаете что-нибудь о моей сестре? – спросила Имоджен, гадая, зачем часы показали ей этого человека. Ювелир покачал головой и сделал глоток чая. – Вы знаете что-нибудь о лютомужах?

Ювелир чуть не поперхнулся чаем.

– Нет! – ответил он. – В Валкахе нет лютомужей.

– А вот и есть! – рявкнула Имоджен. – Мою сестру отдали им здесь, в вашем городе. И потом, разве лютомужи стали бы носить с собой карту города, в котором они никогда не разбойничали? Нет, они здесь – и их нужно остановить!

Ювелир поставил на стол свою чашку.

– Кто тебя послал? – спросил он.

– Никто!

– Кому ещё ты рассказывала о…

Дверь распахнулась, и с улицы в магазин вошла женщина. Увидев Имоджен, она замешкалась на пороге.

– Я не помешала? – спросила дама.

– Нисколько, – галантно ответил ювелир, выжимая приветливую улыбку.

– Мне нужна булавка для волос, – защебетала женщина. – Изящная, красивая, но ни в коем случае не слишком броская.

– Магазин закрыт, – рявкнула Имоджен.

Женщина перевела взгляд с девочки на ювелира.

– Ах, простите, я не знала…

Имоджен в упор смотрела на неё, пока женщина не скрылась за дверью. Тогда она встала и опустила засов, чтобы больше никто не мог войти сюда с улицы.

– Что ты себе позволяешь? – воскликнул ювелир. – Это была одна из моих постоянных покупательниц!

Имоджен вернулась к верстаку.

– Я хочу задать тебе несколько вопросов, – заявила она, вызвав к жизни своего внутреннего детектива. – Говори мне правду. Как тебя зовут?

– Йемнивец, – прошептал молодой человек. – Сокращённо Йемни.

Он выглядел испуганным, и Имоджен непременно стало бы стыдно, если бы дело не было таким важным. Ей это нужно не для собственного удовольствия! Она делала это ради Томила, Луки и Мари – и ради всех детей, похищенных лютомужами.

– Что тебе известно о моей сестре? – спросила она.

– Ничего, – ответил Йемни.

Имоджен заложила руки за спину.

– Что тебе известно о лютомужах?

– Ничего?.. – повторил Йемни, но на этот раз его ответ был больше похож на вопрос.

– Это же неправда, верно? – прищурилась Имоджен.

– Хочешь ещё чаю? – Йемни налил вторую чашку. – Отлично успокаивает растрёпанные нервы.

Дверь в мастерскую задребезжала. Имоджен обернулась и успела увидеть алые плащи, мелькнувшие в окне.

– Простите! – громко крикнул Йеминец. – Мы закрыты!

Бум-бум-бум! Стук стал ещё настойчивее.

– Это люди из дворца, – прошептала Имоджен. – Они меня разыскивают! Не впускай их!

– Придётся, – ответил Йемни. – Иначе они выломают дверь. – Он откинул крышку сундука, стоявшего у дальней стены мастерской. – Живо! – прикрикнул Йемни. – Залезай внутрь!

«Это какая-то ловушка?» – подумала Имоджен. Но выбора у неё не было. В дверь уже барабанили кулаками.

– Минуточку! – крикнул Йемни, дожидаясь, когда Имоджен заберётся в сундук, чтобы опустить крышку над её головой.

Имоджен прильнула к замочной скважине сундука. Йемнивец отпер дверь, и в магазин ворвались трое мужчин.

– Почему так долго? Почему дверь была заперта?

– Я только что заварил чай, – ответил Йемни. – Не хотите выпить по чашечке?

Мужчины уставились на две чашки с серебряными ободками.

– С кем это ты тут чаёвничал?

На какое-то жуткое мгновение Имоджен подумала, что Йемни сейчас её выдаст. Что может быть проще, чем передать её в руки стражей – беспомощную, запертую в сундуке? Неужели в этом и состоял его план?

– О, я всегда делаю себе две чашки, – ответил ювелир. – Одной мне