В объятиях его одержимости - Нина Северова

для твоей безопасности, — давай, врежь по моей харе, чтобы я пришёл в чувство.

— Для безопасности?

— Да, время сейчас неспокойное, поэтому надёжнее, чтобы ты была женой по документам.

— А как это без моего участия? Так можно?

Хмыкаю. Моя наивная девочка.

— Бабки и связи решают всё, Арина. И я сделал это не в городе, а в Котелково, — хочу поцеловать, но жду истерику.

Девочка молчит. Думает. А я умираю с каждой минутой, потому что боюсь, что она не примет это решение.

— Давай только Алёне и бабушке не будем говорить, ладно? Они заказали украшения для дома к дате свадьбы. И если это всё не пригодится, Алёна нас съест, — улыбается. — И фотографа я уже оплатила на этот день.

— Ты не злишься? — сжимаю сильнее.

— Не скажу, что это приятно, Тимур. Но, если ты посчитал нужным, значит, пусть так и будет. Тем более разница не такая уж большая в днях, — упирается лбом в мой.

Давлю на скулы и вторгаюсь языком в приоткрытый рот. Моя идеальная жена. Понимающая. И без лишних вопросов. Будто камень с души свалился.

— Тимур, не здесь же, — улыбается мне в губы. А я уже не могу себя контролировать, мне нужно быть внутри нее, глубоко.

Встаю вместе с Ариной на руках, задеваю стол бедром, грохот. Арина хихикает, а у меня пелена возбуждения. Разложил бы прямо здесь на столе, но нельзя.

За два шага оказываемся в комнате, раздеваю её сам.

— Значит, у нас сейчас будет первая брачная ночь? — Арина поднимает таз, когда я тяну трусики вниз.

— Да. Без криков, но с ласками, — провожу языком по мокрым складкам. Девочка выгибается, подставляет себя. А я дурею. Точно псих, зависимый. От ее запаха и вкуса.

Но не хочу лечиться. Хочу ещё сильнее в ней утонуть, чтобы от меня ничего не оставила.

— Жена, моя жена, — вхожу членом до упора.

Глава 49

Дремов

Сажусь в машину, кидаю больничный лист на пассажирское сиденье. Надо сразу завезти в кадры в УВД, потом некогда будет. Завтра на работу, а там дел по горло.

Телефон опять трезвонит. Кристина достает меня со вчерашнего вечера. Хочет приехать ноги раздвинуть. А у меня не стоит на нее больше. И на любую другую женщину тоже. Всё моё тело принадлежит только Арине, она и будет им пользоваться.

Поднимаюсь на третий этаж, в УВД как всегда — чистота и порядок. Выглядит всё прилично, не как у нас. Сколько бы я не просил денег на ремонт, всегда посылали в задницу. Мол, зачем зэкам красоту наводить. Согласен. Но помимо зэков в колонии ещё и люди работают, которые видят эти развалины ежедневно.

— Дарья Васильевна, добрый день, — улыбаюсь.

— Давно вас не видно, Иван Николаевич. Как вы? — женщина лет пятидесяти пяти снимает очки. Интересно, если бы я работал в таком же чистом кабинете, любил бы свою работу?

— Да вот, на больничном был. Авария небольшая случилась, — отдаю бумагу.

— Кошмар! Наказали виновного? Или скрылся? — прикрывает рот рукой. Да уж, Ваня, сказочник ты.

— Скоро накажут, всё нормально. До свидания, — улыбаюсь и выхожу. Потряхивает от самого себя.

Опять звонит телефон и мне хочется швырнуть его об стену. Если это Кристина, я пошлю ее матом, клянусь. Но это Леша.

— Да? — спускаюсь по лестнице.

— Ты занят?

— В УВД был, уже выхожу. Что такое? — чувствую тревогу.

— Не по телефону. Можешь заехать ко мне? Я на работе, — на фоне скрипит стул.

— Блядь, почему мне кажется, что новости мне не понравятся? Через десять минут буду.

— Давай.

Точно случился какой-то пиздец. Нутром чую. Но что? Сажусь в тачку, бью ладонью по рулю. Это постоянное напряжение меня выводит. Раньше всегда контролировал себя, а сейчас любая мелочь доводит до психоза. Но искренне верю, что Арина все мои раны залечит. Да, точно. Только пусть будет рядом и всё сразу пройдёт.

Доезжаю до Следственного за пятнадцать минут. Долбаные пробки и ремонтные работы. Лёха встречает меня на подходе, жмём руки.

— Ну? Не томи, блядь, — заходим в кабинет, сажусь на стул. Друг молча обходит стол, достает бумажку из папки протягивает мне.

Читаю и ничего не понимаю. Так, ещё раз. Свидетельство о заключении брака вчерашним числом. Абаев Тимур Радикович и… Абаева Арина Александровна. Сука. Прикрываю глаза.

— Позвонил тебе как узнал, — Леша щелкает чайник, кабинет заполняет шум. Как и у меня в голове — просто шум и никакой логической мысли.

Какого хрена произошло? И главное, как мы это упустили?

— Не понимаю, почему… вчера, а не в назначенный день? — перевожу взгляд на Лёшу.

— Потому что Абай не дурак, я тебе всегда это говорил. И ты всегда это знал. Думаю, что он просто перебздел. Арина теперь официально его жена и… Блядь, Вань, ну всё уже, понимаешь? — Леха проводит рукой по волосам.

И я понимаю. Упустил. Навсегда упустил. Арина теперь жена другого. Не подруга, не сожительница, а ЖЕНА. Абаева, она теперь носит фамилию ублюдка.

Почему всё так, Господи? Почему она его, а не моя? Разве я хуже? Что со мной не так? Она ведь… Так и не поняла, что потеряла никогда этого не имея. Я бы….

— Ваня, скажи что-нибудь, не пугай меня, — Леша протягивает кружку кофе. А мне хочется вывернуть всё на него.

— Почему ты проебал этот момент? Ведь в ЗАГСе должны были позвонить тебе, когда они появятся. Такой ведь уговор был, — беру кружку и ставлю на другой стол. Руки дрожат, пот стекает по спине, рубашка неприятно липнет.

— Они расписались в Котелково, а мы пасли ЗАГС здесь.

Смотрю на свидетельство и вижу посёлок. Действительно, Котелково. Блядь, какой же я тупой.

— Вань, я не знаю, что делать. Мы не можем ничего дельного собрать на Абаева, весь бизнес в рамках закона. То, что они с Батыром встречались и по поводу тебя общались — это только слова. Ни казахов, ни Тимура не повяжешь. Но есть нападение на тебя, можем использовать это, если напишешь заявление. Все остальные зацепки ни к чему не привели. Пацаны мои уже воют от переработок и пустых поисков непонятно чего.

Молчу. Мне нечего сказать. В груди