Горничная немого дома - Ольга Сурмина

- Так вы... принимаете мои чувства? — Тихо продолжала служащая, поднимая смущенный взгляд на возлюбленного.

- Да. — Так же тихо, и, немного шокировано произнес хозяин. Ему нравилось все, что, происходит, безумно нравилось, до последнего вздоха.

Вдруг одна из дверей сзади раскрылась. По этажу за их спинами находились комнаты других горничных, и не было ничего странного в том, что одна из них ночью захочет в уборную. Однако, служанки на пороге комнаты не было. В дверном проеме стояла огромная, серая свинья, с черными, как уголь, глазами и крупными копытами. За ее спиной находилось обычное, вроде-бы, помещение, но, присмотревшись, Холгарт увидел свинарник, и слегка отпрянул от двери. Дощатый пол с крупными дырами, грязная солома, вонь, смрад, и десяток таких же мерзких маленьких поросят. Животное хищно смотрело то на него, то его спутницу, отчего мужчина рефлекторно закрыл ее спиной, продолжая смотреть в глаза огромной свинье.

Внезапно распахнулись все двери на этаже. Правда, ни за одной из них никого, более, не было, просто сильный порыв ветра снаружи дома, что заставил открыться все помещения разом.

- Эта все твоя вина. — Послышалось из-за спины. — Мы могли бы продать ее на мясо, а за эти деньги спасти моего брата, но ты не сделал этого. Она все еще здесь. — Холодный женский голос резал воздух словно нож, хозяин слегка обернулся, глядя на лицо своей любимой. Глаза девушки почти полностью провалились в череп, их окружали огромные черные синяки. Носовая перегородка отсутствовала, а губы ссохлись и истончились настолько, что, казалось, если она сейчас улыбнется, то затопит кровью все что ниже: а именно молодое нежное тело.

Рик с ужасом раскрыл глаза, абсолютно седые волосы служанки напоминали тонкую проволоку, а голос становился все более высоким и хриплым с каждой секундой, казалось, она вот-вот перейдет на писк.

За окном послышались крики птиц, то ли ворон, то ли грачей... хотя самих их силуэтов было не разглядеть сквозь ночную тьму. Холгарт все еще не отпускал стремительно поменявшуюся девушку, хотя и замечал, что с каждой секундой ее тело становится все холоднее и тоньше. Делалось, буквально, неадекватно холодным. Он вздрагивал, проверяя, жива ли она, а та с ухмылкой косилась, наблюдая за его попытками прощупать ей пульс.

- Ты все испортил, я ненавижу тебя. Где мои деньги, где?!

- Тебе нужны деньги? — Холодный озноб прошел по спине, он не мог совладать с нахлынувшей паникой, и изо всех сил старался сохранить самоконтроль. —Сколько?

- Все твои деньги! — Уверенная женская рука указала вдаль коридора, где на виселице, раскачиваясь, висел случайный силуэт молодого человека. С лицом, просто невероятно напоминающим его любимую «синюю» служанку. — И тогда, может, он очнется! Ты так и не продал то мясо, ублюдок, я ненавижу тебя!! Я сама сдам тебя на мясо, ты будешь страдать!!! — Голос уже походил, более, на крик выпи.

- Он не очнется, Нона, он мертв. — Голос дрогнул. Холгарт стиснул кулаки, собирая остатки разума, однако мужчина, висевший на петле, резко открыл глаза:

- Сестра, любимая, я с тобой! — Хрипел он, после чего девушка кинулась и, с неадекватной ухмылкой стала стаскивать с полуразложившегося трупа штаны:

- Я люблю тебя, братик, люблю! Сейчас покажу как я тебя люблю! - Она упала перед повешенным на колени.

- Пожар! — Резко весь дом оглушил вопль Ран, но где она, и, откуда кричит, хозяин не мог понять. — Пожар, мы горим! Выходите все быстрее из здания!

Растерянный мужчина, находившийся на грани отчаяния, бросил взгляд на окно позади себя, но тут же от него повеяло адским жаром. Пол начал накаляться, а из каждой открытой двери в коридоре виднелись огромные языки пламени. Служанка продолжала раздевать ухмыляющийся труп, но Рик все равно ринулся вперед, к ней. Что-то закричал, однако, собственного голоса не услышал, будто бы его выключили:

- Нона, хватит, нельзя здесь оставаться! — Его трясло. Ни одна мысль не могла оттенить этот страх. Она его не слышала. Никто его не слышал.

Сделав несколько крупных прыжков через огонь, хозяин вмиг оказался рядом со своей неверной любовницей, и, стиснув зубы, перекинул ее через плечо.

Вся лестница пылала. От первого этажа практически ничего не осталось, он слышал крики своих служанок и никак не мог им помочь, ничего не мог с этим сделать. На улице стояла рыдающая Ран, с ужасом наблюдая за горящим поместьем, а потом посмотрела на плечо своего работодателя, и ужаснулась еще сильнее:

- Господи... сгорела. В пожаре заживо сгорела.

- Что?! — Рик кинул взгляд на девушку, лежащую на плече, однако вместо нее там болтался сгоревший, еще даже немного тлеющий труп.

Резко выдохнув, мужчина раскрыл глаза и тут же поднялся с кровати. Светлая комната, тишина. Холодный пот струился по лицу и спине, он никак не мог отдышаться и взять себя в руки. Еще не до конца понимал, что все это был сон.

Мерзкий кошмар. Последнее время сны ему не снились, поэтому он был удивлен.

Эмоции, что скопились в нем ночью, буквально, разрывали усталую голову. Хозяин взялся рукой за лицо и вновь глубоко вздохнул. Возможно, ближайшее время ему, все-таки, придется попринимать успокоительные.

Нона, у которой так и не хватило сил раздеться, лежала на прохладной кровати, разглядывала узоры обоев на стенах. Еще одно дежурство подошло к концу. Дата операции Тео назначена, но легче от этого не становилось. Новостей от него было с каждым днем все меньше. Неужели у брата не хватает сил даже на звонок? Или что-то случилось? «А может он просто хочет, чтоб я отвыкла от него» - крутилось у нее в голове, хотя служанка старательно отгоняла от себя эти мысли. Он просто, занят. Чем-то.

В попытках подавить ужасную головную боль, Рик медленно зашел к себе в кабинет, но тут же оперся на стол, почувствовав тошноту. Нельзя откладывать на завтра то, что можно сделать прямо сейчас. Например, поработать.

В ту же секунду дверь раскрылась, и, во внутрь, словно весенняя стрекоза, влетела Эмили. Она покружилась в новом платье вокруг своей оси, несмотря на то, что Холгарт стоял к ней спиной. Приблизившись, гостья мягко чмокнула его в щеку:

- Какое утро, любимый! Какое утро! Тепло, поют птицы, ветра нет!

- Я не слышал здесь птиц ни разу. Может тебе кажется? — Он сузил глаза