Жертвуя королевой - Лули Тан Цу

Он походил на какое-то могучее животное, не знающее боли и усталости. Останавливался Макс только, когда я начинала молить о привале. Мы шли без еды, воды было немного. Макс набрал единственную емкость, которая у нас была — бутылка из-под спирта.

Пока в такие моменты я отдыхала, Макс занимался Ниной. На очередном привале он проверил ее и покачал головой.

— Что, Макс? — спросила я.

— Жаль, что мы не можем идти ночью, — ответил Макс куда-то в сторону.

— Почему? И почему не можем?

— Можем заблудиться. Да и опасно это. Ничего не видно, можно угодить в какую-нибудь яму и переломать ноги. Да и звери. Уверен, здесь есть медведи.

— Медведи? — я машинально посмотрела по сторонам.

— Ты как, есть силы идти? — Макс по поводу медведей как-то не особо сейчас переживал.

— Да, могу, — ответила я, и мы двинулись дальше.

Макс время от времени останавливался, сверяясь по солнцу, контролируя направление, в котором мы движемся. Его смартфон давно разрядился. Я свой, по всей видимости, утопила в озере.

Он иногда подолгу глядел на небо и прислушивался. Я спросила его об этом:

— Что ты пытаешься услышать, Макс?

— Если нас будут искать, то скорее всего на вертолете — слушаю шум винтов. Нужно будет подать знать, если что.

— И как его подать?

Макс достал из кармана зажигалку и показал мне.

— Пожар устроим, локальный, — он улыбнулся, пытаясь хоть как-то сбросить напряжение.

— Пожар так пожар, — согласилась я, — локальный так локальный.

Мы шли весь день и когда уже начало темнеть, я заметила, что Макс нервничает.

Я понимала, что он устал, хоть и не подает виду, но что-то его беспокоило помимо усталости и Нины.

Но он все шел, будто появилась какая-то цель, кроме основной — добраться до поселка.

— Макс, может нам уже начать обустраиваться на ночлег? — спросила я его.

— Да, но я заметил кое-что, нужно сделать еще рывок.

— Что заметил? — я с опаской огляделась по сторонам. Я все еще волновалась по поводу медведей.

— Следы, Лора.

— Медвежьи? — я начинала паниковать.

— Человеческие.

— Я ничего не вижу.

— Не в прямом смысле следы, — Макс остановился и присел на землю передохнуть. — Не отпечатки на земле, Лора. Но я вижу, что здесь ходили люди. Некоторые ветки на деревьях обломаны так, будто кто-то делал метки, и еще заметил несколько зарубок, явно сделанных ножом или топором.

— И что это значит? Это плохо, Макс? Говори, только как есть, пожалуйста! — все, что сейчас говорил Макс казалось мне ужасным. Медведи, люди какие-то с топорами. Я будто попала в какой-то фильм ужасов.

— Следы старые, вряд ли здесь сейчас кто-то поблизости есть и, скорее всего — это были охотники. Я, думаю, что, если это так, возможно нам повезет и мы выйдем к их охотничьему дому. Мы с тобой где-то полчаса уже идем по тропе.

Я глянула под ноги, но никакой тропы не заметила.

— Не вижу ничего.

— Говорю же, давно здесь никого не было, просто доверься.

«Доверься», — я мысленно зацепилась за это словно и меня передернуло. Я хотела было сказать, что уже один раз доверилась ему и что из этого вышло? Но не стала. «Всему свое время и место», — решила я.

Мы шли еще около часа по моим прикидкам. Солнце уже завалилось за верхушки деревьев. Воздух посвежел. Темнота начинала обступать нас со всех сторон. В лесу послышались какие-то уханья и шорох. Я и сама догадалась, что это активизировались ночные жители леса. Какие-нибудь совы, филины и прочая живность.

— Да, у кого-то очень хорошая карма, смотри, — Макс остановился.

— Куда? — спросила я.

— Вон там, видишь лес редеет, полянка какая-то и еще, глянь внимательнее.

Я пригляделась и действительно увидела, что впереди виднеется полянка, и там, о чудо! — что-то похожее на небольшой дом.

Макс оказался прав. Мы вышли к бревенчатому, грубо, но основательно сработанному дому.

Мы подошли к дому. Мы уже собирались занести Нину в дом, как Макс сказал:

— Постой! — он наклонился над Ниной, прислушался к дыханию.

Макс попробовал нащупать пульс на запястье, затем на шее. Он покачал головой.

— Макс? — я смотрела на него, уже понимая, что он сейчас скажет.

— Все, — ответил Макс и подтянул свой пиджак, которым была укрыта Нина так, чтобы закрыть ей лицо.

Слезы сами покатились из глаз. Я совсем не знала эту женщину, но ничего не могла с собой поделать. Эта смерть показалась мне слишком близкой.

— Что будем делать? — спросила я.

— Нужно ее или похоронить или, здесь может быть какой-нибудь погреб, где достаточно низкая температура. В таких обычно хранят добычу охотники.

Погреб мы нашли. Он находился неподалеку от дома. Там мы и оставили Нину.

— Как же так, Макс, — спросила я его, когда мы управились и вошли в дом.

— Это жизнь, Лора, жизнь и смерть, ничего тут не поделаешь. Если хочешь погоревать — это потом. Когда выберемся.

Он был прав. Сейчас нам необходимо было думать о себе. Все, что могли мы сделали. Мы не сидели сложа руки, мы действовали, и наша совесть была чиста.

Первым делом Макс затопил печку. Было не так уж и холодно, и на мой недоумевающий взгляд и немой вопрос он ответил так:

— Дым, Лора, для дыма из трубы, не для тепла. Чтобы было видно с вертолета.

В доме оказались припасы еды. Крупы и консервы. Обнаружилась даже бутылка растительного масла, кофе и чай.

— Охотничьи дома, как правило, всегда подготовлены для полноценной жизни. Учитывается даже тот факт, что в нем могут оказаться люди типа нас, заблудившиеся или просто попавшие в беду. И есть негласное правило, если нам есть, что оставить для хозяев или для других, нужно оставить. Сколько дров сожжем, столько же нужно наготовить.

— Хорошее правило, — согласилась я.

— Да.

— Давай я что-нибудь приготовлю, — вызвалась я.

— Было бы неплохо, — согласился Макс. — Я пойду попробую найти воду. Вряд ли кто-нибудь стал бы ставить дом, там, где нет источника воды.

Макс вышел из дома, оставив меня разбираться с крупами и консервами.

Я решила сделать макароны с тушенкой.

— Нашел родник, — Макс появился на пороге с ведром воды. — Налаживаются дела потихоньку, — он поставил ведро у печки.

Он успел умыться у родника. Капельки воды блестели на его мускулистом теле, и я почувствовала легкое напряжение внизу живота. Он был похож на дикого мужчину, мы были в дикой местности, начинали работать инстинкты, плюс он спас меня.

Сейчас, когда стало немного спокойней, навалилась накопившаяся усталость. Нашей жизни ничего не угрожало и мозг принялся за привычное, решив, что, если