Жертвуя королевой - Лули Тан Цу

больше не было. Они пылали. И этот огонь мне был знаком. Это пламя любви и страсти, вожделения и нежности.

Он не сказал ни слова. Вообще. Он подошел к дивану, одним рывком скинул с меня плед и стал снимать с себя одежду.

Меня не нужно было ни о чем просить. Все было ясно без слов. Между нами заискрило электричество. Я не смотрела в его глаза и снимала одежду с себя, мгновенно вспыхнув, изнывая от предвкушения.

Макс стоял передо мной голый, а я не могла отвести от него взгляда. Его пышущее силой тело сводило меня с ума. Я видела, что он едва сдерживается, но мы словно хотели друг друга немного помучить, будто жаждали растянуть это мгновение прежде, чем сольются наши тела, чтобы не упустить сейчас ничего и взять друг от друга все, что способны взять. Чтобы отдать друг другу все, что способны отдать.

Два первобытных животных. Олицетворение любви и страсти. Воплощенное единство мужчины и женщины. Энергия, на которой держится весь мир, весь космос и вселенная.

Я поднялась с дивана, когда полностью избавилась от одежды. Я подошла к нему, он тут же поднял меня подхватив под колени. Я обвила ногами его мощный торс и почувствовала, как он медленно в меня входит.

Из меня вырвался стон наслаждения. Я выгнула спину, не в силах справиться с дрожью во всем теле.

Макс будто хотел меня помучить. Он вошел в меня только наполовину и остановился. Чувствовать его мощь в себе было мучительно и вместе с тем это было блаженством.

Макс впился в мои губы. Я почувствовала его язык во рту и ответила со всей страстью, на которую была способна. И в этот момент Макс позволил мне полностью впустить его в себя.

Я застонала и прошептала:

— Еще!

И в этот момент все стены рухнули. Испарился стыд, если он был вообще. Перестал существовать этот подвал. Перестало существовать вообще все.

Макс, прижимая меня одной рукой, другой смахнул шахматные фигуры со стола и посадил меня на шахматную доску. Я легла на спину. Он закинул мои ноги себе на плечи и начал двигаться, постепенно набирая темп, доводя меня до изнеможения.

Он снова подхватил меня на руки, поставил на пол, повернул к себе спиной. Я наклонилась, выгибая спину и уперевшись в стол руками.

Он вошел в меня сзади, крепко держа за талию. У меня задрожали колени, а по спине пробежала волна, заставив меня вскрикнуть и после того вернулась обратно, куда-то вниз живота и взорвалась таким оргазмом, что я забилась в руках Макса будто пойманная птица.

Но он не отпускал меня и не останавливался. Я уже не могла отслеживать, что именно происходит. Я словно превратилась в саму суть удовольствия. Он двигался все быстрее, и я уже не могла разобрать, где оргазм, а где передышка.

Наконец он сделал еще несколько резких движениях, вколачивая в меня член на всю глубину, и я услышала стон, больший похожий на рычание. Макс кончил в меня, но оставался во мне, словно не хотел, чтобы все это прекращалось.

Мы лежали в обнимку на диване. Я, как всегда, положила голову ему на грудь и закинула на него одну ногу.

Его сердце билось мерно, но вдруг оно пустилось в галоп. Я взволнованно глянула на Макса. Он тоже посмотрел мне в глаза, но взгляд его был невидящим, он будто смотрел куда-то сквозь меня.

Макс вскочил и как был голый подскочил к своей доске, схватил маркер и что-то судорожно стал писать.

Это было великолепное зрелище. Я легла на бок и стала им любоваться. Я была счастлива. Но не сказать, что это было какое-то новое счастье. Я вернулась в то свое состояние, когда была счастлива каждый день, каждый час, каждую минуту, каждое мгновение.

Мы снова были едины. И мир, чтобы там не говорили ученные вращался вокруг нас. Мы были центром притяжения и луны, и солнца, и всей галактики. И сейчас я как самый жестокий инквизитор сожгла бы на костре любого, кто посмел бы в этом усомниться.

— Все! — воскликнул Макс.

— Что все? — спросила я.

— Я решил ее!

Я никогда не сомневалась, что он рано или поздно решит свою задачу тысячелетия. И только улыбалась, радуясь очередной победе Макса Рихтера.

— Ты что-то за это получишь? — спросила я.

— Мы получим. Миллион долларов. Как тебе такое?

— Неплохо, Макс, тем более деньги нам скоро потребуются.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Макс и слегка нахмурился, будто ожидая какого-то подвоха.

— Я беременна. Мы хорошо съездили с тобой в Германию. У нашей Лилечки появится братик или сестренка.

Макс вообще никак не отреагировал, что меня искренне удивило.

— Ну, что ж, все идет по плану, этот ход был просчитан, — ответил он.

— Что-о-о? — я вскочила с дивана. — что значит просчитан?

Я взбесилась оттого, что считала наш секс тогда в Германии спонтанным и сейчас хотела прибить Макса, если окажется, что и здесь это было холодным расчетом.

Он рассмеялся, глядя мне в глаза. Подхватил меня на руки и прижал к себе.

— Я шучу, шучу! Боже, я так рад, Лора! Ничего лучше произойти не могло! Как же я соскучился по нашей дочке, как же я рад, что у нас еще родится малыш. Мне надо отвезти вас на море.

— Ты скотина, Рихтер! — дурачилась я. — Но я так тебя люблю!

— И я люблю тебя, моя Лора, моя крепость, моя нежность, моя сила и моя слабость, я так люблю тебя, мечта моя, ты вся моя жизнь.

— Я так давно не слышала этих слов.

— Прости меня за это. За то, что так долго не говорил тебе этого, — тихо произнес Макс.

— Я давно уже тебя простила, — ответила я.

— Королева моя.

Макс провел пальцем мне по лицу, утирая слезу.

— Мой гений, — прошептала я и мы слились в долгом поцелуе.

И в этот момент я была уверена, что и небо смотрит на нас, улыбаясь солнечным светом, и черная тьма космоса смотрит на нас. И тьма со светом говорит о том, что мы доказали любовь и теперь заслуживаем покоя.

Больше книг на сайте — Knigoed.net