Наш грустный массаракш - Александр Александрович Бушков

это не противоречит, лишь бы капитан аккуратно платил „солнечные". Эго позволяет думать, что герцогиня попросту зафрахтовала пароход, а это весьма недешевое удовольствие. После провождения всех формальностей герцогиня и ее люди отправились на постоялый двор „Красавица Латерана"...»

– Да уж, денег у нее куры не клюют... – проворчал Сварог.

Как всякий достаточно долго проживший в Латеране, да вдобавок в качестве короля, он прекрасно знал, о каком заведении идет речь, хотя сам еще не бывал там, случая не выпало. Постоялый двор высшего класса, куда допускаются только дворяне, причем все зависит не от генеалогического древа и титула, а исключительно от толщины кошелька – самые высокие цены в городе, но и комфорт соответствующий, включая кареты к услугам постояльцев, вообще все блага, какие себе могут позволить богатые путешественники. Самый маленький «нумер» – из трех комнат, самый большой – из шести с приемной и помещениями для слуг – в каких с удовольствием бы поселились и захудалые дворяне, но им, конечно, цены в «Красавице Латеране» не позволяют об этом и мечтать...

– Апартаменты она заняла шестикомнатные, – продолжал Интагар. – Они там всегда есть свободные, но эти снял секретарь лоранского посольства – очевидно, для пущей надежности. Снял в день, предшествовавший выходу парохода из Лорана – несомненно, заранее получив распоряжения. Именно так, не просьбу кого-то из знакомых, а именно распоряжения, теперь есть все основания так думать.

– И какие же? – спокойно спросил Сварог.

– Уже потом мои люди проверили гербовые книги Лорана. Никакого дворянского рода Коури в Лоране нет, ни простого, ни титулованного. Иногда такие штучки выкидывают авантюристы-самозванцы, но и благонамеренные дворяне часто путешествуют под вымышленными именами, законы это не запрещают – правда, нельзя присваивать себе титулы, на которые человек не имеет права, но в случае разоблачения виновника ждет лишь солидный денежный штраф, и только. Именно поэтому титулы часто себе присваивают те самые авантюристы – за присвоение дворянского звания, если не имеешь на это права, полагается тюремный срок, так что присвоение заодно и титула – прегрешение второстепенное. Но тут совершенно другой случай, – и он выпалил с видом человека, очертя голову прыгающего в одежде и сапогах в холодную воду: – Ваше величество, это королева Лавиния Лоранская собственной персоной! Никаких попыток хоть как-то изменить внешность! И платье пошито по лоранской моде – прямоугольный вырез, кружевные рукава, спина из черного кружева...

Вот теперь Сварог понимал, отчего министр тайной полиции пребывал в явной растерянности. Он и сам едва не вытаращил глаза от изумления, однако королю полагалось поменьше выражать эмоции даже в разговоре с ближайшим соратником, так что он легко справился с собой и спокойно спросил:

– Насколько я помню, такого прежде не случалось? Чтобы король или королева приезжали в другую державу тайно, под вымышленным именем?

– Вот именно, ваше величество! Конечно, бывают неофициальные визиты для тайных переговоров, но в таких случаях всегда долго обговаривают все дипломаты обеих держав. Но чтобы вот так... Единственный пример, который припомнил мой ученый консультант, – король Валеро Хитроумный, который на войне переодевался и сам ходил на разведку во вражеский стан. Но жил он, если и жил, в очень уж давние времена, никаких летописей и хроник не осталось, так что книжники его полагают легендарной персоной наподобие Шунгуты-Семь-Мечей, или принца Люциара, или мага Шаалы, таким же сказочным героем многочисленных историй...

– Интересно, как ее опознали?

– По чистой случайности, государь. Есть один человек, раньше служил в заграничной разведке, был послан в Лоран и ухитрился даже проникнуть в королевский дворец, три года прослужить коридорным лакеем в том крыле, где размещаются личные покои Лавинии Лоранской. Чуть ли не каждый день видел королеву. Очень, говорят, хваткий человек... вот только полгода назад на чем-то провалился, но оказался везучим – хоть и получил пулю в колено, ухитрился ускакать от погони, добраться до Колантона, отлежаться у связного и вернуться домой. Он был на хорошем счету, а до пенсиона еще далеко – но в заграничной разведке не нашлось подходивших бы для человека его невеликого ранга с и д я ч и х мест. А ему нужно было именно сидячее, он ходил еле-еле, пулю лекари так и не стали извлекать... Два чиновника из заграничной разведки – родственники, один попросил другого устроить способного человека – такое часто бывает, дело житейское... Сидячее место нашлось, как раз пошел на пенсион один из наших людей в таможне речного порта, вот его и зачислили. Я об этом ничего не знал, такие мелкие назначения проходят через подчиненных гораздо ниже положением. За четыре месяца он себя хорошо зарекомендовал, служил исправно. Он и поднял тревогу, помчался, точнее, в его случае, поковылял к человеку, возглавляющему наше отделение в порту. Тот сначала отнесся недоверчиво – кто о таком слышал? Но бывший разведчик клялся всеми мыслимыми клятвами, что ошибиться не мог, что это – Лавиния Лоранская, которую он видел в ее дворце сто раз: ее фигура, ее осанка, походка, излюбленные жесты... Так горячо уверял, что ошибки быть не может – и в конце концов мой департаментский секретарь подумал, что дело и в самом деле выглядит чуть странновато: никаких других пассажиров на пароходе не было, он на неопределенное время остался в порту. Хватает чудаковатых богачей, на свои прихоти швыряющих золото горстями, но тут еще дело шло о лоранцах, за которыми давно особый присмотр... Он доложил мне, а я, подумав, велел привезти таможенника ко мне. И он не похож на хворого умыслом, наконец, и в самом деле превеликое множество раз видел вблизи лоранскую королеву. Я с некоторых пор, когда оказался на службе вашего величества, привык к мысли, что возможны самые невероятные вещи... Вот тут мои люди и взялись за лоранские гербовые книги. Однако далее развернуть работу попросту не успели. События рванулись вперед...

Он эффектно молчал, глядя по-особенному, картина была знакомая: любил Интагар, как и Канилла Дегро, театральные паузы. Сварог к этой их милой привычке относился, в общем, благодушно: у обоих они никогда не вредили делу и наблюдались, исключительно когда время позволяло этакие штучки...

И все же он нетерпеливо сказал:

– Не тяните кота за хвост, Интагар, я сгораю от любопытства, как любой на моем месте.

Интагар вынул из-за широкого обшлага шитого золотом придворного кафтана конверт, подал Сварогу. Стандартный конверт: в левом верхнем углу стоит синий штемпель с эмблемой королевской почты – почтарский рожок на фоне гусиного пера. Все