День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

— Район поисков нужно сместить на восток, — произнес адмирал Гридли. — До побережья Штатов. Запросите поддержку Береговой Охраны, их корабли и самолеты не станут лишними. Нужно развернуть дополнительные силы на противолодочном рубеже системы SOSUS. Цепь гидрофонов, установленных на океанском дне параллельно береговой линии от Ванкувера до полуострова калифорния, не пропустит незамеченной даже такую скрытную субмарину, как «Кило». Там мы загарпуним русских наверняка!

Разворачиваясь цепью, эскадра, набирая ход двинулась на восток, к родным берегам, как загонщики, что гонят поднятого зверя на цепь стрелков. Расчет командующего был прост и полностью подтвердился. Вдоль всего побережья США, на удалении в несколько десятков миль, там, где океанское дно поднималось, когда глубоководная котловина сменялась континентальным шельфом, во тьме покачивались на якорях акустические буи FFQ-10(V) системы SOSUS. Пассивные гидрофоны ничем не выдавали своего присутствия, но вместе образовывали преграду, почти непроницаемую для любой подводной лодки.

Последние годы, когда вероятность прорыва русских подлодок снизилась до минимума, а подводные флоты Северной Кореи или Ирана еще не «доросли» до трансокеанских переходов, противолодочный рубеж работал в автоматическом режиме, но все так же бдительно отслеживал скрытую от посторонних глаз жизнь на глубине. Кое-кто предлагал вообще избавиться от наследия «холодной войны», дабы не выбрасывать доллары налогоплательщиков буквально в бездну.

Один из немногочисленных операторов, обслуживавших работу противолодочного рубежа, удивленно окликнул своего напарника, когда на мониторе возникло новое сообщение:

— У нас контакт! Это буй Эхо-шесть! Подводная цель севернее Сан-Франциско!

— Наших подлодок там не может быть. Это русские!

Подводная лодка «Усть-Камчатск» оказалась в зоне действия акустических буев, когда до побережья оставалось чуть больше полусотни миль. Срочное донесение легло на стол адмирала Гридли через несколько минут, и тот почувствовал, как по телу прокатывается мелкая дрожь.

— Все корабли немедленно в этот квадрат! Кто находится поблизости?

— Фрегат Джон Холл» класса «Оливер Перри», сэр. Но он в трех часах пути полным ходом, — растерянно произнес штабной офицер.

— Поднимайте авиацию! Пусть направят туда самолеты Береговой Охраны!

— У них же нет на борту средств обнаружения подводных лодок!

— Скоро этой «Кило» придется всплыть. Эксперты в один голос утверждают, что использовать похищенные ядерные заряды как боеголовки для торпед невозможно. Значит, русские попытаются высадиться на сушу и там взорвать свои «ньюки». Этого мы допустить не можем. Да, и еще свяжитесь с Учебным Центром Морской пехоты Сан-Диего, у них тоже есть авиация. Как только подлодка окажется на поверхности, ее нужно немедленно уничтожить!

На согласования и обсуждения ушло на удивление немного времени. Через каких-то тридцать минут военные базы на юго-западном побережья США, принадлежащие ВМС, ВВС, Морской пехоте и даже Береговой Охране, охватила лихорадочная суета. Аэродромы начали буквально выплевывать в воздух самолеты и вертолеты, устремлявшиеся курсом к морю, и в небе совсем скоро стало тесно от грохочущих крылатых машин.

А «Усть-Камчатск» действительно начал всплывать, вскоре показавшись на поверхности. Все действия были отрепетированы заранее, и на ходовой мостик подлодки, с которого, пусть и в мощную оптику, можно было уже рассмотреть берег врага, поднялись четверо стрелков с ПЗРК на плечах. А бойцы Тараса Беркута с ним самим во главе собрались в кают-компании. Все двенадцать партизан были в гидрокостюмах и масках, у кого-то висевших на шее, у других — поднятых на лоб. У ног каждого бойца лежало надежно упакованное оружие с запасом патронов, гранаты, РПГ и прочее, что они подняли на борт еще у родных берегов. И здесь же — три свинцовых цилиндра, ядерные снаряды, пугавшие всех яркими черно-желтыми знаками радиационной опасности.

— Готовы? — Командир обвел своих людей пристальным взглядом. — Действуем по плану без изменений. Идут три группы, по четыре человека. Состав групп все помнят? Со мной Алаханов, Карпенко, Тохтырбеков, — и он снова назвал поименно своих людей, сейчас заметно нервничавших. — Еще раз напоминаю, вы должны сделать все, чтобы остаться незамеченными. Против вас бросят все силы, полицию, контрразведку, возможно, и армию. У каждой группы есть основная цель и срок, когда она должна доставить туда устройство. Если к основной цели не подобраться, идите к запасной, не рискуйте. Если обложат со всех сторон, мой вам совет — живыми не сдавайтесь, рвите заряды там, где получится, лично я намерен поступить именно так. Наша задача — создать здесь панику, заставить сытых американцев по-настоящему испугаться, и это будет нашей победой. Я верю в вас, парни. С Богом!

Сам Беркут и Заур Алханов, бывший гвардеец-десантник, подхватили вьюки со снаряжением, а двое их товарищей подняли тяжеленный контейнер с атомным снарядом, двинувшись на палубу. А там уже спускали на воду надувные лодки-«зодиаки», вокруг суетились матросы в спасательных жилетах.

— Майор, мы всплыли дальше от берега, чем планировали, — окликнул Беркута капитан Шаров. — Вам придется преодолеть еще не меньше двадцати миль. Я не рискнул подходить ближе.

— Это нормально, справимся, — усмехнулся спецназовец. — Теперь точно справимся!

— Давайте живее, пока нас не накрыли! По моим расчетам, на высадку у нас минут десять, потом станет поздно.

— А сам что делать станешь, когда мы уйдем?

— Когда уйдете, мы американцам будем уже не интересны, — хмыкнул Владимир Шаров, тоже выглядевший напряженным, едва сдерживавшим волнение. — Как-нибудь прорвемся. Ты там, майор, со своими орлами, главное, не подкачай. Слишком много хороших мужиков головы сложили, чтобы ваша команда оказалась здесь!

— Будь уверен, все сделаем, как надо, товарищ капитан!

Мужчины крепко обнялись, прощаясь, как лучшие друзья, которым вышло расстаться на всю жизнь. А затем Тарас Беркут зычно рыкнул:

— Группа, грузимся!

Керим Тохтырбеков первым спрыгнул в покачивавшийся на волнах «зодиак», принимая увесистые вьюки с оружием и укладывая их на дне лодки, постепенно оседавшей в воду все глубже и глубже. Затем к нему присоединился Заур Алахнов, и уже вдвоем партизаны приняли цилиндр ядерного снаряда, для надежности укутанный, словно любимый ребенок заботливой матерью.

— Держи!

Беркут бросил в протянутые руки Тохтырбекова темно-зеленый тубус ПЗРК «Игла-С», который отставной старлей уложил на дно рядом с прочим грузом.