Снежная вакансия - Софья Дашкевич

– А вы тоже как маленькие, в самом деле! – хмыкнула Мойна. – На вас ведьма плюща нападает, а никому до сих пор тряпки, смоченные в уксусе, не раздали?

– Это еще зачем?! – не понял Леоний Тарквини.

– Точно… – Кас хлопнул себя по лбу. – Чтобы споры плюща гибли!

– Хм… – Ведьма одобрительно оглядела Каса, а потом посмотрела на меня. – А любовничек-то твой соображает!

– Кто?! – хором выдали несколько членов совета.

С превеликим трудом нам с Касом все же удалось замять эту пикантную тему.

Если задача этих выходных была сблизить семьи, сплотить детей и родителей, то мы определенно справились. И ведь нарочно не придумаешь тимбилдинг лучше, чем битва за замок со всесильной ведьмой!

Маркус созвал уцелевших студентов – тех, кто не надышался спорами и не высовывал носа на улицу. Вместе с Касом они, как два генерала, лихо раздавали поручения. Артефакторов в компании Леония Тарквини и декана Фостуса отправили на задний двор ломать стену, чтобы в нужный момент группа инквизиторов смогла выйти за территорию.

Часть студентов отрядили на кухню – пропитывать тканевые маски уксусом. Алхимики со своим деканом и Юлием Сервили побежали в лабораторию. Коллективный разум постановил: если в Тимею полетят вонегубки, то она наверняка отвлечется от сарая артефакторов и попытается отбить атаку.

Тут у вас, конечно, возникнет закономерный вопрос: что такое вонегубки? Я вот тоже поинтересовалась. Оказалось, это старинное студенческое изобретение. Круглые губки размером с теннисные мячи и мягкие, как вата, но с приличным таким центром тяжести, что позволяет без магии закидывать их довольно далеко. Ударившись о твердую поверхность, вонегубка раскрывает все свои ароматы, испуская сизый едкий дымок. По слухам, запах этот напоминает тухлые яйца, запеченные в давнишних носках, и потом неделю не выветривается никакими заклинаниями.

– Когда я учился, мы с однокурсниками обожали устраивать такие бои, – шепотом поделился со мной Кас: все же рядом были его ученики, и ему не хотелось рушить репутацию сурового декана.

Конечно, в лаборатории алхимиков было и оружие посерьезнее, но вся загвоздка заключалась в том, что Тимею окружали десятки невинных студентов. Поэтому нам требовалось что-то эффектное, но довольно безобидное. И поэтому когда Хадриан, один из студентов-алхимиков, предложил использовать вонегубки, его идею встретили с одобрением.

В потоке всеобщего креатива у меня тоже родилась одна мыслишка, вот только я предпочла ее не озвучивать. Кас и без того нервничал, пусть и не показывал это, – я слишком хорошо чувствовала, что творится у него на душе.

Братья Нериусы, Гай Сципион и еще с дюжину магов, вооружившись ключами, готовились к решающей вылазке за стену. К моему удивлению, Кас взял с собой нескольких старшекурсников, тех, кого считал самыми перспективными. Несмотря на весь кошмар, творящийся снаружи, студентов аж распирало от гордости. Еще бы, декан увидел в них потенциал!

Рикс Ветури, кстати, тоже рвался присоединиться к отряду. После того, как его выставили из совета – и из каминного зала, – он усмотрел в этом шанс реабилитироваться. Дежурил снаружи, поджидая удобного момента, бочком протиснулся обратно под шумок, когда стали созывать студентов, а потом устроил театр одного актера. Я, мол, виноват, но готов искупить, магия и кровь Ветури – с родным Пилигримом…

– Пока он здесь, я палец о палец не ударю, – твердо прервала покаяние Мойна.

– Вон отсюда, – ровным тоном произнес Кас.

Пожалуй, даже слишком ровным, потому что не все поняли, к кому он обращается. Рикс, к примеру, счел, что Кассий прогоняет ведьму.

– Спасибо, Нериус, дружище! – выдохнул папаша Тобиаса, похлопав Каса по плечу. – Давно надо было избавиться от этой старухи…

– Ты пошел вон, – повторил Кас персонально Риксу. – И на будущее: если только попробуешь напасть на Мойну или Алаиду Ри Гвейр, будешь отвечать передо мной. Лично.

Может, мне показалось, или я просто очень хотела это увидеть, но взгляд старой туманной ведьмы как будто бы потеплел на мгновение. У меня так точно в носу защипало от подступающих слез. Ну, потому что в кино я на таких мурашечных моментах всегда рыдаю в три ручья. Возможно, Кас был слишком резок, но тот факт, что он не побоялся послать влиятельного архимага, о котором прежде все говорили с почтительным благоговением, покорил меня до глубины души.

Мы с Мойной, Касом и его командой мечты направились во двор. Вышли через западное крыло – как можно дальше от ворот, а затем разделились. Пока инквизиторы, кутаясь в мантии, огибали замок, я повела старуху к зверинцу.

Во-первых, оттуда проще было незаметно добраться в сарай артефакторов – этот путь мне в свое время показал Тобиас Ветури, – а во-вторых, я хотела осуществить свою идею.

На мою удачу, в зверинце были все, кто мне нужен. Сам Тобиас, Селеста Сантини, три перепуганных студентки с факультета зоомагии и, разумеется, козырь номер один – огнежаб.

Вот только монна Сантини, услышав, что я планирую взять Лютика, пришла в исступление.

– Он не выносит низких температур! А еще темноты, громких звуков… Как ты понесешь его туда?! А если уронишь? Если ведьма заразит его спорами ядовитого плюща и потом будет использовать как фамильяра?

– Споры не поднимаются высоко, они тяжелее воздуха, – вдруг заговорил Тобиас. – Я заметил, что Тимея распыляет их не выше человеческого роста, так? И на удар сверху тоже не рассчитывает, все ее внимание сконцентрировано сейчас на ребятах.

– И что это меняет? – Селеста поджала губы. – Лютик не умеет летать, если ты не заметил.

– Лютик – нет. – Ветури взглядом указал на ближайшее стойло. – А Нимфа и Черничка?

– У Зефира тоже крыло зажило, – подключилась к разговору Альва, третьекурсница с факультета зоомагии.

Не знаю, кто на этом факультете отвечал за придумывание кличек питомцам, но этого человека следовало бы уволить без выходного пособия. И ладно еще Зефир – пегас все-таки был белым, так что это сравнение куда ни шло. Но видели бы вы Нимфу и Черничку, двух грифоних! Так вот услышишь кличку, закроешь глаза – и представляешь себе милую домашнюю кошечку, ласковую и пушистую. Открываешь – а над тобой нависают устрашающие морды с острыми клювами и перьями размером с ножи для разделки мяса.

– Вы что, издеваетесь?! – возмутилась монна Сантини. – Я не могу рисковать своими питомцами! Они не готовы, не надрессированы, не приспособлены… Они могут умереть…

– Думаю, если их некому будет кормить, они тоже умрут, – возразила Мойна. – Хочешь защитить зверье – помоги. Раз уж даже я согласилась…

– Гляньте-ка, люди добрые, защитница выискалась! – вдруг подал голос Дымок. – Своего родного фамильяра бросила, а теперь, вишь, в