Мертвецы идут - Стив Лайонс

— Я тоже. Я думал, что все здесь, снаружи, будет… нормально, наверное. Как было раньше.

По пути в космопорт ее узнали люди на холме. Беженцы окружили ее, желая прикоснуться. Большинство из них никогда даже имени ее не слышали, но сейчас говорили, что ее возвращение из смерти — знак Императора, хорошее предсказание об окончании войны. Она содрогалась от их прикосновений. Как она могла быть их спасительницей, если сама так отчаянно нуждалась в спасении? На их устах было одно имя, и от них Арекс узнала то, что старый Смитт испугался ей сказать.

— Он должен был улететь на спасательном корабле, — с горечью сказала она, — пока у него был шанс. Наверное, он оставался только ради меня, а я даже…

— Ты не думала, — осторожно сказал Тайлер, — что он действительно мог сделать то, что говорят?

— Дядя Хенрик не был предателем, — с яростью сказала она. — У него должна была быть какая-то причина отправить то сообщение, и в любом случае у нас из доказательств лишь слова этого полковника Крига.

Арекс тяжело вздохнула и запустила пальцы в спутавшиеся волосы.

— Просто я ожидала, что из всех людей он… Я потеряла все остальное, и, видит Император, я не думала, что увижу его снова. Но я всегда надеялась… я думала, что с ним все будет в порядке.

— Мы можем расспросить людей. Можем узнать о… Гюнтере, кажется, так?

Арекс покачала головой.

— Если бы он был здесь, то уже нашел бы меня. Ты видел, как быстро распространилась весть о моем появлении. Его нет, Тайлер. Гюнтера нет.

Тайлер сжал ей руку, пытаясь утешить.

— Железные боги… некроны, они уничтожили лишь один город из многих, не планету.

— Это лишь вопрос времени, — сказала Арекс. — Мы думали… Когда я увидела солдат этим утром, мне показалось, что еще есть надежда. Я забыла о том, что ты видел, Тайлер, внутри пирамиды. Зеленый портал. Нам не победить некронов.

Они расслышали шум в коридоре, торопливые шаги и повышенные голоса. Проктор в черной форме остановился у двери и взволнованно объявил:

— Они возвращаются! Солдаты, они возвращаются!

Раненый солдат вскочил на ноги с неожиданной подвижностью и побежал за проктором. Тайлер тоже встал, но Арекс осталась на месте, не торопясь услышать новости. Все остальные молились о чуде — втором за этот день, — но они не видели того, что видела она. Арекс не могла себя заставить разделить их оптимизм, как бы ей того ни хотелось. Ее желудок стиснул страх, а молиться она уже давно перестала.

В кабинете полковника Сто восемьдесят шестого бурлила деятельность. Солдаты Крига разбирали пульт связи, упаковывая его в ящики. Сам полковник невозмутимо стоял, будто бы в оке бури. Ей потребовалось три попытки, чтобы добраться до него. Он повернулся к ней, и она попыталась поймать его взгляд, но различила лишь отражение своих глаз в линзах его противогаза. Оно сбило бы ее с толку, не будь она так решительна.

— Меня зовут Арекс Хенрик, — представилась она, подражая тому властному тону, которым дядя всегда говорил с власть имущими. — Я племянница губернатора и последний живой член семьи Хенриков, и я…

— Я объяснил вашему дяде в самом начале, что мир на военном положении, — сказал полковник, отворачиваясь от нее и направляясь к своему столу. — А это значит…

— Я знаю, что это значит. Я только хочу знать, что… Люди там, снаружи, они хотят знать, что происходит. Меньшее, что вы можете сделать, самое меньшее, — это объяснить…

— Мы покидаем Иероним Тета, — ответил полковник.

— Так они говорили правду? Вы отступаете? Вы сдались?

— Первый десантный корабль прибудет через полчаса.

— Но железные… я имела в виду, некроны!

— По мнению нашего командования, мы больше ничего не сможем сделать. Теперь мы улетаем на планету Джангалла, — он взял со стола инфопланшет и посмотрел на экран, — подавлять восстание орков. Мы прибудем туда через шесть дней.

— А что ждет нас? Они пришлют другие войска?

— Сделано все возможное. Мы почти разрушили гробницу некронов. Но к тому времени столкнулись с нехваткой ресурсов и потерпели неудачу.

— Тогда запросите больше ресурсов. Свяжитесь с Департаменте Муниторум, потребуйте подкрепления. Я знаю, как они работают, много раз слышала, как дядя ругался с ними. Надо просто продолжать давить.

— Не исключено, — ответил полковник, — что наши расчеты ресурсов противника оказались ошибочны. Единственное, в чем мы уверены, — это что продолжение боевых действий окажется долгим и дорогостоящим делом с крайне малыми шансами положительного исхода.

— Значит, вы бросаете нас на их милость? Полковник, на этой планете живут — жили — девять миллиардов человек.

— Даже так, леди Хенрик, простого численного превосходства не хватит.

— Я не позволю. Не могу поверить, что вы можете быть так близоруки. А когда некроны расправятся с нами? Когда они обратят свое внимание на следующий мир, а потом на еще один? Что случится, когда они доберутся до вашего мира, полковник? Криг лишь в нескольких системах отсюда, как я помню. Если этих монстров не остановить сейчас…

Арекс замолчала. Полковник просто сидел и равнодушно смотрел на нее, и, хотя маска, как всегда, ничего не выражала, молчание говорило за него. Арекс сама опустилась на стул.

— Они не допустят, чтобы это случилось, да? Я должна была сразу понять.

— Мы связались с Имперским Флотом, — ответил полковник. — Специальные разрешения уже получены. Приказ об Экстерминатусе готовится.

— Сколько осталось? — спросила Арекс.

— Вы же знаете, такие дела занимают немало времени. Наши комиссары уже запросили больше спасательных кораблей, и я верю, что некоторые из…

— Последний корабль ушел отсюда месяц назад. Где с тех пор пропадало командование флота? Нет, я угадаю. Пока они думали, что у вас есть шанс, что вы действительно можете побить некронов, то не придавали творящемуся здесь большой важности. А сейчас уже слишком поздно.

— Я думаю, — повторил полковник, — что некоторые из администраторов, управляющих вашими городами, тоже были весьма настойчивы в своих требованиях. Отправили шесть кораблей, и еще…

— Этого мало, — запротестовала Арекс. — Шести кораблей совершенно недостаточно, и вы не хуже меня знаете, полковник, что некоторые из них даже не прибудут вовремя, чтобы… чтобы помочь нам.

— Это не мое дело. Я предполагаю, вы свяжетесь…

Арекс разозлилась на него.

— Может быть, это и не ваше дело, но разве вам совсем наплевать? Дядя Хенрик был прав на ваш счет. Я говорила с людьми: с беженцами и несколькими выжившими солдатами Сил планетарной обороны. И знаете, что они сказали о нем? О том, что вы с ним сделали?

— Генерал-губернатор Хенрик, — резко ответил полковник, — вступил в контакт с культом некронов. Он сознался, что готовился вступить с ними в переговоры.

— Ради моего блага! — закричала Арекс. — Он пытался спасти меня! Он не собирался… А вы… вы убили его, и ради чего? Вы сами сказали, полковник. Вы пытались разобраться с ними по-своему — и не сумели. Вы так и так потеряли наш мир.

Она едва сдерживала слезы. Арекс отвернулась от полковника, чтобы спрятать их. Она поклялась себе, что не станет плакать перед ним.

— В войсковом корабле «Мементо мори», — сказал он тихо, — провизии и жилых помещений на тридцать тысяч человек. Общий состав всех четырех полков сократился до пяти тысяч.

— Вы хотите сказать, что можете… — всхлипнула Арекс.

— Нас попросили, — ответил полковник, — взять с собой беженцев. Вам придется отправиться на Джангаллу вместе с нами. Впрочем, там вы сможете найти шаттлы до ближайшего подходящего колонизированного мира.

— Это… это очень великодушно, спасибо.

— Если бы решал я, — добавил полковник, — мы бы заполнили пустое место полезной техникой и машинами, которые можно спасти с этого мира. Но, как я упоминал ранее, ваши администраторы были весьма настойчивы.

— Я… понимаю, — ответила Арекс.

— Квартирмейстеры свяжутся с вами, чтобы получить список тех, кто…

— Нет! — поспешно ответила она. — Я не думаю, что могу… Я не смогу.

— Нам потребуется список, — твердо сказал он. — Те, кого мы спасем, должны как минимум иметь ценность для Империума.

— А вы считаете, что способны судить об этом? Потому что я — точно нет.

— Я предполагаю, что вы также хотели бы зарезервировать одно место для себя.

Арекс задумалась, прежде чем ответить. Она всем сердцем знала, каким будет ее ответ, но чувствовала себя невыносимо эгоистичной. «Двадцать пять тысяч человек, — думала она, — из всего населения мира». Это было почти ничто, меньше чем ничто, и кто дал ей право снова оказаться в числе привилегированных? «Дядя Хенрик сказал „нет“», — думала она. Когда улетели первые корабли, он остался, чтобы помочь своему народу, чтобы найти ее. И теперь он мертв.