Мертвецы идут - Стив Лайонс

Он почти сделал это. Рука лежала на детонаторе. Потом он подумал, что, может, ему стоит связаться сначала с полковником и попросить санкции на свой план. Но потом он понял, что ответит полковник. Он скажет, что половина некронов, включая их командира, выдержат атомный взрыв и восстанут вновь. А солдаты Корпуса Смерти погибнут и останутся мертвецами. Оно того не стоило. Гюнтер ничего не мог сделать.

Отступление было нелегким и досталось дорогой ценой, как и ожидалось. Гренадеры израсходовали боеприпасы, прикрывая отступающих гвардейцев. Некроны продолжали давить противника, и Гюнтер заметил, что они вели прицельный огонь по артиллерии и технике Крига, отсекая возможность повторить атаку вроде этой.

Гюнтер выскользнул из укрытия, когда решил, что это достаточно безопасно, а двое оставшихся бойцов его отделения следовали по пятам. Может быть, их миссия и была прервана, но заряды на груди Гюнтера все еще нужно было защитить. Они оба погибли, охраняя их, застреленные в спины. Соресон, уставший, опустошенный и одинокий, наконец вышел из радиуса поражения пушек некронов и присоединился к колонне отступающих солдат.

Даже побежденные, бойцы Корпуса Смерти сохраняли такую же дисциплину, как и всегда, в отличие от совершенно разбитых выживших солдат СПО. Их все еще насчитывались тысячи, но это, понял Гюнтер, все, кто остался от трех полков. Двое из Сто третьего полка подтвердили, что им предписывается идти на запад, в сторону космопорта, а не на старые позиции на юге. То же относилось к Сорок второму и Восемьдесят первому полкам, отступавшим к востоку, собравшимся обойти город и следовать к космопорту.

— Тогда кто останется охранять стены города? — спросил Гюнтер, но он боялся, что уже знает ответ.

Он нашел полковника Сто восемьдесят шестого, идущего вместе с низшими чинами. Видимо, он лишился своего транспорта. Или, решил Гюнтер, глядя на вытащенный болт-пистолет и хромоту, бросил его, чтобы принять более активное участие в бою.

— Извините, сэр, — сказал Гюнтер. — Я пытался. Я просто не улучил момента, но в следующий раз… Дайте мне еще один шанс, и я покажу, что…

Полковник смотрел на него так, будто бы не догадывался, кто перед ним.

— Сержант четырнадцать-девятнадцать, сэр. Я нес — несу — подрывные заряды.

Полковник опустил взгляд на грудь Гюнтера и немедленно подозвал квартирмейстера.

— Сняли подрывные устройства, — скомандовал он. — И убедись, что они хранятся надлежащим образом.

Квартирмейстер вынул нож и принялся срезать ремни и липкую ленту. Полковник тем временем пошел дальше, не удостоив Гюнтера, чувствовавшего себя ничтожным и бесполезным, даже еще одним взглядом.

— Я не знаю, что делать, — признался Гюнтер квартирмейстеру, когда тот срезал первый заряд и аккуратно упаковал его в бронированный ящик.

— Нам приказано отступать, — ответил он.

— Я знаю, но… — Соресон вновь замялся. Слишком давно ни с кем не говорил. Он даже больше не чувствовал себя солдатом. — Я никогда даже не предполагал, что… Я думал, что сейчас все уже должно быть кончено. Я думал, Корпус Смерти Крига всегда сражается до самого конца. Что мы сейчас будем делать? Как мы теперь будем сражаться с некронами?

— Мы не станем.

Квартирмейстер отсоединил последний атомный подрывной заряд и сейчас стоял на колене рядом с ящиком, запирая его на множество замков. После он передал его сервитору.

— Война закончена. Некроны победили.

Глава двадцать пятая

День начался так же, как все предыдущие. Арекс разбудил солнечный свет, проникший сквозь неплотные шторы. Она резко села в кровати и принялась испуганно озираться, ища взглядом чужаков из своего сна. Руки скелетов, тянущиеся к ней, пока она спала… Квартира, последняя в длинном ряду подобных ей, пуста, но прочие детали ночного кошмара слишком реальны. Арекс была почти разочарована.

Она знала, что рано или поздно кошмар обернется явью, и это ожидание стало для нее медленной пыткой. Во сне она даже радовалась касанию рук скелетов. Сегодня, однако, что-то было не так, как раньше. Снизу снаружи доносились отдаленные звуки. Арекс прислушалась и различила топот ботинок, рев двигателей. Слишком шумно для вторгшихся чужаков. Девушка выскользнула из кровати, подошла к окну и глянула в щель между рамой и занавеской. Ей открылся самый восхитительный вид в ее жизни.

Армия — несомненно, идущая на войну. Имперская Гвардия под черным знаменем, на котором красовался белый крылатый череп. За ней следовала колонна боевых машин. Арекс принялась трясти спящего Тайлера, спеша поделиться с ним радостной вестью. Император не покинул их. Дядя Хенрик не подвел ее.

Девушка хотела тут же бежать наружу, но Тайлер уговорил ее ненадолго задержаться, объяснив, что солдаты все равно уйдут далеко вперед, прежде чем они спустятся. Пока они одевались, руки Арекс так дрожали, что Тайлеру пришлось помочь ей застегнуть найденную блузку. Они доели последнюю пищевую пасту. Они пытались растянуть запасы, отсрочить день, когда им придется снова выйти наружу. Обнявшись, чтобы придать друг другу храбрости, они открыли дверь. Сюда, наверх, они забирались несколько дней, а вот обратно спустились всего за пару минут. Как и предсказывал Тайлер, они вышли на пустую улицу. С востока тем не менее доносились звуки сражения, обнадежившие Арекс еще больше.

— Что станем делать? — спросила она. — Ждать, пока они вернутся?

— Может быть, и нет, — ответил Тайлер. — Если солдаты вошли в город этим путем…

— Мы можем пойти по следам, — поняла девушка, — в обратную сторону; можем выйти из города!

Произнося эти слова, Арекс еще сама в них не верила. Сейчас это простое решение казалось невыполнимым после всего, что она пережила, после всех несбывшихся надежд, всех неожиданных трудностей. Она пошла, но всю дорогу морально готовилась к худшему: из засады выскочат враги или она вновь проснется в маленькой спальне и начнется такой же день, как всегда. Но все равно случилось непредвиденное. Стоило ей и Тайлеру добрести до ближайшей уцелевшей башни, преодолеть очередной завал, испытать первый проблеск надежды, вдохнуть свободы, как беглецы угодили под огонь лазганов. Они тут же нырнули в ближайший подъезд. Арекс почувствовала запах жженого волоса и испугалась, что он исходит от нее.

— Лазганы! — шепнула она Тайлеру. — Вторгшиеся чужаки не пользуются лазганами.

— Наверно, сектанты, — вздохнул друг. — Пережившие чистку слуги Амарета или им подобные из других церквей.

— Мне кажется, — сказала девушка, — я видела форму, пурпурную с красным. Я думаю, это СПО, Тайлер. Они, наверное, решили, что это мы с тобой еретики.

Тайлер выглянул, пытаясь разглядеть стрелявших, и новый луч едва не отрезал ему нос.

— Не стреляйте! — крикнул он. — Мы не враги. Мы на вашей стороне. Да здравствует Император!

— Я не могу пропустить вас, — ответил нервный голос. — Идите обратно.

— Вы не можете! — закричала Арекс. — Нас похитили, чуть не убили, хотели принести в жертву, мы голодали. Пожалуйста, пропустите!

— Со мной племянница губернатора, — добавил Тайлер.

— Леди Хенрик, это правда вы? — недоверчиво спросил голос после минутного затишья.

Теперь переговоры пошли быстрее. Представившись, майор Смитт, заявил, что несколько раз встречал Арекс на официальных приемах. Она сделала вид, что помнит его, а потом и вправду вспомнила один из этих приемов, чтобы сообщить ему детали, подтверждающие личность. Друзья осторожно выползли из укрытия и обнаружили взвод СПО, состоящий в основном из безоружных подростков. Только Смитт, в отличие от других, был седым и ходил, опираясь на трость.

Он объяснил, что давно вышел в отставку, но теперь решил послужить, чем может, в нынешнем кризисе. Он рассказал им, как добраться до космопорта, извинившись, что не может предоставить транспорт. Тайлер сказал, что все в порядке, они привыкли ходить пешком. Смитт смотрел на Арекс блестящими от слез глазами, повторяя, что это просто чудо, что они не ждали найти ее живой. Но она лишь потом узнала, что вызвало эти слезы.

Тайлер взял ее за руку, и они вместе пошли по дороге. Они вышли из разрушенного города в мир, который почти забыли. Этот день, не похожий ни на какой другой, Арекс запомнит навсегда.

Они сидели в теплой столовой космопорта совершенно одни, если не считать раненого солдата за столом в углу. Они держали в руках первые за два месяца горячие напитки, но у Арекс не было аппетита.

— Это неправильно, — сказала она, запинаясь. — Я представляла себе этот момент. Даже когда все было совсем уж безнадежно и я думала, что никогда не выберусь, то все равно…

Тайлер потянулся через стол, взял ее руки в свои:

— Я тоже. Я думал, что все здесь, снаружи, будет… нормально, наверное. Как было раньше.