Крылья Огня: Пророчество о дракончиках - Белоусов Алексей

представителя одного из самых скрытых, и одного из самых домоседных племён? Некоторые готовы были запаниковать — ночекрылы же читают мысли!

Один из драконов подошёл к главе семьи, драконице с оранжево-песчаными чешуйками, обратив её внимание на наличие ночекрылого дракончика. Она, усиленно начав думать о камнях, а не о том, сколько заработала на посредничестве между пескокрылами и дождекрылами, сразу же сказала Халькопирит о том, что предпочла бы, чтобы её заранее предупреждали о присутствии на собрании мыслечтецов и намекнула, что его присутствие может плохо сказаться на итогах семейного собрания.

Он лихорадочно начал думать над тем, что же можно сделать, пока бабушка подзывала его маму. Сказать что его способности ещё на развились, как это сработало на родственниках? Нет, члены других семей куда более подозрительны и с высокой вероятностью сразу же заподозрят ложь, только вот не понимая, как её можно проверить — и потому просто потребуют его удаления. Он быстро занырнул в своё ночное небо — и буквально не видел путей, которые НЕ ведут к тому, что его попросят отсюда!

— Что такое? — подошёл к нему Глин, тихонько боднув его в бок.

— Меня требуют убрать отсюда. Все знают, что ночекрылы читают мысли, и не хотят, чтобы я случайно открыл их семейные секреты. Прямо сейчас вон так драконица хочет, чтобы ушёл с этого поля подальше. И как я предвижу, что они предпочтут перестраховаться, нежели верить на слово о том, что я свои способности ещё не развил и тем более что могу их контролировать и добровольно не подслушивать их внутренний голос. Это же не моя семья, чтобы верить.

— Тем более, что ты и правда мысли читаешь, так что будет неправильно лгать прямо в морду чужим драконам! — вступила в разговор Солнышко.

Звёздолёт поник. С одной стороны они правы, и он и правда мыслечтец. С другой стороны, у него есть его техника увода мыслей в фоновый шум, и он мог бы обещать, что не подслушает ни одну мысль оттуда. Но кто ему поверит? Точно не эти подозрительные драконы. Так что, он безальтернтивно будет оторван и сидеть один со свитками, пока другие наслаждаются нахождением на таком важном семейном мероприятии.

Мама тем временем уже подошла и выслушивала то, что ей толковала Халькопирит — о том, что Агаточешуйные бояться за приватность своих мыслей, и потому им придётся улететь на время собрания, в это же время думая, что она не хочет, чтобы собрание по такому важному вопросу развалилось из-за одного драконёнка. Тем более, что хороший итог переговоров в виде отставки королевы Пурпур важен в том числе и для него, не говоря уже о множестве других драконов её и сестринского выводка. Хоть, конечно, это и неприятно — убирать из праздника члена семьи. Кречет от этого была чернее тучи, но против мамы и главы семьи пойти не могла, тем более, когда у неё на лапах открытое недовольство гостей и риск срыва мероприятия.

— Отстранять меня от семейных дел тоже неправильно. Какая же это тогда семья выходит? — с затаённой обидой сказал Звёздолёт.

Другие не нашли, что ответить. А что они могут против голоса главы семьи? И им в головы не приходило ни одного достаточно убедительного аргумента, что мог бы убедить Агаточешуйную драконицу поменять её требование.

— Иногда приходится подчиняться силам, что больше нас, — философски проговорила Слава, тем не менее, недовольно потемнев. — Мы должны послушаться. Тем более, что у неё логичные аргументы…

— Тебе надо лететь обратно в нашу пещеру, — сказала мама, наконец придя обратно. — Агаточешуйные бояться, что ты их будешь читать их мысли.

— Конечно, это же так ценно, чтобы никто не знал, сколько фруктов из Дождевого Леса они обменяли на олово из пустыни, — мрачно сказал Звёздолёт

— Ну вот видишь! А при переговорах надо много чувствительной информации в уме держать. Они не хотят давать нашей семье преимущество в виде того, что мы можем знать о них больше, чем они бы хотели.

— Ох уж эти тайны… — мрачно сказал Звёздолёт.

— Давай не усугублять ситуацию. Никому не будет лучше, если Агаточшейные развернутся и улетят, в том числе и тебе, — в мыслях мамы промелькнула искра раздражения, которую она попыталась загасить. — Давай я полечу с тобой?

— Мы полетим с ним! — выступила вперёд Солнышко. Вслед за нею сразу выступил Глин, и с секундной заминкой, Цунами и Слава.

Мама готова было сказать, что им необязательно, что никаких претензий к ним нет, но быстро поняла, что это вопрос солидарности. Что никто не хочет, чтобы их брат сидел в одиночестве в своей пещере.

— Хорошо… — приготовилась взлетать Кречет, а за ней и её дракончики.

Все пять Агаточешуйных смотрели ему вслед, желая проследить, что он и правда улетит подальше, а не нырнёт в ближайший лес, чтобы подслушивать их, а в далёком небе уже показывались драконы из других семей. День переговоров обещал быть насыщенным — но уже без Звёздолёта.

Глава 19

Солнце висело в небе.

Мама всё ещё не вернулась — как дочери главы семьи и потенциальной наследнице, ей было нужно присутствовать на таком важном для семьи деле, поэтому, когда она проводила его к их пещере, ей пришлось улететь.

Звёздолёт как раз сидел у её входа, погружаясь в чтение, которое обычное всегда облегчало его фрустрацию. В его любимых «Сказаниях о Ночекрылах» герои с чёрной чешуёй спасали мир при помощи своих сил, узнавая тайные планы врагов и предвидя их шаги ещё до того, как они будут сделаны. За это их любили, в честь них слагали песни, королевы советовались с ними.

А в реальности он был только помехой. Слишком сильным оружием в когтях семьи, которое ради сближения надо было убрать. Даже несмотря на то, что он умел контролировать свою способность. Но из-за того, что чужаки ему не верили, его попросили вон. И это было… жутко обидно. Комок тоски от обиды сидел в груди, давя и заставляя дышать чаще, а в воздухе разносился запах его чувств. Кажется, даже чтение не помогает, а наоборот, подпитывает тоску…

Сиблинги сидели рядом, накрывая крыльями и прижимаясь, как тогда, в далёком детстве. В детстве, когда мама просто думала о том, что защитит своего драконёнка чего бы это не стоило. Даже если он читает мысли окружающих. Ей было всё равно. А