Рожденные ползать - Виктор Лебедев

– Да зачем же им закрываться от нас?

– Да мало ли, бунт устроят, власть захотят сменить, – губы Евгения Андреевича растянулись в улыбке, – а мы им не позволим. Вот эта штука, Сережа, нам и поможет тогда. Это же как ключ от двери, она нашу гермодверь и откроет.

Вильдер с сомнением посмотрел на железную болванку, взвесил на руке.

– А мощности-то хватит?

– Хватит. Не буду вдаваться в технические подробности, просто крепишь кумулятивный заряд на запорный механизм гермы, – Евгений Андреевич показывал руками, как надо делать, на воображаемой двери, – и инициируешь его. Кумулятивная струя разрушит механизм, и путь свободен. Вся фишка – в направленности энергии от взрыва и создании запредельного давления на поверхность в одной точке. То есть струя как бы проникает сквозь преграду, разрушая ее. Ну, как вода размывает песок.

– Ну хорошо, а человек разве сможет сам активировать? Это же не снаряд, выпущенный из дула танка.

– Видишь, тут стандартный запал гранаты стоит со спиленным замедлителем? Разжимаешь усики на предохранительной чеке, тянешь к кольцу веревку, а дальше – только дернуть. Проще простого. Работал я с такими по долгу службы. Заряд можно просто положить на броню, даже не крепить, он все равно сохранит свой прожигающий эффект.

Меры предосторожности тогда приняли, заряд, опасаясь тащить в бункер, надежно спрятали в котельной, откуда его и забрал недавно Вильдер.

Сергей прикрепил кумулятивный заряд на запорный механизм, туда, где находился ригель – стержень засова гермы. Веревки под рукой не было, но проблема быстро решилась – сгодились остатки кабелей, свисающие вдоль стен, из которых Сергей и соорудил длинную «веревку», закрепив ее на кольце. Потом дотянул ее до ближайшей подсобки в туннеле. Вот все и готово, остается лишь привести в действие кумулятивный заряд. Все манипуляции завершены, теперь необходимо удалиться отсюда. Вильдер разжал усики на чеке и заспешил в свое убежище.

Он замер и вжался в стену, втайне надеясь, что заряда хватит. Вдруг вся затея показалась ему глупой – как может человек, далекий от взрывотехнического дела и знающий об этом совсем немного, решиться на такую авантюру? Кроме того, если его попытка окажется провальной, то лишь предупредит жителей Орехово – звук-то они, скорее всего, услышат. А предупрежден – значит, вооружен. Но отступать было некуда, и запасного варианта не имелось. Вильдер дернул за «веревку».

Грохот ощутимо ударил по ушам, воздух задрожал и заполнился дымом. Туннель многократно усилил эхо. Стоя по колено в воде, Вильдер прислушивался к затихающему звуку. Получилось или нет?

Голова гудела, словно по ней влепили молотом. Но медлить было нельзя, наверняка ореховцы уже обратили внимание, что в северном туннеле творится что-то неладное, и спешат узнать, что явилось причиной грохота.

Все прошло удачно. Когда Сергей на пошатывающихся ногах снова вернулся в туннель, то увидел следующую картину: в гермодвери зияла дыра с оплавленными краями. Вильдер сдвинул в сторону вскрытую дверь – обнажился проход, куда хлынула вода из подтопленного туннеля. А вслед за этим, как он и рассчитывал, на звук потянулись твари, обитавшие на станции Царицыно. Мимо Сергея ползли причудливые змеи и странные бесформенные белесые существа, прошлепал ящер, обдав его тучей брызг, все твари исчезали в проеме, откуда уже доносились первые жуткие крики жителей Орехово. Идея натравить на людей «милых» зверушек сработала.

Вильдер вспомнил случай из далекого детства, когда они с соседскими ребятами ловили ящериц и стравливали их между собой, бросая в одну банку. Если они не проявляли желания драться, мальчики как следует тормошили их, злили, тыкая в них веточками, или щелкали пальцами по стеклу. Иногда устраивали даже тотализаторы, кто победит. Сегодня он стравливал между собой существ в разных весовых категориях, и в тотализаторе он бы поставил на обитателей Царицыно.

Вильдер стоял словно полководец, отправляя монстров на бой, разве что честь ему они не отдавали, следуя мимо Сергея, туда, где их ждала добыча. А со стороны Орехово донеслись выстрелы, утонувшие в последовавших за ними воплях. Не торопясь, Вильдер направился вслед за тварями – ему полагался билет в партер, все-таки он выступал сегодня режиссером.

Глава 15

Страшный суд

Уже приближаясь к родной станции, Миша почувствовал неладное. Даже издалека слышались возня, какой-то шум, свидетельствующий о том, что произошло что-то серьезное. Вдруг он очень отчетливо различил выстрелы, после чего со всех ног припустил по туннелю к Орехово. Путь, занявший пять минут, казалось, продлился целую вечность. С замиранием сердца Миша пытался представить, что же могло произойти такого, что пришлось применять огнестрельное оружие. Врагов у станции не было, все входы-выходы надежно перекрыты. Неужели кто-то повздорил? Еще никогда на его памяти не случалось такого, чтобы жители выясняли отношения с помощью оружия. Да и все ореховцы достаточно разумны, чтобы не допустить этого, и живут они дружно. Инстинктивно Миша чувствовал, что дело гораздо серьезнее, и чем ближе он оказывался, тем явственнее понимал, что случилось что-то страшное, непоправимое. Уже на подходе к станции волосы на голове у него зашевелились – теперь он различал вопли и крики, булькающие звуки, рев неизвестных созданий, жуткую какофонию впереди.

Станция билась в агонии, отсветы немногих уцелевших факелов на стенах и пары электрических лампочек делали адский пейзаж, открывшийся взору Миши, еще ужаснее: словно «Страшный суд» Босха состоялся на его глазах, прорвалась ненадежная граница, разделяющая царство живых и мертвых. Смерть правила бал. Повсюду сновали нескончаемые тени, исход уже был предрешен заранее. Полчища кошмарных существ метались под сводами станции, выискивая новые жертвы. Душераздирающие вопли, крики и грохот смешались в бессилии в царстве жестокости и всеобщей гибели. Смерть подстерегала и настигала людей повсюду – в палатках, в подсобных помещениях, на платформе и в туннелях. Твари и монстры глумились над истерзанными телами людей, рвали их в клочья, утробно рычали, ревели, увлекали в пляску смерти…

Миша отбросил пинком змею, подобравшуюся близко к ногам, выстрелил пару раз в бесформенное нечто над головой, с ужасом понимая, что пули против этого создания бессильны. У стены здоровенная ящерица пожирала кого-то с громким чавкающим звуком, ее хвост мотался из стороны в сторону, сбивая с ног жителей станции, пули вязли в теле монстра, практически не причиняя вреда, и только сильнее раззадоривали тварь.

Какая-то дрянь с выростом наподобие хобота схватила Василия Петровича, отчаянно молотившего руками по ее морде, высоко подняла коменданта в воздух и с такой силой ударила его об землю, что оглушенный Василий Петрович не в состоянии был даже сдвинуться с места. Миша побежал выручать, но на пути вырос хвост ящерицы, сбивший парня и отбросивший его к одной из колонн. А чудище с хоботом уже топтало коменданта ногами, превращая его тело в бесформенные куски – спешить на помощь было поздно.

Миша огляделся. Вокруг валялись истерзанные тела, переломанные, перекрученные, с зияющими рваными ранами, размозженными головами, оторванными руками и ногами. Но оставались еще выжившие, и им нужно было немедленно помочь. Парень подобрал пистолет, выпавший из рук после удара хвоста твари, затравленно огляделся.

Монстр с хоботом нацелился на новые жертвы и надвигался на группу обороняющихся ореховцев, среди которых Миша заметил Игоря Владимировича, мужественно отбивающегося длинным шестом. Остерегаясь задних лап взбрыкивающего чудовища, Миша кинулся к твари, вскочил на ее спину и стал подбираться к ее глазам, чтобы скорее ослепить монстра. Но тварь, наклонив голову, стремительно побежала со своей ношей к ближайшей колонне и с такой силой столкнулась с ней, что Миша, оглушенный, скатился на землю. Хобот опустился рядом, в считанных сантиметрах от парня, взметнув кучу пыли и каменной крошки. Перекатившись ближе к голове монстра, Миша подобрал на полу какую-то железку и со всей возможной силой вонзил ее под подбородок чудовища. Повезло – там как раз и оказалось слабое место твари. Железный штырь пробил кожу и глубоко вошел в горло, Мишу окатил фонтан бурой крови. Монстр протяжно завыл, взбрыкнул и завалился на бок, подминая под себя парочку зазевавшихся змееподобных тварей.

Миша помотал головой, пытаясь прийти в себя. Разлеживаться было некогда, неравный бой продолжался, и оставались еще в живых некоторые жители Орехово. Огромный ящер с молотоподобным хвостом потопал дальше по туннелю в направлении Домодедовской – видимо, счел, что остальные и без него закончат смертельную пляску. Игорь Владимирович неподалеку все так же сжимал в руках шест, рядом с ним с ног до головы измазанный своей или чужой кровью стоял с автоматом наперевес Колька – палец на спусковом крючке побелел от напряжения, но автомат молчал, видно, патроны подошли к концу.