Через пятнадцать долгих лет - Дмитрий Алексеев

с разгона в реку по шею и замерли в этой позе. Косолапый попробовал воду, видимо, решил, что прохладно и просто присел на берегу в позе мыслителя. Вроде даже задремал, но глаз с нас не сводит. Вода жутко холодная и чувствуем скоро нам хана. Время идёт, а ситуация не меняется. Велел я всем не шевелится, нырнул поглубже и всплыл уже за утёсом. Медведь не заметил моего манёвра. Осторожно добрался я до ружей за его спиной, а здесь патроны только с дробью, остальные в лодке. Короче, решил рискнуть: стрельнул пару раз в воздух, мишка испугался и сбежал в тайгу. Вылетели из воды, всю одежду скинули, тут не до стеснительности, отжали, костёр ярче разожгли и сушиться. Принёс из катера Матвей палатку, какое-то одеяло и рабочую одежду, завернулись мы в них напротив огня и дрожим. Ситуация — веселей некуда, почти как в брачную ночь: обнялись каждый со своей голой подружкой, греем друг друга, и, что удивительно: все голые, ближе некуда, а никаких нескромных желаний не возникает, только дрожь колотит. Постепенно согрелись, стали одеваться и сушить одежду на себе. Ночь сушились, немного поспали и скорее назад. Одна учёная простудилась, Матвей тоже сопли мотает, я и моя протеже хоть бы что. Возвращаемся, а какой-то доброжелатель настучал жене Матвея и она нас встречает у лодочной станции. Девчонки-археологи и Матвей давай убеждать её в исключительно научной цели экспедиции, она не верит и прикидывает, каким веслом стукнуть московских учёных по самому уязвимому месту — голове. Тут я выхожу вперёд и нагло заявляю: «Это мои московские любовницы, я их решил развлечь, а Матвей просто подвёз нас». Девушки сразу поняли идею и льнут ко мне. Не знаю поверила или нет, но драться не стала. Девчонки улетели через день и больше с ними не виделись. Все живы и довольны были на тот момент. Такой парадиз у нас получился со счастливым концом.

— История весёлая, — улыбнулась Людмила и подмигнула Ирине, — но уж больно неправдоподобная картина: голый Кравцов с голой девицей в обнимку у костра, и он читает ей стихи Пушкина дрожащим голосом.

Тут уж все покатились от смеха.

Все, кроме Ирины и Артёма выпили ещё, а Вера задумчиво поинтересовалась:

— Ирка, ты и на приёмах тоже совсем не пьёшь? Как твои знакомые это терпят?

— Беру фужер шампанского и хожу весь вечер с ним. Я здорово наловчилась хитрить. Светская жизнь требует этого, иначе лохом останешься.

Людмила отправилась показывать фруктовые деревья в саду, но это интересно оказалось только Ирине и Артёму. В глубине сада стояли качели, они поместились втроём на них и легонько раскачивались. Ирина сидела рядом с Артёмом и бесцеремонно прижималась к нему. Собственно, она такое проделывала со всеми знакомыми мужчинами, если они были без жён.

— Честно бы признался, сколько раз трахнул московскую фифу, чем тупо оправдываться, — ядовито ухмыльнулась Ирина.

— Сколько не помню, но не без того, — засомневался Артём. — Да, они ещё вечером заявились домой благодарить за спасение и заболтались случайно до самого утра.

— Артёмка, ты неисправим, — засмеялась Людмила. — Наверное, и в шестьдесят таким же будешь.

— И я чуть было не вышла замуж за этого бабника. Умывалась бы горючими слезами от ревности, — ехидно подыграла Ирина.

— Ещё не поздно попробовать и сейчас, — неожиданно предложила Людмила. — Ирка родить сможет, будет из вас образцовая семья. А прежние увлечения вспоминать глупо.

— Вот только нищего жениха из Мурино мне недоставало! Люда, не старайся, всё ушло. Для меня Кравцов никогда не был идеалом, тем более теперь, а меня он ценит не выше портовой шлюхи. Да, Артём, ты правильно понял: своей карьере я активно помогала телом и не стыжусь этого. Да и вообще, в сорок лет трудно быть безгрешной. Зато, людей изучила и выбирать мужа или любовника теперь проще, — Ирина смотрела смело и откровенно в глаза Артёма, не собираясь скромничать.

— Думаешь, проще? Сомневаюсь. Женщина с опытом и в возрасте, ну как ты, например, невольно будет подбирать нового любовника по сравнению с предыдущими, и очень придирчиво. Типа, он должен быть такой же нежный, как мой 29-ый, и опытный в постели, хотя бы как 36 — ой. Ну и красавец, конечно, похож на 52-го. Составить идеальный образ можно, если, конечно, помнишь их всех по номерам, но где его найти, этот идеал? — Артём решил немного подразнить Иришку, как это нередко делал в далёком прошлом.

— Применительно ко мне, — ответила мягкой улыбкой Ирина, — лучше не применять числа больше сорока для правдивости, — потом повернулась к Людмиле и сердито добавила, — И ни на одного больше! Да и идеальный образ мне неважен, интереснее — банковский счёт.

Ирина сделала паузу, Людмила тоже не решалась вставлять комментарии: уж слишком скользкая тема.

— После таких откровений мы, наконец, можем закончить приторные елейные разговорчики и перейти к деловой части переговоров, — Ирина выразительно поглядела на Людмилу.

Та поняла:

— Пойду чай поставлю и торт вынесу.

Ирина отодвинулась на другой край качели и произнесла тише:

— Уж если прикидывать, кто больше всего пользовался моим телом, то ты опережаешь всех вместе взятых, а по качеству даже сравнивать не хочу.

Артём со злости чуть не ляпнул: «Я-то тебя ублажал бесплатно и по любви, в отличие от твоих друзей-толстосумов», но сразу прикусил язык. Бывшая любовница стала весьма влиятельной дамой и могла ещё пригодиться, а на такой намёк гарантированно обидится.

Видимо, воспоминания о былых шалостях улучшили настроение Ирине:

— Артёмка, после этой гнусности, неплохо бы подсластить и вспомнить, сколько было у нас хорошего. Хотелось бы остаться друзьями, раз не получилось другого. Всё-таки, я чувствую вину перед тобой и хочу помочь, тем более, это в моих силах.

— Иринка, деньги мне не нужны, да и вряд ли ты их просто так раздаёшь; в-остальном, вообще без проблем. Не калека, опыта — за глаза, нахрапистость, — с твоей не сравнишь, но тоже присутствует. Устроюсь как-нибудь. Потом уж выгодно женюсь, — Артём не собирался отказываться от помощи, но немножко порисовался.

— Как-нибудь, я не позволю. На днях будет приём для участников симпозиума, я тебя познакомлю с одним сравнительно честным предпринимателем. Он затеял строительство двух заводов и ему нужны опытные кадры, именно такие производственники, как ты. Только просьба: не фантазируй, будто я ублажала всех своих знакомых мужчин; в частности, с Порошиным у нас только деловое общение. Наверняка же подспудно ненавидишь тех, которые пользовались телом и ласками твоей бывшей любовницы, подчёркиваю, чаще всего притворными ласками. Ведь, угадала? — Калачёва смотрела с обезоруживающей улыбкой, за которой хорошо