Дыши огнём - Алина Сычёва

- Поздравляю! Но, что случилось? Как так получилось?

- Не знаю. Просто лёг и уснул! Только перед этим спел Джасмин колыбельную...

- Постой-постой! - замахал руками Арозон. - Ты ещё и пел? Кот тебя дери, Ливви, ты пел! И меня не было рядом! Это не справедливо!

- В следующий раз обязательно позову, - пообещал я, радуясь, что сумел вывести друга из мрачного состояния и хоть как-то повысить ему настроение. - А теперь действительно мне нужен послеобеденный сон. У меня такое ощущения, что прошло не утро, а целый день.

Я махнул ему рукой и прошёл в гостиную. Лёг на диван с тихим предвкушением. Услышал, как из кухни вышел Арозон. Он не стал останавливаться, а направился через коридор к себе в спальню. Сегодня мы все измотаны и нуждаемся в отдыхе. Слишком много событий. Нападение Гласа, Валери с вопросами, ещё собственное и непоколебимое решение прижать хвост Дафне. Надо отдохнуть.

Знакомая слабость одолела меня, и на минуту я испугался, что не смогу уснуть, но когда в следующую секунду открыл глаза, понял - спал. В комнате было темно, тёмные шторы закрыты, мелькает только голубоватый свет от телевизора. Рядом в бок упирается что-то маленькое и теплое, а тело немного ныло от долгого пребывания в одной позе.

Шевельнувшись, поднял голову и увидел рядом с собой Джасмин. Как всегда она смотрела канал про животных, и на моё пробуждение только быстро улыбнулась, снова вперившись взглядом в экран. Кряхтя, свесил ноги с дивана и посмотрел на подсвеченные часы на длинной полке с замысловатыми фигурами. Девять вечера. Ничего себе! Я проспал по меньшей мере 8 часов.

- Где все? - спросил я.

- Элли уже уехала, а Арозон в комнате, - быстро прошептала Джасмин, не отвлекаясь от программы про кенгуру.

- Элли уехала? - переспросил я.

Девочка кивнула, а я не стал ей больше мешать.

Дверь в комнату друга никогда не закрывалась, наверное, потому, что он был уверен - я постучу. Тёмная дубовая дверь в конце коридора была чуть приоткрыта. Прежде чем войти, я пару раз ударил по створке.

- Да, - разрешил Арозон.

Я вошёл в его спальню и словно вернулся на один век назад.

Комната Арозона отличалась от всей остальной современной квартиры со всевозможными информационными технологиями. А здесь же не было даже компьютера и розетки! Помещение было визуально разделено на спальню и кабинет. В левой части центральное место занимала широкая кровать с высокой лакированной спинкой, а за ширмой из резного дерева скрывался старинный чёрный шкаф с витыми ручками. Правая часть комнаты около окна служила своего рода кабинетом, огороженная кофейным столиком. За ним располагался массивный стол, высокие книжные полки и несколько кресел на кривых ножках в полукруге. Повсюду, где только было можно, стояли почерневшие от времени канделябры с воткнутыми свечами. Сейчас они были зажжены, и комнату освещал тусклый оранжевый свет.

- Привет, - услышал я голос из одного из кресел.

Я подошёл и сел напротив, откинувшись на мягкую атласную спинку. Арозон прикрыл книгу в кожаном переплёте и, потянувшись вперёд, положил её на кофейный столик. Я успел заметить на обложке: "Божественная комедия" Данте. На мое памяти Арозон читал данное произведение уже седьмой или восьмой раз.

- Перечитываешь? - спросил я.

- Да. Решил освежить память.

- Почему не разбудил? - сразу поинтересовался я.

- Боялся. Думал, что лучше тебе отоспаться сейчас, чем потом спать урывками. И потом, Элли была уставшая от бессонной ночи, и мы недолго разговаривали.

- О чём?

- О Гласе, конечно. О его попытке тебя убить и о возможном его сотрудничестве с Дафной. И о том, что ты решил пойти в Совет. Короче, ничего нового. Кроме одного.

- И что же?

Арозон несколько секунду молчал, строго глядя на меня.

- На завтра назначены похороны Дорис в склепе. Элли хочет быстрее со всем разобраться, чтобы Заря и Дафна не успели, да и не смогли препятствовать. Мало ли, что у них на уме. И Воурт ждёт тебя сегодня ночью. Хочет видеть только тебя одного, и никого больше.

- Меня одного? - переспросил я, внутренне поёжившись.

Отчего-то стало страшно видеть его в разбитом состоянии, горевавшим, унылым, отчаявшимся. Я точно не знал, что говорить в таких ситуациях, и был на похоронах всего один раз за 500 лет!

- Да, тебя одного, - кивнул Арозон.

- Значит, я пойду к нему, - вздохнул я.

- Постарайся его утешить. Когда мы с Элли говорили с ним, он почти ничего не соображал, но думаю, сейчас ему стало легче. Так странно, - задумчиво протянул он.

- Что странно?

Арозон минуту не отвечал, рассматривая свой потолок, к слову сказать, очень красивый, украшенный плафоном с изображением ангелочков на небесах.

- Смерть, Ливви. Странно ощущать смерть, ты так не думаешь? В голове почти как искра надежды бьётся мысль, что ты вечен, но потом - бац! - и тебя нет. Странно.

Я кашлянул.

- Арозон. Я хочу тебе кое-что сказать.

Он перевёл взгляд с потолка на меня.

- Вчера перед сном мы с Джасмин разговаривали. Она не могла уснуть и... Короче, она сказала мне, что Яра говорила с ней о смерти. Что Джасмин всё равно умрёт.

Слегка рассеянный или задумчивый вид друга в одну секунду сменился на какие-то новые и непонятные эмоции. Лицо побелело, брови нахмурились.

- Что?

- Сам такого не ожидал. Но Джасмин это сказала сама. Яра не разрешала ей далеко уходить от дома, иначе она может умереть. Вот это странно, ты не находишь? Или это просто родительское волнение?

Я смотрел на него в надежде, что с ним Джасмин обсуждала это тоже, но мои первоначальные догадки были верны, и девочка откровенничала только со мной.

- Яра говорила с ней о смерти? - сухим тоном переспросил Арозон.

- Да. Не знаю, почему.

- Действительно, с чего это ей говорить с бессмертным ребёнком о смерти?

Я развёл руками.

- Честно, не думаю, что Джасмин скажет что-то ещё, - пожал я плечами. - Смерть Дорис так повлияла на неё, и ей стало страшно. Она боится умереть, но я заверил, что мы о ней позаботимся.

Лицо Арозона разгладилось, и он натянуто улыбнулся.

- Всё же я верю в судьбу, - пробормотал он, снова задумчиво уставившись в потолок.

Я не стал его переубеждать, и некоторое время мы просто сидели в тишине. С ним было спокойно и надёжно. Я был более чем уверен, что сейчас нам ничего не грозит.

- Ливви, - нарушил тишину Арозон. - Я тут думал, пока ты спал.

- О чём ещё?

- О Валери.

- Хм, - удивлённо протянул я. - И что?

Арозон задумчиво почесал подбородок.

- Ты ей рассказал.

- Да.

- Это был не вопрос, а констатация факта. А вот теперь вопрос - зачем?

- Эм... - протянул я. - Не знаю. Она попросила. Она уже многое видела и сопоставила некоторые моменты.