Фиаско - Грег Диналло

— Добрый вечер, мадам, — медленно протянула она. — Боюсь, в нашем штате такие штучки вытворять не позволено. Разрешите-ка мне взглянуть на ваши водительские права и…

— Лучше сюда посмотрите, — перебила ее Скотто, сунув ей под нос служебное удостоверение и жетон агента. — Я специальный агент Скотто, из Минфина США. Преследую преступника, и нам нужно двигаться немедленно.

Лицо дамы-полицейской отразило всю гамму чувств: от паники до огорчения и обратно.

— О-о! Конечно, конечно! — воскликнула она. — Назовите мне номер преследуемой машины и направление следования. Я передам данные коллегам по радио и организую перехват.

— Нет! Никакого перехвата! — содрогнулась Скотто. — Лучше сообщите коллегам данные моей машины и попросите не задерживать меня. Скажите, что речь идет о спецзадании правительства США. Не хотелось бы мне спугнуть этого малого, сержант. Я должна проследить, куда он поедет. Понимаете теперь?

Ответа она ждать не стала, рванула с места в карьер, нажав педаль газа до отказа и обдав полицейских градом песка и гравия с обочины шоссе. «Бьюик» снова оказался на автомагистрали, виляя похожими на рыбьи хвосты задними стабилизаторами и оставляя на бетонном покрытии черные полосы от резкого торможения. Повинуясь твердой руке опытного водителя, машина быстро набирала скорость. Стрелка на спидометре подошла к цифре 90 миль.

Следующие несколько часов я сросся с биноклем, тщетно разглядывая номерные знаки грузовиков — вирджинского номера 439-НТ-665 среди них не было. Глаза у меня устали от напряжения, к тому же в животе стало урчать. Голод испытывала и Скотто. На ходу мы наскоро перекусили незатейливыми шоколадными яствами — для меня это было что-то новое, может, в дальнейшем шоколад одолеет поганую привычку прибегать в таких случаях к сигаретам и водке. Мелькнул еще один дорожный указатель с надписью: «ЛИНЧБЕРГ, РОАНОК, ПУЛАСКИ». Водитель трейлера мог выбрать любое из этих направлений, но Скотто упрямо держала курс на Атланту.

Разноцветное зарево мы увидели, когда уже приближались к границе между штатами Вирджиния и Теннесси. Вскоре в розовом, желтом и зеленом разноцветье показался призывный щит: «БРИСТОЛЬСКАЯ ПЛОЩАДКА ОТДЫХА ДЛЯ ГРУЗОВЫХ АВТОМАШИН». На другом щите, столь же броском, красовалось: «КАФЕТЕРИЙ, ХИМЧИСТКА, ДУШЕВЫЕ». Наше внимание привлекла реклама «МОЙКА АВТОМАШИН, ЦЕНТР ПОЛНОГО ТЕХОБСЛУЖИВАНИЯ, 30 БЕНЗОКОЛОНОК». Длинное приземистое здание автоцентра опоясывала широкая щебеночная стоянка — там было свыше сотни аккуратно припаркованных трейлеров.

— Он должен быть где-то там. — Скотто уверенно свернула к автоцентру.

— Вы так думаете?

— Мне подсказывают это бензобак «бьюика» и мой мочевой пузырь. Не важно, для грузовиков или легковых машин строился этот центр, но тот, кто выбрал это место, вычислил правильно, что с севера сюда можно добраться без дозаправки бензобака, но вот шоферу к тому времени потребуется туалет.

Кто бы ни был тот умник, он оказался прав. Не только мы со Скотто нуждались в наполнении наших желудков, но и «бьюик» — красная лампочка бензиномера не оставляла в этом никаких сомнений. Заправив машину и подкрепившись сами, мы подъехали к стоянке и стали медленно объезжать ряды восемнадцатиколесных контейнеровозов, разыскивая нужный нам объект. Вскоре мы нашли трейлер с контейнером № 95824 на боковой стенке, но, судя по его арканзасским номерным знакам, он был из числа трех грузовиков, пущенных, чтобы обмануть возможных преследователей. Тогда Скотто вызвала по радио агентов из двух групп, следящих за машинами. Обе группы и трейлеры-приманки оказались здесь; по счастью, здесь же оказался и наш подопечный.

— Вон он, — нервно шепнула она, когда мы все-таки нашли его.

Стоя в темноте, между трейлером и зданием техцентра, Скотто потребовала у меня ледоруб, словно хирург во время операции.

Я моментально сунул ледоруб ей в руки и спросил:

— А мне что делать?

— Пока ничего. Хотя нет, принесите-ка сюда кофе. Черненького. Да побольше.

— Полагаете, оно вас взбодрит?

— И еще по кусочку кекса. Если кто-то начнет придираться к вам, прикиньтесь глухим. И вообще вы по-английски не шурупите. Так будет сподручнее.

И она быстро пошла к контейнеровозу. Я видел, как она скрылась позади огромного грузовика, застегнул куртку и направился к кафетерию.

Внезапно из дверей кафетерия вывалилась гурьба водителей и направилась через дорогу; они болтали, смеялись, в прохладном воздухе над ними вился легкий парок. Один, бородатый, в теплой стеганой жилетке, смачно сплюнул и потопал в моем направлении. Я подождал, пока он пройдет, и оглянулся. Похоже, он шел прямо к «нашему» трейлеру. С каждым его шагом в животе моем все туже затягивался неприятный узел. Вот… твою мать! Он ведь и в самом деле топает к нему, прямо к нему. У кабины он остановился, рукавом куртки стер грязное пятно с никелированной крышки бензобака и занялся обычным водительским делом — стал проверять колеса и подвеску шасси перед дальней дорогой. Как же мне предупредить Скотто, не насторожив его? Может, отвлечь? Спросить, как проехать в какой-нибудь город?

Я сделал к нему несколько шагов, но тут откуда ни возьмись из-за трейлера вынырнула Скотто.

— Какого черта ты там шныряла? — насел на нее бородатый водитель.

Скотто последовала своему же совету, который давала мне: недоуменно пожала плечами и пошла назад, притворившись, что, дескать, по-английски ничего не смыслит.

— Я спросил, что ты там делала, сволочь проклятая! — заревел шофер и, схватив Скотто за руку, поволок ее к кабине. Увидев, что я приближаюсь, стукнул куланом по двери и крикнул: — Эй, Хэрлан! Хэрлан! Тут у нас возникли проблемы!

Я надеялся, что Скотто вытащит пистолет, ждал, что на выручку поспешат другие агенты, но поблизости их не было, а Скотто продолжала разыгрывать из себя ничего не понимающую иностранку, лопоча по-русски с нью-йоркским акцентом, чтобы он оставил ее в покое.

— Извинить, пожалюста, — вмешался я, нарочито коверкая слова. — Извинить, пожалюста. Она английски говорит еще не может.

— Может, засранка! — огрызнулся шофер и еще раз треснул кулаком по кабине: — Эй, Хэрлан!

Дверь открылась, показался заспанный здоровенный малый в бейсбольной кепочке на голове и с дробовиком в руке.

— Какого хрена ты шумишь?

— Застукал вот, вынюхивала что-то около трейлера. Хэрлан спрыгнул на землю и угрожающе направил на нас ружье. При виде нацеленной двустволки у меня от страха глаза на лоб полезли. При одной только мысли, что этот малый легким нажатием пальца может отправить меня к праотцам на тот свет, колени у меня затряслись и подогнулись.

— Я не мог задержать шофера, — стал объяснять я Скотто на русском языке, хотя слова так и застревали у меня в горле. — Что теперь делать?

— Не падай духом, — ответила она тоже по-русски. — Навесь ему на уши какую-нибудь лапшу про меня, вроде я из туалета возвращалась и заблудилась в темноте.

— Сэр! Сэр, извинить, пожалюст, — снова начал я втолковывать им. — Она не обнюхивает грузовик, она идет назад из туалет для женщин и… и ее путь назад оказался потерян. Пожалюст, мы едем это… как это называйтися?.. Медовое приятное время, так ведь?

— Медовое время, говоришь? — водитель фыркнул от смеха. — Да ты вроде тоже пока еще по-нашему прилично не говоришь, дружище. Может, ты с ней и проводишь приятно время, но мы называем это медовым месяцем, балда ты хренова.

— А-а, да-да. Мы приятно проводим медовый месяц первый раз в свободная страна. Это есть чудесно.

Скотто натянуто улыбнулась и прильнула но мне, словно испуганный ребенок.

— Будь со мной поласковей, понежней, черт побери, — запела она сладким голосом. — Ты же сказал этому лопоухому ослу, что у нас свадебное путешествие в медовый месяц. Ну и демонстрируй это на деле.

Водитель подозрительно глянул на нас и почему-то озлился.

— Что? Что такое?! — выкрикнул он, когда я нежно взял Скотто под руку. — Она вздумала насмехаться надо мной? Взялась вышучивать меня?

— Нет, нет же… она просто спрашивает, может быть, вы знаете, разный красивый места, чтобы их смотреть?

— Еще как знаю, — ухмыльнулся он. — А в Сибири вам не приходилось бывать?

— Да хватит тебе, Кертис. — Хэрлан опустил ружье. — Это же просто туристы. Отпусти их к чертовой матери.

— Отваливай от моего трейлера куда подальше, сволочь чертова. — Злобно зыркнув на нас, он отстегнул от пояса связку ключей и двинулся к кабине, уверенно ступая по асфальту площадки.

Малый с дробовиком задержался, у него было смущенное лицо. Казалось, он испытывает угрызение совести.

— Русских мне еще не приходилось встречать, — смущенно оправдывался он. — Не хотелось бы, чтобы о нас, американцах, сложилось у вас ложное представление. Американцы — люди неплохие. Ведь если бы не Рейган, не Буш, коммунисты правили бы миром и все перевернули бы по-своему. — Повернувшись, он пошел к кабине трейлера, но, видимо, вспомнил что-то и вернулся назад: — Дисней уорлд — вот где вам надо непременно побывать.