Хроники орка - Юлий Стрелецкий

лица, не скрытой капюшоном, ответил гоблин. — И это дело так же выгодно вам, как и нам.

— Ну?

— Не все купцы нашего города довольны тем, что он, город, напрямую управляется графиней. Город уже перерос ясли. Мы бы хотели получить самоуправление.

— Вы знаете, что для этого нужно? — спросил префект.

— Да, — кивнул Зак. — Согласие сторон. Чтобы Джинджер согласилась предоставить городу это право. За одноразовый выкуп, цена которого будет оговорена. С согласия имперских властей, разумеется.

— Нужно еще договориться о ежегодном налоге в пользу имперской казны, — строго уточнил Оул.

— Разумеется! Разумеется, — закивал Зак. — В этом и есть ваша выгода, мой господин.

— Ну так в чём проблема?

— Проблема в ведьме, — ответил гоблин. — Она в деньгах не нуждается. Вряд ли она захочет выпускать из рук такой лакомый кусок.

— Ну, а я тут причём? — с деланным равнодушием спросил десница.

— А вы могли бы на неё повлиять, мой господин, — подобострастно ворковал Зак. — После свадьбы этой. Чем бы она не закончилась. А мы, купцы Фароса и патриоты, в долгу не останемся. Лично перед вами. Да и казне прибыль. Пусть лучше будем делиться с Империей, чем с ведьмой.

— Я подумаю, — кивнул капюшон префекта.

— А в знак нашего договора, — не унимался Зак, — могли бы вы мне что-то дать? На время?

— В каком смысле? — удивился десница.

— В том смысле, что я уполномочен лучшими людьми города, которые очень рискуют. Да и я тоже. Не дай Эру, ведьма прознает — не сносить нам всем головы. Мне нужно доказательство для тех, кто меня уполномочил, в том, что наш договор с вами состоялся, и он серьёзен.

— А моего слова недостаточно? — попытался съехать префект.

— Слово я принести и показать не могу, — покачал головой гоблин. — Слово — ветер. В карман не положишь.

— Ну хорошо, а что именно? — спросил префект.

— Например печать префекта, — гоблин указал на золотое кольцо, украшавшее один из пальцев правой руки десницы.

— А торкват префекта не подойдёт? — с саркастической интонацией сказал Оул и покачал браслетом на правой руке.

Чёрный камень, как и все его сородичи, прозванный “оком Василиска”, подозрительно мигнул, но префект, опомнившись, тут же спрятал браслет в рукав плаща — вдруг кто-то заметит.

— Я бы попросил, — с обыкновенной для себя хитрецой ответил Зак, — но знаю, что браслет префекта нельзя снять. По крайней мере просто так. Может господин тогда одолжит мне перстень с баронской печатью?

И гоблин указал на другое кольцо.

— Все знают, что барон Оул — префект южных провинций. Его слово дороже золота.

И добавил:

— Это только на время. Я верну. Не сомневайтесь, мой господин.

— А басма тебя не устроит? — предложил префект. — Золотая. Вроде тех, что империя продает купцам, как охранные грамоты для беспрепятственного передвижения по дорогам страны. Чтоб разные лендлорды не приставали.

— Я знаю, как называются эти золотые таблички, — склонил голову Зак. — Разве что префект приложит к ней свою личную печать.

— Договорились! — с этими словами десница достал из-под полы плаща прямоугольную золотую табличку с какими-то надписями и отверстием, куда была продета прочная цепочка. — Я приготовил заранее. Держи!

— Благодарю, мой господин, — сказал гоблин, принимая своеобразный талон и, в свою очередь, пряча его под своим плащом. — Не даром говорят, что истинные слуги Империи предвидят будущее. А теперь давайте обсудим детали.

В этот момент два чёрных капюшона картинно склонились в полумраке зала таверны, едва не соприкасаясь краями. О чём начали шептаться заговорщики слышно не было. Но когда большинство посетителей уже храпели, из “Трёх медяков” выскользнул сначала один обладатель плаща и бесстрашно юркнул в ближайшие заросли, откуда спустя мгновение донеслось уханье филина. А ещё спустя короткое время из таверны показался второй плащ. Он, не зажигая огня, пошёл прямо по дороге в противоположную от города сторону. Спустя какое-то время свернул в чащу и оказался на неприметной поляне, посреди которой стояли два столба с перекладиной. Что-то вроде ворот, но без створок и без забора. Деревянная эта конструкция была украшена нехитрой резьбой. Но какой именно, рассмотреть было нельзя. Гоблин, а это был он, шагнул в этот проём, но с другой стороны не вышел. Исчез.

Командир отряда наемников-арбалетчиков, по кличке Варнак, был росту совсем не примечательного. Невысокого, но и не низкого. Среднего. Крепкая же фигура, почти всегда скрыта кирасой или плащом-туникой. Так сразу и не разглядишь. Кожа, правда, от рождения смуглая. Именно поэтому Варнак представлялся мулатом. Одним из потомков рабов-харадрим, завезённых на южные берега нынешней империи ещё во времена Старой Империи и, впоследствии, ставших крестьянами-колонами. Обычное дело. Необычные разве что слишком высокие скулы и куполообразный, вытянутый назад да выбритый налысо череп. Что как бы намекало на частичку южно-орочей крови и придавало наёмнику какой-то звериный вид. Правда считалось, что браки людей и орков к потомству не приводили, но бывали исключения. Да ещё на этом суровом лице с гневно изогнутыми крыльями широкого плоского носа выделялись глаза. Несмотря на то, что были они узкими и глубоко посаженными, правый светился на смуглом лице своим серым стальным, как лезвие меча, цветом. Второй, наоборот, бездонно тёмный. Кажется, полностью, так что и не разглядеть белка.

Но командиром собственного отряда Варнак стал не за красивые глаза. И даже не за военные и организационные таланты. Вернее, не только. Ведь организованная им компания состояла не только из арбалетчиков. Она была поделена на несколько терций. Каждая из которых состояла из защищенных кирасами сариссофоров, делом которых было длинными пиками защищать выбегающих из-за их спин и прячущихся обратно так же хорошо защищённых арбалетчиков, на вооружении которых, помимо тяжелого арбалета, ещё и состоял полуторный меч-бастард. Каждая терция была прекрасно вышколена и представляла собой отдельную боевую единицу. А при случае могла слиться с соседями в единую фалангу. Эту организацию придумал полуорк. Или полухарадрим, как будет угодно. Но, чтобы стать командиром, придумать мало. Среди самих наёмников главными качеством Варнака считалось то, что называется чуйкой. Было у него какое-то звериное чутьё на опасность. Да, в придачу к этому, кошачья везучесть, в сочетании с крайне хладнокровным поведением во время боя.

И вот не то человек, не то орк вёл свой отряд и немного недоумевал: почему его отправили в Фарос сухопутным путём, когда проще было спуститься из Железного Города, базы всех наёмников, по Барандуину прямо к морю, а оттуда из Пеларгира, пересев на морские суда, приплыть прямо к нанимателю, вернее, нанимательнице. Но в свободном городе Пеларгире, входящем в конфедерацию Вольных городов, всё пошло не по плану. Им почему-то указали двигаться прямиком через