Бабочка, выкованная из стали - Екатерина Николаевна Островская

— Короче, так! — оборвал практиканта полковник. — Сейчас идешь в Ленинскую ком… то есть в комнату отдыха личного состава. Я сделаю сообщение для всех сотрудников — настолько важное, что у меня до сих пор все волосы дыбом стоят.

— Так я же не в штате. И потом я здесь на связи, на случай если из дежурки какой сигнал поступит… А ребятам что передать от вас?

— Ребятам? — переспросил полковник Жаворонков. — Да что-нибудь… Скажи, что звонили из Союза театральных деятелей и попросили отметить как-то подполковника Гончарова, который очень оперативно разобрался с делом Лушкевича. И еще этот звонил, который мушкетером был… Он сейчас в общественном совете при ГУВД заседает… И все по тому же вопросу… Про Гончарова… А как нам его отмечать, когда наш бедолага Игорь такое натворил, что… Волосы, одним словом, дыбом… А я еще его хотел со своей соседкой познакомить… Хоть в лифт с ней не заходи!

Жаворонков закрыл дверь. Практикант прислушался к звукам его уходящих шагов. Потом взял со стола свой мобильный. Набрал номер.

— Это я, — тихо произнес он в трубку, — ребята рванули в аэропорт. Туда мы еще позвали программу Ипатьева, потому что я пробил по билетам и узнал, что Полозова улетает сегодня в Дублин по паспорту Евросоюза. Если у нее двойное гражданство, а она находится на госслужбе…

— Это не запрещено, — ответил Гончаров, — депутатам нельзя, губернаторам, связанным с военными разработками и производством, нельзя, а преподавателям вуза можно.

— Шишкин уверял, что Промтех работает по контрактам с Министерством обороны, разные специальные программы разрабатывает, а Полозова как раз заместитель по науке и может контролировать ход работ… В Промтехе наверняка есть куратор из ФСБ, а может, даже не один — значит, Полозова скрыла от них факт наличия у нее второго гражданства…

— Где сейчас Шишкин?

— В гараже РУВД сидит в служебном «Фокусе», а вдруг и в самом деле что-то случится в районе? Мы тогда с ним вместе на вызов выдвинемся, потому что остальные ребята не скоро вернутся — у Полозовой рейс в Дублин через четыре часа. Двое ее будут встречать в аэропорту, а двое вести от дома на всякий случай, мало ли что… Она пока у себя. А они ее у подъезда пасут…

Гончаров тут же прервал разговор и позвонил Ипатьеву.

— Полозова сегодня улетает в Ирландию — непонятно зачем, — сообщил он. — Неужели хочет там отсидеться или просто в отпуск?

— Скорее всего, ее цель — Англия. Из Ирландии туда без визы пускают, если у нее есть паспорт Евросоюза.

— Есть, — подтвердил подполковник. — Что же ее так спугнуло? Вы у нее были утром, так неужели…

— Там были вопли, крики. Оскорбления и угрозы… Людмила Федосеевна обещала закрыть нашу программу. Генеральный директор канала Рахимов сказал, что его вызывают сегодня вечером на экстренное заседание правления, на котором будет стоять только один вопрос — о дальнейшем функционировании программы «Город принял». Решение о закрытии без всяких сомнений примут. Алексей Юрьевич издаст соответствующий приказ, и с завтрашнего утра нас в эфире не будет. Но сегодня-то мы оттянемся по полной…

— И что тогда?

— Погоди, я, кажется, понял, почему так срочно бежит из страны Полозова: сегодня из омского СИЗО выпустили Дроздова. Мне сообщил об этом мой приятель. Перед Дроздовым извинились даже, что удивительно, потому что он по-прежнему остается подследственным. Его отвезли в аэропорт, и он уже вылетел домой…

— В омском аэропорту на неделю вперед не было билетов.

— Билеты есть всегда: бронь ГУВД, ФСБ, губернатора, наконец… Так что он уже в воздухе. Я планировал встретить его в аэропорту и взять экспресс-интервью, раз уж все равно там буду…

— Он не будет ничего говорить.

— Тогда просто покажу его в эфире и пожелаю удачи. А вот Людмилу Федосеевну так просто не отпущу.

— Мои ребята тоже ее не выпустят. Имеем право задержать без объяснения причин на срок не более чем сорок восемь часов. Пункт один, статья четырнадцатая Федерального закона номер три.

Глава двадцатая

Солидная дама в темных очках вошла в таможенную зону, направилась к зеленому коридору, толкая перед собой тележку с погруженным на нее чемоданом. Она не спешила — то ли оттого, что чемодан были тяжелым, то ли оттого, что считала: солидные дамы вообще никогда и никуда не спешат.

К ней подошел молодой таможенный инспектор:

— Простите, но нет ли в вашем багаже предметов, относящихся к перечню стратегически важных товаров? — поинтересовался он.

Дама продолжала двигаться, но таможенник уже стоял на ее пути.

— Вы что-то сказали? — переспросила дама, как будто только сейчас заметила препятствие.

— Я интересовался наличием в вашем багаже предметов, относящихся к перечню стратегически важных товаров.

— Каких?

— Запрещенных к вывозу: сильнодействующих, ядовитых, отравляющих, взрывчатых, радиоактивных веществ, радиационных источников, ядерных материалов, огнестрельного оружия или его основных частей, взрывных устройств, боеприпасов…

Молодой человек перечислял, а женщина улыбалась высокомерно.

— …иного вооружения, иной военной техники, — продолжал таможенный инспектор, — а также сырья, материалов, оборудования, технологий, научно-технической информации или результатов интеллектуальной деятельности, которые могут быть использованы при создании вооружения или военной техники, а равно стратегически важных товаров и ресурсов или культурных ценностей либо особо ценных диких животных, водных биологических ресурсов, растений и грибов.

Дама слушала, кивая, а когда молодой человек закончил, поинтересовалась:

— Грибы, говорите? Очень интересно! Но я не хожу по лесам с корзинами и грибы не собираю, чтобы вывозить их за границу для продажи на рынках. Ни грибы не собирала, ни орешки — запомните! Я — гражданка Евросоюза и прошу относиться ко мне со всем уважением.

— Я заметил часы из белого металла на вашем запястье и хочу посмотреть на них: возможно, они запрещены к вывозу без оформления декларации…

Дама сняла часы и бросила их на таможенную стойку:

— Смотрите сколько хотите! Можете забрать их себе в подарок!

Молодой человек взял часы, посмотрел на них:

— Такого подарка мне не надо, потому что часы очень похожи на «Patek Philippe» с сапфировым стеклом, изготовлены