Бабочка, выкованная из стали - Екатерина Николаевна Островская

Ипатьев посмотрел на подполковника, потом перевел взгляд на окно, за которым был маленький дворик его детства, на жестяные крыши, без устали заливаемые дождем, на мокрых голубей.

— Ну, я поехал, — произнес он, поднимаясь со вздохом, непонятно к кому обращаясь: то ли к подполковнику, то ли к самому себе.

Глава восемнадцатая

Оставшись наедине с самим собой, Гончаров не знал, чем заняться. Обычно в это время он сидел в своем рабочем кабинете, просматривал новости, общался с начальством или с подчиненными, а ноги сами тащили его куда-то, «на землю», где нужны были его знания и опыт. Сейчас бежать было некуда, и выходить на связь с кем-либо из знакомых Ипатьев ему запретил. Но Игорь и без него прекрасно знал — нельзя.

Он расположился перед компьютером и просматривал омские новости. Теперь в объявление о розыске особо опасного преступника помещена была его фотография — все та же самая из личного дела с немного замыленными погонами и полицейской формой. И уже сыпались комментарии удивленных простых обывателей: «это че, в натуре мент на мокруху подписался? Точно: я по снимку прогнал по сетям — это подполковник из Питера. Говорят, что научная баба, которую замочили, это наша продавщица из универмага на Куйбышева. Кто ее помнит? Их там две приметных было: эта черненькая, а вторая светленькая… Юбки такие короткие, что когда пошевелится из них кто, все трусы наружу…»

Неожиданно появилось сообщение, что Омский городской суд принял решение об изменении меры пресечения гражданину Дроздову Владимиру Петровичу. Суд постановил назначить профессору домашний арест, а дело передать для расследования в Петербургское управление Следственного комитета России. Игорь несколько раз перечитал, сразу захотелось перепроверить сообщение, но знакомым или тем, с кем нужно было связаться, звонить было ни в коем случае нельзя.

И все же он набрал номер практиканта. Тот некоторое время не отвечал, очевидно, не понимая, кто ему может звонить с незнакомого номера, и наконец гудки прекратились, наступила тишина, и голос Пети осторожно поинтересовался:

— Кто это?

— Хочу заглянуть к вам сегодня, ведь твоя мама пригласила меня.

— Правда? — обрадовался практикант. — А где вы? Если вы считаете, что мой телефон на прослушке, то напрасно так думаете. У меня сразу сигнал появляется и посторонний фон.

— Но не у всех же такие продвинутые аппараты. А мне нужно общение. Можно так сделать, чтобы я звонил из Питера, а аппаратура покажет, что из Омска?

— Аппарат абонента покажет все, что вам нужно, код любого региона, если только специальная аппаратура не будет перепроверять ваш исходящий. Сейчас я поговорю с другом, который может все…

Но, как выяснилось, его приятель-хакер может не все: через несколько минут Грицай перезвонил и сообщил, что на мобильный можно, конечно, позвонить, но лучше все-таки на стационарный, на котором нет определителя номера, а если кто-то будет перепроверять, откуда получен вызов, то специальная программа покажет другой регион.

— Давай попробуем так, — согласился Гончаров.

— А куда вы хотите позвонить?

— В приемную Жаворонкова, но будто бы я звоню ему из Омска, из какого-нибудь отеля, в котором есть видеонаблюдение. Хочу посмотреть, как прилетит спецназ, чтобы меня взять. Только надо войти в систему видеонаблюдения отеля…

— Здорово! — обрадовался почему-то практикант и удивился: — А зачем вас брать? Вы что-то натворили там? Ну ладно, можете не говорить ничего: это ваше дело. Сейчас и звонок организуем, и просмотр, но вам для этого нужно позвонить на номер, который я вам укажу. И мой приятель перенаправит ваш вызов… И еще скажет, как подключиться к видеонаблюдению. Двадцать первый век на дворе: сегодня можно все!

Но организовать звонок оказалось не таким простым делом. Только через полчаса Гончаров смог позвонить. Ответила секретарша Вера. Узнала голос заместителя начальника РУВД и на несколько секунд потеряла дар речи.

— Это я! — кричал в трубку Гончаров, хотя понимал, что его и без того прекрасно слышно, — тут что-то со связью…

— Да-да-да, — наконец ответила Вера, скорее всего трубку, с телефона на своем столе отключил Жаворонков. — Вы где сейчас, Игорь Алексеевич? Может, Жаворонков сам вам перезвонит?

— Я в Омске в гостинице. Застрял тут на какое-то время: обратных билетов нет и целую неделю не будет. Хотел улететь из Казахстана, но и там такая же история… Я звоню из гостиницы «Омск», прямо из номера…

— Алексея Ивановича нет на месте, — очнулась вдруг секретарша, — но он появится минут через пятнадцать-двадцать. Вы перезвоните попозже.

Очевидно, начальник РУВД стоял рядом с ней и шепотом давал указания, что говорить.

— Я так и сделаю, — пообещал Гончаров.

Игорь сидел на кухне квартиры Ипатьева перед компьютером, поставленным на обеденный стол. На экран было выведено изображение, получаемое с камеры наблюдения из холла отеля. Мимо камеры проходили люди, кто-то сидел на диванах, кто-то стоял у стойки портье… Потом ворвались люди в масках и с автоматами… Их было много, часть спецназовцев, вытолкав пассажиров, набились в лифты, кто-то помчался по лестницам, другие поставили гостей отеля лицом к стенам холла…

Игорь набрал номер Жаворонкова.

— А ты где? — елейным голосом поинтересовался начальник РУВД. — Все там же, в Сибири?

— По-прежнему в Омске. Сейчас беспокою вас, чтобы узнать, не искал кто меня? А то, я слышал, Корнеев мною интересовался…

— Кто тебе такое сказал? — притворно удивился Жаворонков. — Зачем ему звонить тебе… Мы с ним… то есть он, конечно, позвонил… хотел поздравить тебя с новым назначением, но я … то есть Вера сказала, что ты отгул взял…

— Ладно, я прощаюсь, а то ко мне в номер уже стучат. Обслуживание номеров, вероятно. Тут такие горничные-сибирячки: вчера с одной в лифте ехал, так к стене прижала — думал, не доеду, задохнусь.

— Ты там осторожнее, — с печалью в голосе предупредил Жаворонков и вздохнул.

На мониторе появилось изображение еще с одной камеры, вероятно, это было видеонаблюдение с гостиничного этажа: полицейские в бронежилетах и касках прижались к стенам, а в номер стучалась горничная. Дверь отворилась, и тут же полицейские толпой ввалились в номер, сметая на своем