Невеста Короля Теней - Сильвия Мерседес

– Да, Кол. Спасибо, – говорю я.

Трольд начинает поворачивать диск. Воздух под дугой мерцает от пробудившейся магии. Возникает странное ощущение, что пусть я и вижу лес по другую сторону дуги, но сквозь нее веет другой воздух. Я вижу перед собой многочисленные слои реальностей, словно широко распахнувшиеся двери. Молодой Йок ругается у меня за спиной. Это всего лишь его второе путешествие между мирами. Во многих отношениях второй раз хуже, потому что ты знаешь, чего ожидать, но еще не научился это выдерживать. Я одариваю его ободряющей улыбкой.

– Ты первый, Йок! Показывай дорогу.

Парень морщится, но храбро расправляет плечи и пришпоривает своего морлета. Зверь вскидывает голову, раздраженный тем, что его заставляют возвращаться в мир людей, но Йок берет себя в руки. Они проходят через портал и исчезают. Хэйл идет следом, обнажив меч. В конце концов, никогда точно не знаешь, что встретишь по ту сторону врат. Сул следует за ней и, бросив на меня последний взгляд, уходит.

– Идешь, Фор? Или ты струсил?

– Я скоро к вам присоединюсь, – говорю я. Сул пожимает плечами и проходит, исчезая за колышущейся завесой магии. Я поворачиваюсь к женщине рядом со мной: – Обещаю, я разберусь в этих событиях, леди Ксаг. И я надеюсь, что скоро у меня будут средства предложить реальную помощь.

– Я молюсь Глубокой Тьме, чтобы ты оказался прав, – тихо отвечает она.

Я пришпориваю своего зверя, приближаясь к арке ворот. Жар живой магии согревает мою кожу и заставляет моего морлета раздувать ноздри и показывать свои злобные клыки.

– Спокойно, Кнар, – говорю я, похлопывая его по уродливой шее. – Спокойно.

Затем мы проходим под дугой, покидая нашу реальность и отправляясь через миры.

Глава 21. Фэрейн

Говорят, Промежуточные врата просто возникли однажды. Это было пятьсот лет назад. С тех пор наш мир изменился. Никто не знает, откуда они появились и кто их построил. Конечно, существует множество легенд – все довольно замысловатые, запутанные и противоречивые. Возможно, каждая содержит частичку истины, но не всю правду целиком.

Глядя из окна кареты на огромную арку, возвышающуюся над линией горизонта, я не могу отделаться от мысли, что она, должно быть, сделана фейри. Это сооружение по своему величию и инженерной задумке превосходит все, что я когда-либо видела прежде. С другой стороны, разве фейри не известны своей неспособностью создавать что-либо самостоятельно? Так что, возможно, это были вовсе не фейри. Возможно, это инженерия трольдов.

Врата стоят на широкой пустой равнине, неуместные и жуткие. Белая стена тянется по обе стороны, насколько хватает глаз. Она действительно бесконечная или это магическая иллюзия? Интересно, возможно ли обойти эту стену и пробовал ли кто-нибудь когда-нибудь сделать это? Перелезть через нее кажется невозможным – она невероятно высокая. Ее можно разве что перелететь.

Я замечаю стаю скворцов, пролетающих у нас над головой, и слежу за тем, не исчезнут ли они, как только перелетят через стену. Но они этого не делают. Они летят дальше по небу, испещренному красными полосами.

Наша группа останавливается прямо перед аркой ворот. Король Теней и его сопровождение еще не прибыли, но это неудивительно. Без сомнения, они появятся только после захода солнца. Наши люди сразу же принимаются за работу, готовясь к встрече, ставят шатер. Как только я выхожу из кареты, меня, кряхтящую и разминающую больную спину, тут же заталкивают внутрь него.

Лирия входит следом и помогает мне снять дорожное платье, оставляя меня в одной лишь сорочке. Затем она берет меня пальцами за подбородок и поворачивает мое лицо из стороны в сторону.

– Заклинания, кажется, держатся. Ты ведь держалась подальше от воды?

– Да, – после трех дней тяжелого путешествия по пустынным дорогам я определенно об этом жалею. – Как я, по-твоему, переживу брачную ночь, если от меня будет вонять, как от немытой свиньи?

Лирия хмыкает и достает что-то из глубин своего широкого рукава. Вещица выглядит как флакон с эфирным маслом, но, когда она откручивает пробку, в мои ноздри ударяет сильный запах магии.

– Это поможет, – говорит она и обливает меня с головы до ног. Снадобье не оставляет после себя никакого запаха, скорее его внезапное отсутствие – как будто все верхние слои аромата, прилипшие к моему телу, были сняты, оставив после себя одну лишь чистоту.

– Так-то лучше, – говорит Лирия, затем принимается вытирать мои голые конечности сухой тряпкой. Делает она это грубо. Но к тому времени, когда заканчивает, моя кожа становится мягкой и сияющей в свете фонаря. Лирия помогает мне облачиться в нежно-розовое платье, расшитое тонким бисером. Его пышные рукава собраны тремя серебряными браслетами: один на предплечье, один на локте, ближе к запястью. Эффект напоминает крылья, а мягкая ткань развевается при малейшем движении.

– Зачем так заморачиваться? – спрашиваю я, пока Лирия застегивает последнее серебряное кольцо на моем левом запястье. – Традиция трольдов требует, чтобы я оставила все свои мирские пожитки и вошла в мир моего мужа только с теми подарками, которые он мне сделал, верно? Если это так, то какой смысл меня так наряжать?

Лирия фыркает:

– Ты принцесса. Ларонгар ведь не может передать тебя твоему новому хозяину в старом грязном дорожном платье, не так ли? – Она прикрепляет к моим волосам расшитую бисером вуаль, затем отступает назад, оглядывая меня. – Этого должно быть достаточно. Теперь подожди здесь. Когда трольды прибудут, они пришлют одну из своих женщин, чтобы она раздела тебя, осмотрела тело и помогла надеть одежду, которую они для тебя привезут. Я буду рядом во время всей процедуры, дабы убедиться, что все пройдет гладко. Не волнуйся – она не почувствует волшебства. Некоторые из тех рун, которые я нанесла на твое лицо, также были маскировкой для тех вонючих мифатских заклинаний.

До этого момента я никогда не рассматривала вероятность того, что вся эта уловка может быть раскрыта здесь и сейчас. Мой желудок сжимается, несмотря на заверения Лирии. Мне дают стул, чтобы сесть. И я жду.

В какой-то момент Лирия покидает меня, а Клаэрн пользуется этим моментом и проскальзывает внутрь. Он тычет пальцем в мое лицо, как будто оно принадлежит статуе, а не человеку, и злобно бормочет что-то по поводу ведьмовской магии Лирии. На этом она его и ловит по возращении, из-за чего маг съеживается, как побитая собака. Она придерживает входной полог и со всем достоинством королевы приказывает ему выйти. Клаэрн бросает на нее неодобрительный взгляд, на который Лирия отвечает жеманной улыбкой. Затем, подняв брови,