Магистр Тайной Печати - Кристиана Берестова

Высказав Лене и лейтенанту свои пожелания, я взял за руку экс-короля, коснулся знаковой цепи, опутывавшей пленников, и щелкнул пальцами.

Глава 9.

Pondemonium Potestas.

Если бы в реальном мире существовала, хоть одна подобная Башня Правосудия, гарантирую, все население планеты разгуливало бы с нимбами над головами. Я не раз бывал здесь по долгу службы, но так и не научился воспринимать эту страшную гранитную громаду, как орудие законовластия Совета Концессий.

Башня была живой. Она действительно жила своей собственной, никому неведомой жизнью. Не потому, что ее сотворили при помощи магии, а потому, что в ней не раз судили, приговаривали к смерти и заключению сильных и могущественных колдунов. В стенах Башни скопилось столько ненависти, зла, страха и отчаяния, что она обрела душу. Монументальная громадина из черного гранита научилась питаться бедой. Она жила за счет страхов своих узников. Она высасывала из них силы и души. Даже воздух здесь был насквозь пропитан ужасом. Одного взгляда на Pondemonium Potestas было достаточно, для того чтобы захотеть стать кем угодно, лишь бы никогда сюда не попадать.

Страшные лопасти стальных ворот, высотой примерно в десять метров, с ужасающим ревом разъехались в разные стороны, и нашим глазами открылся зловещий пейзаж. Мертвая, выжженная земля, обрываясь за невысокой оградой, врезалась в кроваво-багровое зарево неба. На этом невероятном, потрясающем своей ужасной красотой, фоне, красовалось архитектурное совершенство, на которое абсолютно не хотелось смотреть. Злая красота адской Башни притягивала и ужасала, хотя… и те, кто попадал сюда, были далеко не простыми смертными.

— М-да, ну и местечко, — нервно усмехнулся король, непроизвольно подернув плечами. И как бы защищаясь, скрестил на груди руки.

— Никогда не были здесь ваше величество? — Насмешливо поинтересовался я.

— Да, знаете ли, всегда был законопослушным гражданином.

Он выглядел растерянным, видимо был наслышан о Башне, но не представлял, насколько она реально ужасает, когда попадаешь сюда впервые.

— А вот и конвой, — я указал на две приближающиеся воронки смерча.

Обдав нас леденящим ветром, одна из них обхватила троицу и увлекла за собой в зловещую Башню. Вторая приняла очертания демона-надзирателя. "Следуйте за мной", — долбанула мне в голову чужая, четко оформленная мысль. Я обреченно вздохнул и, предложил королю опираться на мою руку. Ему действительно было не по себе, поэтому он, поёжившись, оперся на мою руку, и мы двинулись к Башне.

Пришли мы в себя только в фойе у жарко горевшего камина, когда вампир-надзиратель вложил в наши ладони по бокалу коньяка.

— Кристиан, вы же здесь не впервой, пора бы привыкнуть.

На лице надзирателя светилась незлая, дружеская насмешка. Ага, значит, мой пульс опять учащен. Дьявольщина! Совсем забыл снизить температуру тела, а вампиры лучше любого тонометра скажут вам и пульс и давление. Этот надзиратель был мне хорошо знаком. Его звали Марк, и он был неплохим, в сущности, парнем, если судить по человеческим меркам. Его не портила даже работа в этом проклятом месте. Он был здесь единственным существом из плоти и крови, умудрившимся не обозлиться и не деградировать, работая с таким контингентом преступников.

— Самаэль здесь, — он заговорщицки подмигнул мне. — Тебя спрашивал. Сейчас они там с судьей в бильярд режутся. Велел доложить, когда ты тут появишься. Сегодня здесь такое начнется!

Он восторженно вскинул брови и многозначительно завращал глазами, потом два раза втянув ноздрями воздух, с любопытством уставился на короля.

— А вы, мэтр Волконский, к нам какими судьбами? Мятеж в государстве?

— Вы правы, Марк, — сдержано ответил король, — это так. Добавил вам немного работы.

— Ну что вы, пустяки, — глаза вампира невольно сверкнули, и я увидел, что они смотрят друг на друга, как два давних противника. Не врага, а именно противника. Только этого сейчас и не доставало, я был вынужден вмешаться и прервать их зарождающуюся стычку.

— Марк, среди арестованных была рыжеволосая девушка, где она сейчас?

Два взгляда, лязгнув как шпаги, разомкнулись и обратились ко мне.

— Она в КПЗ. Вы, что близко знакомы? Да не волнуйся, с ней все в порядке, что мы звери что ли? — С этими словами Марк сверкнул глазами в сторону короля.

— Камера чистая, будуарного типа. Пастель мягкая, белье свежее. В КПЗ у нас все камеры уютные, чтобы преступникам было потом, с чем сравнивать, — он нехорошо усмехнулся. — Купаем их в роскоши напоследок. Хотя, к твоей рыженькой, это вряд ли относится. С ней все в порядке.

— Проводи меня к ней. — Попросил я.

— Как скажешь, но вообще-то она без сознания.

И отвечая на мой встревоженный взгляд, повторил.

— Все с ней в порядке. Такое бывает при обращении. Верно мэтр Волконский?

Король хмуро кивнул. Марк добродушно усмехнулся.

— Вот видишь, такое бывает. Давай, расслабься, зацени мой коньячок, и я тебя к ней провожу.

Жюслен Монтэр.

Марк говорил правду. Камера, в которую поместили Алису, меньше всего, напоминала камеру. Классический английский стиль убранства не блистал излишней роскошью, однако не каждый дорогой отель в реальном мире мог потягаться с камерой красотой и четкостью стилевых композиций.

Самым ярким пятном в комнате была кровать с атласным балдахином. Алиса лежала четко по центру и все еще была без сознания. Я заглянул в ее лицо, на нем застыло выражение тревоги и отчаяния. Ее организм бросил все ресурсы на борьбу с неизвестным вирусом, и иммунитет сопротивлялся, выжимая из хрупкого тела все возможные силы. Где-то глубоко в подсознании билась мысль, что бой уже проигран, но кровяные тельца ни на миг не прекращали дробить чужеродные частицы всепожирающего монстра. Я ничем не мог ей помочь, но мне нужна была ее память. Я сел рядом с ней на край кровати и положил руку ей на лоб…

Меня бросило в жар, по коже побежали мурашки озноба, и я увидел события ее глазами.

Весенняя тайга, подсвеченная ласковым утренним солнцем. Алиса одна, растерянна и напугана. Из-за деревьев выходит Даниэль. Он облачен в королевский охотничий костюм, поверх которого надета длинная норковая безрукавка, свободно спадающая до сапог. Его белые волосы собранны в хвост, а на лице холодное любопытство. Алиса стоит босиком на холодной, влажной от росы земле, зябко обнимая себя за голые плечи. На ней все та же сорочка, в которой ее выкрали из моего дома. Монтэр медленно подходит к ней, наслаждаясь ее беспомощностью и страхом. Неожиданно он выбрасывает руку вперед и разрывает тонкий шелк на ее груди. Алиса вскрикивает, и Монтэр подхватывает ее на руки. Потом темнота. Она потеряла сознание.