Драконы космического флота - Татьяна Михаль

— Я стану для тебя, каким пожелаешь, — произносит он на полном серьёзе, и нежно проводит большим пальцем по моему подбородку.

— Будь собой, Рикард, — прошу его тоже на полном серьёзе. — Не нужно ломать себя под меня. Притираться мы всё равно будем, в каких-то вещах уступать, в каких-то нет, но ломаться, крошить себя и свою личность – нет. И давай об этом договоримся прямо здесь и сейчас.

Его губы растягиваются в счастливой улыбке.

— Я не ошибся в тебе. Ты действительно идеальная женщина. Мне повезло…

Я закатываю глаза и тихо смеюсь, потом говорю:

— Умоляю, только не нужно из меня творить божество. Я самая обыкновенная земная женщина. И поверь, у меня очень много недостатков. Просто ты их ещё не видел.

— Какая же ты обыкновенная? — смеётся он. — Ты – чудо для меня. Просто поверь мне.

Вздыхаю и киваю. Ну, раз чудо, значит, чудо. От слова «чудовище».

Провожу ладошками по его груди, затянутой в умопомрачительный китель и вдруг представляю, как я буду сегодня этот самый китель снимать с мужчины… Ммм… Точно, чудо.

Невольно издаю стон и тут же прикусываю нижнюю губу.

— Арианна? — он улавливает моё настроение и кладёт руки мне на талию, притягивает к себе.

— Я представила, как буду тебя раздевать, — признаюсь дракону. И его взгляд мгновенно темнеет, дыхание меняется, и тело реагирует на мою фантазию соответствующим образом.

Тело мгновенно плавится, желание пробегает разрядом молнии. Я запускаю пальцы в его волосы, тяну, заставляя склониться ещё ближе и целую. Целую сначала яростно, а после очень нежно…

Ох, что же я творю? Как озабоченная идиотка, честное слово. Нужно срочно собирать мозги в рабочее состояние. Кисель вместо мозга у доктора на космическом корабле – не к добру.

Выдыхаю с лёгким смехом и прячу лицо на груди дракона.

Некоторое время стоим вот так, обнимаемся и хорошо-о-о-о, легко…

Что меня радует и восхищает, адмирал не говорит, мол, давай, бросай все свои дела и помчались обратно в каюту. И не пытается меня разложить прямо здесь, например на столе.

Нет, Рикард берёт себя в руки и отпускает меня. Мне холодно без его объятий, но успокаиваю себя мыслью, что вечером мы наверстаем своё.

Отчётливо по лицу адмирала вижу, что ему оторваться от меня сродни мукам.

Интересно, со временем будет так, что его и мои нервы перестанут крошиться от одной мысли друг о друге? Надеюсь, что всё останется также ярко.

— Что ж, моя душа, я с огромным нетерпением буду ждать окончания этого дня.

«Моя душа».

От его тона и от его слов у меня за спиной крылья вырастают.

Надо же, всего два слова, а я уже окрылённая. Стою, улыбаюсь, точно блаженная и забываю обо всём, о чём хотела его спросить. Например, о правах и обязанностях…

Адмирал оставляет на моём лбу целомудренный поцелуй и уходит. А я некоторое время стою и продолжаю улыбаться.

Затем встряхиваю головой и принимаюсь за работу.

Пора проверить пациентов и некоторых уже стоит вывести из стазиса.

Упаковываюсь в стерильный медицинский костюм. Вхожу в операционную, и все мысли вместе с телом тут же переходят на рабочий режим.

Всё-таки понятие и осознание высшего долга у меня в крови. От матери и отца.

Глава 26

⅏

⸎ АРИАННА ⸎

Проверяю сначала соута. Несмотря на самые незначительные повреждения – небольшое сотрясение, переломы рук и множественные гематомы, соуту из-за своей расовой особенности требуется значительно больше времени на полное восстановление, чем другим расам.

Проверяю внутривенное питание и удовлетворённо киваю. Соут восстанавливается согласно своим физиологическим данным и даже сверхмощные автодоки драконов не могут сильно ускорить этот процесс.

Что ж, значит, полежит ещё. Сутки так уж точно. А там посмотрим.

Перехожу к своему земляку – Александру Грею.

Открываю капсулу и проверяю пациента.

Так, этого смело можно будить.

Рана от осколка полностью затянулась. И даже сильно заметного шрама не останется. Так, лёгкая белая полоска, едва заметная.

Улыбаюсь и радуюсь, что благодаря своим знаниям, опыту, а ещё нанитам и драконовой технике я оставила леди Смерть без добычи.

Отключаю мужчину от аппаратуры и ввожу восстанавливающий и пробуждающий препарат.

Александр делает глубокий вдох. Его грудь поднимается. На длинном выдохе он открывает глаза. Тут же хмурится. Взгляд бессмысленно и непонимающе бегает по помещению.

— Дезориентация, лёгкая спутанность сознания и страх – нормальны при выходе из стазиса, — произношу очень мягким, успокаивающим тоном.

Он хмурится сильнее и открывает рот, явно собираясь что-то сказать. Но не говорит и закрывает. Вдруг порывается подняться и вскочить на ноги.

— Э-э-э не-э-эт, — властно произношу я и прижимаю мужчину локтями. Но он силён, зараза.

— Пусти-и-и! — рычит он и начинает судорожно дышать, дёргать ногами, руками. Судя по всему, его накрывает паническая атака. А ещё взгляд до сих пор полон безумного страха и непонимания.

— Шшш… — успокаиваю мужчину, крепко беру его лицо в ладони, наклоняюсь близко и, глядя в его широко распахнутые глаза, произношу: — Всё в порядке, Александр. Вы на корабле драконов. Я – Арианна Мэй, хирург. Помните? Мы вас вытащили с того корабля. Вы были ранены и находились в лечебной капсуле. Сейчас вы полностью здоровы.

На лбу Александра пролегает задумчивая морщина, он прекращает дёргаться, дышит уже более спокойно и во взгляде проявляется узнавание.

— Арианна? Мэй? — хрипло повторяет мужчина.

Я улыбаюсь ему и киваю.

— Она самая. Только пока не вставайте.

Убираю от него руки и снова проверяю все показатели. Немного повысилось давление. Но это нормально. Испугался, переволновался. Всегда так после стазиса, когда пациент перед лечением испытал сильнейший стресс.

— Придите в чувство, вспомните всё, что было. Задайте мне вопросы, если хотите. Почувствуйте своё тело, попробуйте на бок повернуться, ноги и руки сгибайте. Понятно?

— Извините, доктор… Я не сразу вспомнил и понял, где я… — виновато произносит Александр и сгибает ноги в коленях. Сцепляет руки в замок и крутит ими, разминая. Приходит в себя окончательно.

— Всё нормально, — хмыкаю я и перехожу к другому пациенту.

— Как Марк? Его рука? — спрашивает Алекс.

— Рука у него теперь есть, — отвечаю ему. — Жить однозначно будет, но думаю, ему понадобится помощь психолога. Утрата конечности, даже пальца