Магическая Академия: выжить без дара, но с метлой - Анна Ланц

вся Академия видела, что вы тесно общаетесь. И вот теперь представь такой трагичный исход. Они обе влюбились в тебя. А ты предпочел вот эту, – Корнелиус ткнул в меня пальцем. – Или вот ту. – Он перевел указательный палец на Ханну. – Неважно. И тогда одна из них убила сначала тебя, а потом и соперницу из ревности. И покончила с собой. Как трагично. Вся империя будет рыдать. Какая судьба. Любовный треугольник. А, может, безответная любовь. Детали я еще не придумал. Но поверь мне, Рейн, история выйдет душещипательной.

На меня накатила волна страха, парализовавшая все тело. Каждое слово, произнесенное этим саркастичным тоном, было словно лезвие.

Осознание, что император – хладнокровный тиран, не заставило себя ждать. Он убьет нас всех. Без жалости и сожаления. Без малейших сомнений. Его холодные глаза не выражали ничего человеческого.

В ушах гудело, ладошки стали потными. Сердце билось с такой силой, что казалось, вот-вот вырвется наружу.

Мы – глупые мыши, которые сами залезли в смертельную мышеловку.

– Ладно, я готов уехать из Империи. Навсегда. Девочек заберу с собой. – Глухо произнес Рейн. Я отчетливо расслышала боль в его голосе.

– Поздно, сынок, – хохотнул отец. – У тебя была такая возможность. Но я же сказал, ты наивен. Ты пришел сюда, и теперь дороги назад нет.

«Бежать, – стучало в голове. – Нужно бежать из этого страшного места».

Парализованная страхом, я не сразу вспомнила, что владею уникальным даром перемещения. А когда осознание пришло, рывком схватила Ханну и Рейна за руки.

Привычно зажмурила глаза и представила наше убежище в Академии. Это первое, что пришло в голову. Куда угодно, лишь бы подальше отсюда. Добавила желание там оказаться. Искреннее. Невероятно сильное.

Туда! Нужно срочно назад. Нам всем.

Я ждала, что воздух привычно начнет густеть. Только вот мгновения шли, а ничего не происходило. Я попробовала еще раз и еще.

Пока громкий нахальный смех не заставил меня распахнуть полные ужаса глаза.

Глава 24

– Взываешь к уникальному дару? – Корнелиус подошел ближе, заглядывая мне в глаза.

Скованная животным ужасом, я не смогла даже кивнуть. Застыла, словно загнанный зверь. Но он и не ждал моего ответа. Он все знал.

– Зря стараешься. Сегодня во всем дворце обновили заклинания. Твой дар не сработает. Возможно, тебя утешит, что тебя мне будет убивать жальче всех. Такая сила пропадает.

– Откуда вы узнали? – одними губами произнесла я.

– И вот опять эта наивность. Детки, вы что решили, что умнее всех? Тониуз сразу доложил, что в его Академии появилась девчонка с подобной уникальной силой, да еще и подруга моего сына по совместительству.

– Вот мерзавец…

– Ты права. Мерзавец. Свой-то дар он себе позаимствовал, чтобы казаться могущественней.

– Вы и это знали? – тихо прошептала я.

– Я знаю все, что творится в моей Империи. – Корнелиус навис надо мной словно ястреб, смакуя мое смятение. – И если кто-то играет тут в свои игры, то все происходит с моего позволения. Это моя страна, и я не собираюсь ей ни с кем делиться. – Он снова перевел свой тяжелый взгляд на Рейна. – Надеюсь, ты извлек урок, сын. Жаль, что он предсмертный.

Я увидела бледное лицо друга. Глаза, которые еще недавно светились уверенностью, потускнели. Рейн до последнего верил в своего отца, в человека, который воспитал его. Но как оказалось жестокость императора не знала границ. Ему было все равно, что перед ним его единственный наследник. Его сын.

– Магические оковы, – бросил Корнелиус. И я почувствовала, как мои друзья, которых я все еще держала за руки, вздрогнули.

Один из стражников, до этого безмолвно стоящий в углу, подошел к нам. И в то же мгновение я почувствовала холод, коснувшийся моих запястий. Визуально ничего не поменялось. Но на руках появилась странная тяжесть.

По выражению лиц друзей, с ужасом смотрящих на свои запястья, поняла, что они видят больше, чем я. Скорее всего, чужую магию, которая оплела их руки.

– Зачем это? – сухо спросил Рейн, поднимая глаза на отца. В них плескалось столько непонимания и глухого отчаяния, что мое сердце сжалось от жалости к другу.

– Двойная защита, – небрежно бросил Корнелиус. – Замок, конечно, защищен. Но с магическими оковами вы не сможете делать плетения. Перестраховался, на всякий случай. – Он мерзко хмыкнул. А потом устало вздохнул и потер виски, словно наше общество очень его утомило. – В тюрьму их. – Приказал император. – Скоро решу, что с ними делать. Пусть посидят пока там.

И снова нас повели через бесконечные коридоры замка. Мы спустились в его самую нижнюю часть – в подземную тюрьму. Она встретила нас запахом гнили и угнетающей тишиной, нарушаемой лишь звуками капающей воды. Каменная кладка, покрытая вековой плесенью, словно впитала в себя страдания прошлых узников, а пол казался ледяным даже сквозь подошву ботинок. Узкие решетки едва пропускали свет, отбрасывая мрачные тени.

За нами с пронзительным скрипом захлопнулась дверь. Лязгнул замок.

Я поежилась, радуясь, что на мне и моих друзьях были плащи. В таком холоде без них мы бы долго не протянули.

Какое-то время все стояли в полной тишине, осматривая помещение с двумя прогнившими низкими лавками и ржавым ведром, должно быть, служившим туалетом.

Первым подал голос Рейн.

– Простите. Это все моя вина.

Ханна всхлипнула и бросилась к нему в объятия. Руки принца ласково гладили спину подруги, пока ее плечи сотрясались в беззвучных рыданиях.

Следующие дни показались вечностью. Время словно застыло. И каждая минута была похожа на предыдущую. Холод, тьма и гнетущее молчание.

Друзья были рядом, но говорить было не о чем. Слова не приносили утешения. Каждый понимал, что впереди нас ждет смерть. Осталось лишь ее тягучее ожидание.

Несколько раз я проваливалась в тревожный сон, но быстро выныривала из него. Кошмары, приходящие в нем, были не лучше реальности.

Сложно было понять который час. Лишь капли воды, падающие с потолка, отсчитывали наше время. Но сколько его еще осталось?

Пару раз нам приносили еду. Она больше походила на издевательство. Черствый хлеб и затхлая каша в общей миске. Я заставила себя и друзей съесть немного. Силы нам еще понадобятся.

Я снова провалилась в дрему. В этот раз мне снился Арчи, и я не стала прогонять его образ. Как бы ни ненавидела этого сноба, но в последний раз взглянуть на его смазливое лицо было приятно.

Во сне красавчик на что-то злился, я не могла разобрать слов, но слышала гневные нотки в его тоне. Мое воображение отчетливо нарисовало его надменные глаза и приподнятую бровь.

Я улыбнулась.

«Хорош зараза. Хоть