Магическая Академия: выжить без дара, но с метлой - Анна Ланц

два очередных помещения с хламом не засияли чистотой и свежестью. Руки работали механически, а с каждым чистым участком на душе становилось светлее.

Закончив, я отнесла инвентарь на место, устало сполоснула лицо холодной водой и вернулась к тому, что планировала сделать еще с самого утра.

Глава 22

Я достала листы бумаги, на которых волны продолжали неспешно двигаться. Внимательно изучила изображение пещеры, тщательно запоминая каждую деталь.

Прикрыла глаза и постаралась воспроизвести увиденное внутренним взором. Привычно добавила желание оказаться там. Рядом с таинственным дневником.

Я сомневалась, что у меня получится. Ведь раньше я переносилась только в места, где бывала лично.

Но воздух привычно начал густеть. И я удовлетворенно расслабилась, позволяя магии подхватить мое тело и переместить.

Глаза еще были закрыты, но я уже знала, что оказалась там, где надо. Носа коснулся запах моря. Свежий, с нотками соли и водорослей.

Я распахнула глаза и испуганно отшатнулась назад. Я оказалась на самом краю пещеры, так близко к обрыву, что кончики моих пальцев свисали над бездной.

Сердце испуганно забилось в груди. Я нервно огляделась, чтобы убедиться, что меня не ждут другие неприятные сюрпризы.

Грубые каменные стены, покрытые мхом, уходили вглубь, где исчезали во мгле. Пещера оказалась неширокой. Если вытянуть руки в стороны, я могла бы коснуться обеих стен одновременно.

Где-то внизу волны с глухим ревом разбивались о скалы, редкие брызги долетали до пещеры и оседали на каменном полу белыми пятнами.

Осмотревшись, я успокоилась. В этом месте была какая-то особая чарующая атмосфера.

Дневника же нигде не было видно. Осторожно, одной рукой придерживаясь стены, я двинулась вглубь.

Будь я обученной магичкой, я бы могла сплести себе какое-нибудь освещение. Но оставалось полагаться лишь на свое острое зрение. Глаза довольно скоро привыкли, и я смогла рассмотреть внушительного вида тетрадь, лежащею недалеко от меня, на каменном выступе.

Я подняла ее и, не удержавшись, пролистала. Сотни страниц были исписаны мелким убористым подчерком.

Я вышла к свету, уселась на мягкий мох, привалившись спиной к стене, и открыв первую попавшуюся страницу, погрузилась в чтение.

«Сегодня я снова пережил этот момент – перемещение в другой мир. Каждый раз, когда я переношусь за границу моей реальности, меня охватывает восторг.

В этот раз я очутился на берегу океана лилового цвета. Я никогда и нигде не видел ничего подобного. Песок под ногами был необычный, небесно-голубой с редкими розовыми вкраплениями. Людей я не встретил. Возможно, в этом мире их просто нет…»

Я перелистнула пару десятков листов и пробежала глазами по очередной странице.

«Каждый новый мир, как подарок, который разворачиваешь с трепетом. Но этот оказался самым необыкновенным. Он принес мне не только новые знания, но и новые знакомства. Я подружился с девушкой с невероятным именем Надежда…»

Я с жадностью без капли лишнего смущения, читала историю знакомства моих родителей. То, что я уже слышала ее от мамы, не делало ее менее интересной.

«Я стану отцом. Признаться честно, я никогда не задумывался о семье. Ведь у меня есть гораздо больше – целая вселенная. Но Надежде нужен этот ребенок. Он обязательно станет ее персональной вселенной. Тогда, возможно, она простит мне то, что я появляюсь все реже. Земля – чудесное место. Но есть еще столько других: неизведанных, непознанных. Я не могу прекратить их изучение ради семьи. Пусть я и люблю моих девочек больше всех на свете».

На несколько мгновений я прикрыла глаза, чтобы осмыслить прочитанное. А потом снова вернулась к ровному убористому подчерку, бегло прочитывала страницу за страницей, проживая путешествия вместе с моим отцом.

«Знания, полученные в Алабии, не дают мне покоя. Их система магии поразительна. Никаких плетений, лишь символы. Они удерживают силу гораздо лучше, их сложнее разрушить».

«Я решил воспользоваться алавийским символом, чтобы заблокировать магию в Марине. Конечно, маловероятно, что когда-то она обнаружит ее в себе. Но все равно такая возможность существует. Некоторые земные места силы поистине волшебны. Там магия струится и светится даже ярче, чем в моем мире. Если моя дочь окажется в одном из них, она может испугаться, обнаружив ее. Одна случайная ошибка, и Марина может нанести вред себе или окружающим. Я принимаю это решение из страха за судьбу своей дочери и от любви к ней. Это мой отцовский долг».

Я снова прервала чтение и разочарованно всхлипнула. Отцовский долг? Я думала, он заключается в том, чтобы быть рядом, иногда выслушать, пожалеть, когда плохо, поддержать, когда хорошо. Купить платье на выпускной, в конце концов!

Но для моего папы отцовский долг заключался лишь в том, чтобы поставить на мне клеймо, окончательно разрывающее связь между мной и этим миром.

Несколько минут я боролась с негативными эмоциями, охватившими меня, а потом снова вернулась к дневнику.

Каждая страница подтверждала, что отец был одержим своим даром. Ни смертельные ранения, ни укусы ядовитых неизвестных иномирных насекомых, ни тюрьмы других стран – не могли остудить его пыл.

Дневник заканчивался внезапно. Словно отец отправился в очередное далекое путешествие и не вернулся. Должно быть, нашелся мир, который все же поглотил его.

Солнце уже почти скрылось за горизонтом, последними лучами раскрашивая море в желто-оранжевые тона. Это было невероятно красиво.

Наверно, я даже понимала, почему из всех прекрасных мест всех миров, он выбрал это. Именно сюда он регулярно возвращался и записывал истории из своих путешествий, глядя на этот невероятный вид.

Я поднялась, размяла затекшие ноги, готовясь к переходу в Академию.

Дневник я забирать не стала, оставив его там же, где взяла. Кто знает, вдруг его владелец когда-нибудь вернется за ним.

А вот Тониуз не имел к нему никакого отношения. Но поговорить с ректором я все же собиралась. Он обманул меня… Да и не только меня. И я должна выяснить почему.

На следующее утро, наспех позавтракав, я сразу направилась к Тониузу. Он был уже на месте и охотно принял меня.

– Мари, проходи! Рад тебя видеть, – проговорил он, нацепив слащавую улыбочку. Его глаза нетерпеливо вглядывались мне в лицо, он явно хотел знать, удалось ли мне раздобыть дневник.

– Светлого утра, – я уселась в кресло для посетителей позади его стола, закинув ногу на ногу.

– Как твои успехи? – карандаш, который ректор крутил в руках, выдавал его волнение. – Удалось найти дневник?

– Сразу к делу? Ну что ж, так даже лучше. Нашла.

– И? – Тониуз заерзал. – Где он?

– Там же, где и был. Я не посчитала нужным принести его. Ведь дневник вашего друга Пауля не