Темный пришелец - Диана Галлахер

Рита зашевелилась и застонала от боли. Норий тут же отвернулась от приборов и приложила подрагивающую руку к горячей щеке раненой бей. В ответ на прикосновение бледные веки приоткрылись и показались блестящие расширенные зрачки. Улыбнувшись одними уголками рта, биолог прошептала имя врача и закашлялась.

— Спокойно. Не надо ничего говорить. — Взяв руку Риты, Норий села рядом с ней на круглый стул. — Побереги свои силы. — При виде неподвижного лица Риты сердце у нее сжалось, и она с трудом подавила крик отчаяния, рвущийся наружу.

Рита умирала, а она могла только ждать, когда смерть избавит ее от мучений.

Тонкие безвольные пальцы ухватились за руку Норий, и Рита прохрипела:

— Стоша. Он… — Слова биолога смешались со свистом и шипением, но врач поняла, что она хотела сказать.

— Да, — ответила Норий быстро, чтобы успокоить ее. — Стоша взял Вита и Чиуна, и они вместе изучают программу в лаборатории.

Еле заметно кивнув, Рита, похоже, расслабилась, и Норий вздохнула.

Когда Рита в первый раз пришла в себя после нападения Лиш час назад, она не переставала бормотать что-то о машине инопланетян, которая могла спасти ей жизнь, и затихла только тогда, когда Стоша пообещал ей немедленно отправиться на нижние этажи и исследовать данные, заложенные в память компьютера. С тех пор биолог теряла сознание и вновь приходила в себя, до последней минуты не произнося ни слова. Норий не сводила глаз с двери, удивляясь, куда подевался Стоша. Рита держалась исключительно благодаря вере в таинственную машину. И хотя Норий отчаянно желала, чтобы такая чудо-машина на самом деле существовала, она считала, что ее просто-напросто нет и в помине. Во время своего пребывания на станции медтех изучила всю информацию, относящуюся к сфере медицины. Норий была поражена знаниями людей в этой области. Многие дисциплины и процедуры выходили далеко за пределы медицинского опыта беев.

Инопланетяне были более повержены болезням и физическим недугам, чем беи, что объясняло детальность и тщательность их записей, так как в этом заключалась попытка найти способы лечить различные заболевания. Норий не сомневалась, что где-то в банках данных компьютеров было подробное описание операции, которая могла бы вернуть Риту к жизни… если бы только она располагала временем, чтобы найти, изучить и сделать все необходимое с учетом особенностей беев.

«Но у меня нет времени», — подумала Норий с раздражением и сожалением. К тому же она нигде не встречала упоминаний о волшебной машине, способной восстановить функции израненного сердца.

— Норий, — сиплым голосом позвала Рита.

Наклонившись к ней, медтех свободной рукой отбросила с ее лица пряди спутанных волос.

— Я здесь, Рита. Рядом.

Кивнув, Рита начала кашлять.

— Позволь мне дать тебе болеутоляющее.

У Норий сердце разрывалось при виде мучений Риты, но та упорно отказывалась принимать какие-либо лекарства.

— Нет… не могу рисковать… — Рита повернула к Норий голову и улыбнулась вымученной улыбкой, пытаясь подбодрить своего друга.

Норий улыбнулась в ответ, но внутри у нее все кипело. Привязанность Риты к банку зигот давным-давно переросла обыкновенное научное любопытство. Убежденная в жизнеспособности клеток, она назначила себя их защитницей и покровительницей. Она отдала свою жизнь, чтобы спасти Луна Бейз и зиготы от Лиш, и теперь, цепляясь за веру в технику джегда тогм, терпела ненужные мучения. Боясь, что лекарства беев помешают нормальной работе машины инопланетян, Рита не разрешала Норий облегчить боль, которая была больше, чем Норий могла себе представить. Но Рита не оставила ей другого выбора. Врач была обязана исполнить желание умирающего друга.

— Скажи Таглу… — Рита стала ловить воздух ртом, глазами моля Норий выслушать ее.

Зная, что каждое слово стоило ей огромных усилий, Норий попыталась успокоить ее, чтобы она замолчала, и опять Рита отказалась повиноваться.

— Скажи Таглу… земляне — здесь. — Лицо Риты исказилось, по телу пробежала судорога, но она продолжала: — Они — здесь… и они — живы…

— Да. — Норий все острее чувствовала свою беспомощность и отчаяние, думая о том, что даже на пороге смерти Рита по-прежнему боролась за зиготы. — Тагл знает, Рита. Он знает.

— Нет… терминал…

Беспокойство и раздражение отразились на лице биолога. Она вскрикнула, закрыв глаза, и сильнее сжала руку Норий. Когда она заговорила, Норий пришлось наклониться к ее рту, чтобы расслышать тихие слова:

— Я хочу… увидеть их. Я не хочу умирать… не сейчас…

— Знаю, — прошептала Норий на ухо Рите, не сумев скрыть дрожи в своем голосе. — Знаю.

— Да, конечно, ты знаешь… мой друг. — Черный туман начал заволакивать сознание Риты. Она захрипела, вздохнула и, произнеся «Мой венья-агн друг», впала в беспамятство.

Отпустив пальцы Риты, Норий резко выпрямилась и окаменела. Совершенно машинально она отметила про себя, что биолог все еще дышала, но мозг ее отключился от окружающего мира. Медтех сидела не шевелясь и смотрела на мертвенно-бледное лицо Риты, не видя его.

Когда Стоша вбежал в комнату несколькими минутами позже и позвал ее, Норий услышала его голос, но проигнорировала его. Для нее это был просто звук, отдаленный и бессмысленный. На нее нашло затмение, и она перестала воспринимать реальность.

— Норий? — сказал Стоша тихо.

— Что это с ней? — спросили Вит и Чиун с беспокойством.

— Не знаю. — Стоша дотронулся до ее плеча. — Норий.

Звук и прикосновение не имели никакого значения для Норий сейчас, когда дымка, окутывающая ее сознание, не давала ей осознать горькую правду. В течение долгого времени она на подсознательном уровне знала об изменениях в образе своих мыслей и поведения, но инстинкт самосохранения препятствовал проникновению этого знания в ее сознание. Статус венья-агна влиял на ее физическое и психическое бытие, но преобразования проходили для нее незаметно. Но теперь, когда ее неожиданно схватили за плечи и встряхнули, затем ударили по лицу, защитные барьеры рухнули, и правда наконец дошла до ее сознания. Она завопила.

— Норий! — Стоша отвесил ей вторую оплеуху и сжал ее пальцы, чтобы она не разодрала себе лицо в клочья. — Прекрати, Норий! Прекрати!

Норий затихла. Тяжело дыша, медтех моргнула и посмотрела на Стошу мутными глазами. За его спиной она смутно различала застывшие лица Вита и Чиуна. Внезапно у нее началась сильнейшая дрожь.

Положив руку на нос и губы медтеха, Стоша подождал, пока она успокоилась, потом освободил ее и спросил взволнованно:

— Что случилось? Что с тобой?

— Рита… — У Норий перехватило дыхание, и она не закончила.

Вит в панике обернулся к Рите.

— Она жива, — сказал он.

Сосредоточившись на Стоше, Норий произнесла вслух страшную правду:

— Венья-агн.

Стоша слегка отпрянул назад, помедлил, потом улыбнулся и крепко обнял Норий.

— Всему свое время.

Ошеломленная и потрясенная, Норий с радостью приняла ласку и тепло рук Стоши, но через несколько секунд она вздрогнула и оттолкнула его.

— Я имела в виду себя, Стоша. Я — венья-агн! — прозвенел ее голос, и она осеклась. Осознав, что она поведала им свою ужасную тайну, что теперь ей никогда не добиться уважения дю-агн общества, Норий вскочила на ноги и рванулась к двери.

Чиун подпрыгнул и поймал ее. Норий забилась в его мощных руках, пытаясь освободиться. Стоша поспешил на помощь пилоту, и вдвоем они потащили Норий к креслу, усадили и удерживали до тех пор, пока она не уступила их силе и не перестала драться.

Чиун и Вит сели подле пораженной медтеха, а Стоша встал перед ней на колени и стал успокаивать ее:

— Мы уже знаем это, Норий. Знаем, — сказал он тихим, ровным голосом.

Норий тупо смотрела на него несколько минут, потом взглянула на двух техников. Вит и Чиун обменялись понимающими взглядами и кивнули. Выражение их лиц было мрачным, но в глазах ясно читалась симпатия и сочувствие. Медтех затрясла головой и, завизжав, забарабанила кулаками в грудь Стоши.

— Нет! Нет!

Геолог схватил ее за запястья и заставил ее посмотреть на него.

— Норий! Прекрати! Все в порядке!

Обессилев, Норий замерла, и Стоша опустил руки. Зажав уши ладонями, она стала раскачиваться из стороны в сторону, причитая:

— Этого не может быть. Венья-агн. Как могло произойти такое?

Проведя рукой по голове, Стоша вздохнул и теперь приготовился терпеливо ждать, когда Норий затихнет. Наконец он заговорил низким и невыразительным голосом, утешая ее:

— Я не знаю, как это происходит, Норий, но быть венья-агном не так плохо, как тебе кажется. Ты долгое время была венья-агном. Ты просто не подозревала о своем измененном статусе… на сознательном уровне. Но я могу сказать тебе кое-что наверняка. Ты венья-агн, и это дает тебе несравненно больше преимуществ, чем твоя прежняя жизнь как дю-агна. Несравненно больше.