Темный пришелец - Диана Галлахер

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

— Ты делаешь большие успехи, Гейн, — сказал Тагл, глядя на расчеты количества потребляемого топлива на следующие десять лет. Несмотря на кризис дю-агнов, их станция работала с опережением графика.

Гейн, не произнося ни слова, болтался где-то за спиной Тагла, потом медленно развернулся и, оттолкнувшись от каната, подплыл к огромному экрану у противоположной стены.

Тагл с беспокойством наблюдал за его передвижениями.

Лениво приподняв руку, геолог зацепился за веревку и уставился на огромную яркую планету, зачарованный этим зрелищем.

— Юпитер.

Чужое слово прозвучало так тихо, что Тагл едва его расслышал. Штагн-джий подошел к Гейну.

Экран занимал треть поверхности стены, и Таглу казалось, что он смотрел не на проекцию, а прямо в открытый космос. Его внимание привлекал газовый гигант, окруженный туманом, Чай-те 5, известный древним землянам как Юпитер.

Единственным указанием на то, что станция беев вращалась в его плотной, насыщенной водородом атмосфере, являлись разряды электричества, которые фиксировались приборами в центре управления. Заправочная платформа действовала уже более двадцати лет и поглотила лишь каплю водородно-гелиевой смеси, но и этого было вполне достаточно для того, чтобы топливные баки никогда не пустовали.

Команда Верды почти завершила исследование нескольких крупных астероидов недалеко от «Дан тални». Они оценили запасы полезных ископаемых и скоро приступят к строительству простейших горнодобывающих установок и заводов по переработке руды. После прибытия основного корабля колонизаторов будут развернуты широкомасштабные индустриальные работы, и через семьдесят пять лет Хасу-дин начнет принимать первые межзвездные грузы.

«Если корабль прилетит», — подумал Тагл мрачно. Он украдкой взглянул на Гейна и нахмурился. Инженер стоял безучастный ко всему, с отсутствующим взором. Дю-агн. Тагл пристально наблюдал за Гейном с тех пор, как вернулся на станцию, и не заметил никаких признаков пробуждения венья-агна.

Медленно повернувшись, Гейн устремился к компьютерам. Остановившись около одного из них, он мельком просмотрел данные, бегущие по экрану, замер на пару секунд и переместился к другому монитору. Закончив проверку, инженер обернулся к штагну-джию и произнес без выражения:

— Все в порядке, Тагл.

Штагн передвинулся ближе к компьютерам. Гейн упорно избегал прямо смотреть на Тагла. Поняв, что инженер впал в депрессию, Тагл не стал надоедать ему с разговорами. Ему хватало своих собственных забот.

Пошел двенадцатый день из отпущенных им для принятия сигнала сорока дополнительных суток. Однако с Хасу-дин не поступало никаких сообщений.

Обойдя Гейна, Тагл проскользнул в люк, не переставая размышлять над последними событиями. Гейн ди эта, проверенный венья-агн, погрузился в забвение. У всех дю-агнов появились похожие симптомы. Упадническое настроение завладело членами команды несмотря на то, что истекла лишь половина отмеренного им для получения послания с Хасу-дин срока. В такой ситуации нельзя было обойтись без консультации с Бьером. К тому же в то время, как остальные искали уединения и сторонились друг друга, Бьер был единственным, с кем Тагл мог поговорить.

Над люком загорелась желтая лампа, и Тагл перешагнул порог.

На станции работали восемь беев, но никого из них не было слышно или видно.

Тишина угнетающе действовала на Тагла. Безмолвие добровольной смерти было страшнее не нарушаемого ничем покоя давным-давно покинутых помещений Луна Бейз.

Он замедлил шаги и, прислонившись к стене, прислушался.

Ничего. Ни звука. Было не просто тихо. Стояла мертвая тишина. Даже клацанье машин казалось каким-то приглушенным. Все потихоньку затихало на станции, которой правила смерть.

Тагл прикрыл глаза и попытался вспомнить вечно живой запах, витавший на базе землян на Луне. Не раз он бродил по Луна Бейз, не зная инопланетян, но ощущая их нежелание сдаваться перед лицом неизбежного. Как будто часть их жизненной силы навсегда осталась на заброшенной станции. И теперь, когда Тагл старался вспомнить, он чувствовал, что их незримое присутствие требовало его внимания.

«Странно», — подумал штагн. Этот сильный запах не тревожил его в течение многих месяцев… с тех самых пор, когда он удовлетворил желание Риты и послал на Луна Бейз Норий и Лиш. Странно, что он думал о непокорности инопланетян сейчас, когда беи спокойно умирали по доброй воле.

Джегда тогм погибли… исчезли сто миллионов лет назад… и все же они не были мертвы. Время не сумело победить их дух. Белые стены Луна Бейз хранили силу землян, силу, которая изменила целую планету, сделав ее похожей на их дом — Землю. Тагла поражало это упрямство, эта борьба с неминуемым, со смертью.

Он вздрогнул, почувствовав легкое покалывание в затылке. Невидимые нити связывали его с инопланетянами, с Луна Бейз… и с Ритой.

Неожиданно что-то вырвало штагна из его грез. Его глаза распахнулись, и он в панике ухватился за стену. Тело его задрожало, к горлу подкатила тошнота. Тагл зажмурился и запустил когти в мягкое покрытие стены. Несколько минут он сотрясался в конвульсиях, затем все постепенно прошло.

Потрясенный Тагл осторожно вытащил когти из обивки. Голова его раскалывалась от боли, мускулы свело судорогой. Он висел, поддерживаемый канатами, испытывая ужас и смущение. Приступ начался без предупреждения, как будто кто-то прямо атаковал его…

И вдруг Тагл понял, что на него действительно совершили нападение… через Риту. Он чувствовал ее боль, ее гнев и ее страх, да так сильно, что по его спине побежали мурашки. Сила их связи оставила его оглушенным и ошеломленным. Затем тело его начало отходить от физического потрясения.

Тагл передернул плечами и медленно пошел по коридору. Теперь его действиями руководила одна-единственная цель. Рита страдала и звала его к себе. Он должен был быть с ней.

Бьер глядел на штагна.

Тагл нетерпеливо повторил:

— Мы отправляемся на Луну, как только шаттл пройдет техническую проверку и его баки будут заново заправлены. Максимальное ускорение.

— Нам не выдержать максимального ускорения! Это долгий полет, больше чем месяц…

— Тебе не обязательно лететь со мной.

Бьер выпрямился. Длинные волосы на его ушах и морде нервно зашевелились.

— Зачем ты летишь, Тагл? И почему такая спешка?

Штагн заморгал глазами, не решаясь сказать Бьеру, что именно управляло им. Он не мог объяснить связь, которая длилась почти год, не упоминая о зиготах. Но для подобного разговора время еще не настало.

Повернувшись к вспомогательному монитору, Тагл сел в кресло и пристегнулся, стараясь расслабиться. Должно было быть другое оправдание полету на спутник Чай-те 3, которое и вправду напоминало самоубийство. Он прикрыл глаза, пытаясь отыскать реальную причину, которая стояла за его действиями, но которую затемняло желание соединиться с Ритой.

Тагл решил совершить облет всех станций беев после того, как команда «Дан тални» начала предаваться вечному сну. Никто из пяти скрытых венья-агнов, работающих на бывшем корабле, не проявил себя, как не проявили себя Верда из группы исследователей астероидов и другие на заправочной платформе. Кризис дю-агнов наступил, потому что они так до сих пор и не получили сообщения с Хасу-дин, однако этого оказалось недостаточно, чтобы вызвать давление, необходимое для пробуждения скрытых венья-агнов. Смерть пересиливала желание выжить.

Тагл открыл глаза. Бьер стоял рядом и пристально смотрел на него.

— Гейн тоже впадает в забытье, Бьер.

— Знаю, но какое это имеет отношение к Луна Бейз? Ситуация там, вероятно, ничем не отличается от нашей.

— Этого мы не знаем. На Луне работают венья-агны или скрытые венья-агны… кроме Лиш ти уон. Насколько мне известно, Стоша и Норий завершили переход на новую ступень сознания двадцать один год назад; но как насчет Чиуна и Вита? Если контакт с инопланетянами и их миром создает благоприятные условия для пробуждения латентных венья-агнов, я должен выяснить, как это происходит.

Вздохнув, Бьер потер свою шею.

— Как контакт с инопланетными машинами может пробудить венья-агнов? Я хочу сказать, что в изучении останков мертвой цивилизации нет никакого напряжения… не то что тогда, когда мы не знали, живы ли инопланетяне. А сейчас мы уверены, что земляне погибли. Угрозы больше нет. Нет угрозы — нет давления. Нет давления — нет пробуждения.

Тагл кивнул, но про себя он посмеялся над логикой психолога. Несмотря на то, что он почти не сомневался в том, что Вит и Чиун тоже стали венья-агнами, Тагл не располагал достаточным количеством данных, чтобы подтвердить свои подозрения. Да и секрет инопланетных зигот он так и не раскрыл. Он не мог придумать оправдания полету на Луну и, разозлившись, выругался вслух.