Падение ангела - Лана Шэр

была для тебя лишь заточением в номере, хоть ты так это и воспринимаешь. И я хочу извиниться за то, что в последнее время был с тобой… груб, — сам не понимаю, как эти слова выходят из меня, но то, как изменилась в лице девушка, дало понять, что ей было очень важно это услышать.

— Всё готово, проходите, пожалуйста, — за нами приходит миловидная, даже, пожалуй, слишком сексуальная девушка администратор и проводит в комнату, где напротяжении двух часов нам будут делать массаж с видом на город.

— Это просто массаж, детка, не жди подвоха, — шепчу я, хотя подвох, конечно, всё же есть. Потому что после такого массажа тело становится очень чувствительным и возбуждённым и я уверен, что Алана это почувствует.

Но здесь будет самый главный сюрприз. Я к ней не притронусь. Даже если попросит. Даже, если будет провоцировать. Я хочу чтобы следующий раз, когда я войду в неё, был по её инициативе. Хочу, чтобы она наконец признала тот факт, что хочет этого не меньше, чем я. Даже после всего, что произошло после её идиотского побега из моей квартиры. Она всё так же хочет меня. И её осторожность, недоверие и дистанция, которую она пытается держать — ложь. А правда находится там, где раз за разом соединяются наши тела, когда я беру её, а она самозабвенно отдаётся мне.

Перед тем как начать, нам дали время раздеться и занять места на кушетках. Через несколько минут в комнате бесшумно появились две тайки, не говорящие (или делающие вид) ни на каком другом языке, кроме своего. Наверняка это делается специально для погружения в атмосферу. Или чтобы гости могли свободно говорить друг с другом, не опасаясь, что их пикантные разговоры будут подслушаны.

Чувствуя прикосновения к спине тёплых рук, я закрываю глаза и стараюсь расслабиться, но фантазия сама подкидывает мне картинки того, что это Алана водит своими ладошками по моей коже, разминая мышцы. Сначала стараюсь бороться с этими мыслями, чтобы не возбудиться, но проигрываю это сражение. Чёрт с ним. Даже в момент прикосновений ко мне другой женщины я думаю о ней. Психика словно подменяет один образ другим, не давая получать наслаждение там, где нет её.

Маленькая ведьма. Она у меня за это ответит. Слегка приоткрываю глаза и в этот же миг слышу тихий стон Аланы, лежащей на животе. Невольно закусываю губу, думая о том, что ей сейчас хорошо. Что её тело готовят к тому, чтобы я владел им. Разогретым. Расслабленным. Чувственным. Я намеренно заказал расслабляющий массаж, чтобы погрузить её в нужное состояние. И не прогадал. Судя по тому, что я слышу — тело Аланы точно будет мне благодарно, даже если разум продолжит защищаться.

Через час ручного массажа деликатно молчаливые тайки, периодически вставляющие «все хорошо?» с жутким акцентом, достали горячие камни и начали водить ими по коже, задерживая их на чувствительных точках. Вновь открываю глаза и смотрю на Алану, блаженно улыбающуюся ощущениям. Да, девочка. Этого я для тебя и хотел.

Через время нас попросили перевернуться на спину и я невольно ухмыльнулся, поняв, что никакая простынь не скроет мощный стояк, возникший практически сразу при мысли о том, что сейчас чувствует Алана. Потому что все последующие действия массажисток словно были нацелены только на одно — возбудить. Водя горячими камнями по коже, они то и дело задевали чувствительные участки тел, грея там, где нужно. И по раскрасневшимся щекам Аланы и редким тихим стонами я чётко представил то, как намокла её киска и как жаждет она моих прикосновений.

Закончив массаж, женщины удалились также незаметно, как и возникли, оставив нас лежать и приходить в себя. Перевожу взгляд на Алану и вижу, как она с закрытыми глазами и лёгкой улыбкой на лице осталась на кушетке, а я же, желая смыть с себя массажное масло, начал вставать, сжимая зубы, чтобы не взять девушку прямо на кушетке.

Услышав звуки от моих движений, Алана приоткрыла глаза и я увидел в них то, о чём думал весь сеанс массажа. Желание. Глубокое, возбуждающе желание. Манящее и зовущее.

— Как ты? — с лёгким прищуром спрашиваю девушку, облизывая губы.

— Хорошо, — шепчет, не сводя с меня глаз, — А ты?

Не отвечаю, словно завороженный подходя к ней и медленно стягивая с неё простынь, которой её накрыли перед уходом.

— Сейчас будет ещё лучше, — шепчу, не до конца отдавая отчёт в том, что делаю.

Нежно развожу ноги Аланы, сгибая их в коленях. Взгляду открывается розовая влажная промежность и я не понимаю, каким богам молиться, чтобы сдержаться и не припасть к ней губами. Но я обещал себе её не трогать. Хотел, чтобы она сама пришла ко мне. Но, чёрт возьми, то, как она смотрит на меня — это фиаско. Я не могу держать себя в руках. Потому что сейчас она, её тело и тихое дыхание заполняют все моё сознание.

Касаюсь пальцами нежных складок, не сводя глаз с её лица. Сейчас я хочу увидеть каждую её реакцию. Найти способ довести её до пика нежно, ориентируясь на каждую, даже самую мелкую реакцию её тела. Сейчас самое идеальное для этого время. Когда завеса наслаждения овладела ей и у девушки просто нет сил оказывать привычное сопротивление.

Брать я её не буду. Нет. Но оргазм от моих пальцев девочка получит.

— Марк, — шепчет Алана, когда я размазываю влагу по её гладким складкам, то ли умоляя, то ли останавливая.

— Тише, детка, — на выдохе произношу в ответ, — Послушай, как ты звучишь, — обращаю её внимание на хлюпанье, с которым проникают внутрь два моих пальца, — Твоя киска зовёт меня.

Алана закрывает глаза, с шумом втягивая воздух, а я же схожу с ума от её горячей и тугой глубины. Медленно ввожу внутрь девушки пальцы до упора, возвращая их наружу и так раз за разом, пока не чувствую, что влаги становится ещё больше.

— Марк, — сквозь стон произносит Алана, на что я добавляю поглаживающие движения внутри её киски, надавливая на чувствительный бугорок, — Я… не могу…

— Тшшш, — протягиваю, сам пьянея всё больше от ощущений, которые не сравнимы совершенно ни с чем.

Продолжая орудовать внутри девушки, большим пальцем накрываю клитор, поглаживая его и вызывая в её теле дрожь. Стройные ножки, всё также согнутые в коленях, задрожали, давая мне понять, что разрядка близко. Наклоняюсь, ловя губами ставшие острыми соски Аланы, от чего она вскрикивает, выгибаясь дугой, словно подставляя моим ласками своё тело.

— Вот так, девочка, умница, — шепчу между поцелуями