Падение ангела - Лана Шэр

Оказываюсь чертовски прав, когда Алана садится напротив меня, приглаживая растрепавшиеся волосы. Можешь не стараться, девочка, сегодня я запутаю их ещё не один раз. Только хочу об этом сказать, как появляется мальчишка лет семнадцати, услужливо ставя на стол кофе. Быстро бросаю на него взгляд, ощущая, что появление Аланы его взволновало. Знал бы ты, парень, что я только что с ней сделал. Волнением бы дело не кончилось.

Девушка с благодарностью принимает чашку и я решаю поиграть с ней, не давая возможности остыть. Пусть тоже не выпускает из головы тот факт, что я только что поимел её в чёртовой примерочной.

— Мне что нужно трахать тебя в каждом месте, куда мы приходим, чтобы показать, кому ты принадлежишь? — вижу, что сработало.

Алана вздёргивает подбородок, явно задетая очередной моей, как она это назвала, «собственнической замашкой». Но сейчас это именно то, что мне нужно.

— А кому я принадлежу? — в голосе вызов, в глазах недовольный блеск. Шикарная. Моя.

Не отвечаю, давая сделать вывод ей самой. Знаешь, кому. Хватит уже сопротивляться. Знаешь и течёшь от этой мысли. Я проверял. И не раз.

— Как вам наш кофе? — продолжает любезничать парень, ставя перед Аланой ароматный горячий круассан. Я решил, что девушке нужно подкрепиться, но заметил быстрый недовольный взгляд от неё на мою пустую сторону стола. Видимо, есть в одиночку она не любит. Учту.

— Прекрасный, очень мягкий, — мило улыбается и я не теряю возможности сделать атмосферу более неловкой. Хочу увидеть румянец на её щеках.

— А я думал тебе нравится пожёстче.

Уверен, если бы она могла — попыталась бы мне врезать. Но вместо этого лишь потупила взгляд и откинулась в кресле, обвинив меня после ухода сконфузившегося официанта в том, что я его смутил.

Неспешно пьём кофе и молчим, каждый находясь в своих мыслях. Я сказал Алане, что мы съездим ещё кое-куда и уверен, что она пытается прикинуть что же ещё я задумал. Я же только и думаю, что о ней.

О том, какая она была до пропажи сестры. До смерти родителей. Чем жила, о чём мечтала. Чего боялась, чего не хотела в своей жизни увидеть никогда. Была ли счастлива. Любила ли кого-то. Делали ли ей больно. Какого-то хрена мне стало интересно всё.

Захотелось с жадностью и собственничеством узнать о каждом дне её жизни до меня, влезть под кожу, добраться до самого сокровенного. Хочу, чтобы её прошлое тоже принадлежат мне, как и она сама. Вобрать в себя каждую её улыбку, каждую пролитую слезу, каждый стон, который вызывал в ней кто-то другой. Вобрать в себя, чтобы стереть и заменить собой. Тем, что теперь она будет чувствовать, находясь рядом. Проникнуть в неё во всех возможных смыслах. Не только в тело. В воспоминания, мысли, желания. Стать её кошмаром и её наслаждением. Полностью. Потому что, сама того не зная, она сделала меня своим также, как я её своей.

— Готова, детка? — отрываюсь от своих мыслей, желая поскорее отвезти её в следующую локацию.

— Хватит деткать, Марк, — хмурится, ставя пустую чашку на стол, — Как я могу быть готова, если понятия не имею что там у тебя снова в голове? Какую очередную фигню ты придумал, чтобы выставить меня дурой.

— В этот раз можешь расслабиться, — ухмыляюсь, вставая с места, — Всё будет нормально.

Не отвечает, но закатывает глаза и презрительно хмыкает, как бы говоря о том, что нормально у нас не бывает. И в чём-то, конечно, оказывается права. Но в этот раз все действительно будет обычно. Как у «нормальных людей».

Сохраняю интригу всю дорогу, хотя Алана особо и не расспрашивает о конечном пункте назначения.

Вместо этого с интересом смотрит в окно, словно ловя картинки нового города и отвлекаясь от всего дерьма, что на недолгое время осталось за спиной. Днём город и правда выглядит симпатично. Солнечный свет заливает преимущественно светлые здания, вывески ресторанов и магазинов гармонично сочетаются с архитектурой, летние веранды с расслабленно сидящими жителями выглядят будто с картинки. И в этом всём даже не угадывается та грязь и дрянь, творящаяся ночью и за закрытыми дверями клубов и казино. Куда я, сегодня, и собираюсь отправиться, чтобы встретиться с очередным скользким ублюдком, решившим нажиться на тёмных делах и чужих слабостях.

«Но будь осторожен, Марк, этот говнюк не имеет никаких принципов и запросто воткнёт нож в спину любому, даже родной матери» — предостерег меня Курт, мой информатор. Как раз такой отброс и может знать что-то о похищении девчонок. А может и вовсе к этому причастен напрямую. Сегодня я попробую это выяснить. Чутьё меня ещё ни разу не подводило. Ублюдка я увижу сразу.

Останавливаю машину и выхожу, чтобы помочь Алане выйти. Но не успеваю этого сделать, потому что девушка выскакивает из салона сама. На мой вопросительный взгляд она отвечает, что в прошлый раз, когда я был с ней так обходителен — мы заселились в номер для молодожёнов и моя галантность её пугает. Смеюсь в ответ, но позволяю ей поиграть в сильную и независимую. Пусть развлекается. Я до неё ещё доберусь.

Проходим к лифту и я замечаю на лице девушки растерянности и напряжение. Снова хмурится, подыскивая варианты того, куда я могу её вести. А возможно опасается, что начну приставать в лифте, вновь вгоняя её в краску, если кто-то присоединится к нам на одном из этажей. И как бы мне ни хотелось сделать с ней что-нибудь грязное в этих узких стенах, я сдержусь.

Пусть научится мне доверять. Не бояться. Особенно сейчас, перед тем, что её ждет.

Поднимаемся на двадцать четвёртый этаж и оказываемся в просторной светлой студии массажа, оформленной в балийском стиле. Белые и бежевые стены, пальмы и прочая растительность, спокойная музыка и максимально вежливый, чуть ли не облизывающий нас, персонал.

Алана поворачивается ко мне и я вижу в её глазах недоверие.

— И что мы здесь делаем?

Прижимаю её к себе, чтобы никто не услышал моего ей послания, и тихо шепчу в нежное ушко женщины:

— Вчера, когда я трахал тебя, мне показалось, что ты слишком напряжена. Не знаю, из-за меня это или нет, но я решил, что сегодня я хочу поиметь тебя расслабленную. Ну и массаж, конечно же, полезен, детка, — слегка шлёпаю по её упругой заднице, на что получаю новый острый взгляд.

— Слушай, сейчас не время лежать и расслабляться, — начала было протестовать Алана, но я остановил её.

— Сейчас самое время, Алана. Я хочу чтобы наша поездка не