Левиратный брак (СИ) - Татьяна Алферьева

— Мне понравилось, когда прошлой ночью ты говорила мне «ты», — Виктор чуть отстранил девушку от себя и заглянул ей в глаза. — Назови меня по имени.

— Виктор.

— Уже лучше.

Он притянул её к себе и поцеловал, сначала легко и бережно без обещания какого-либо продолжения, просто благодаря за вкусный ужин, за то, что она рядом. Лил с удовольствием ответила на поцелуй. Ей нравилось, как целовался муж, и нравились ощущения, которые при этом возникали. Девушка была настолько естественна и свободна в своих движениях, что Виктор почувствовал, как в нём с новой силой вспыхивает острое желание обладать женою прямо здесь и сейчас. Его руки нетерпеливо развязали пояс её халата и скользнули под одежду.

— Вик? — удивилась Лилиана, вздрагивая от прикосновения его пальцев к своей обнажённой груди. — Что ты делаешь? Разве здесь можно?

Здесь? До того, как она спросила, он ещё подумывал отвести её в спальню.

— Да, — охрипшим от страсти голосом произнёс он, распахивая полы халата и прижимаясь к телу жены губами.

Если Лилиана и хотела возразить, она тут же обо всём забыла, без раздумий и стыда отдаваясь мужу прямо на кухне. Хотя разум старался нашептать, что это неблагородно, аморально и недостойно леди испытывать подобное умопомрачительное вожделение. Да и страх, что их могут застигнуть врасплох обеспокоенные шумом слуги, пытался докричаться до затуманенного сознания девушки.

— А… если… нас… увидят?

— Пусть умрут от зависти, — прошептал Вик, обнимая девушку за бёдра и вплотную притягивая к себе.

Лил закусила губу, чтобы не застонать в полный голос. На этот раз проникновение было глубже, от чего она немного напряглась. Вик тут же остановился. Чуткий и опытный любовник, он мгновенно ощущал любые изменения в поведении жены.

— Тише, маленький. Расслабься. Я не причиню тебе боли, — сквозь поцелуи успокоил маркиз жену. — Солнышко моё, ты невероятно прекрасна.

Нежные слова возымели должный эффект, девушка перестала сопротивляться, позволив мужу беспрепятственно двигаться дальше. По телу тут же растеклись пульсирующие волны наслаждения, заставляя откинуться назад, окончательно расслабиться и полностью впустить в себя мужчину. Вику открылся восхитительный вид. Ему даже пришлось закрыть глаза, чтобы суметь сдержаться и сначала довести жену до пика блаженства, а потом получить своё. Нет, на этот раз он не успевает. Она слишком тесная, слишком сладкая, слишком желанная…

— Чёрт, Лил…Я больше не могу…

И тут же почувствовал её ответную внутреннюю дрожь.

— А-а-а-х…

Жена догнала его.

Утром Виктор снова проснулся один. Похоже, Лил любила ранний подъём. Не спеша вставать и отправляться на поиски, маркиз начал раздумывать, что же делать дальше со сложившейся ситуацией. Лил и Мари поставили его в такие жёсткие рамки выбора, что малейшее неверное решение может привести к печальным последствиям и для него, и для Лилианы.

Самое логичное и то, что он раньше сделал бы, не задумываясь, — продержаться год и развестись. Продолжать следовать своему плану мести. Однако, вместо Марианы подставить под удар Лил он не сможет. И дело было не только в том, что она нравилась ему как женщина. Она восхищала его как человек. Своим отношением к жизни, к людям Лилиана открыла Вику глаза на всю мелочность и мерзость его затеи с местью. Когда-то он нашёл в мести отдушину, повод жить дальше, отвлечение от мрачных мыслей. Теперь же видел, насколько был отвратителен и жесток в своём поведении. Мариана гораздо лучше наказала бы себя, выйдя замуж за Мэрла под своим именем. А он бы при других обстоятельствах познакомился с Лил. Хотя, полно. О чём он? Да он даже не посмотрел бы в её сторону. Не увлёкшись местью, он бы просто позволили отцу женить себя на Изабелле Лакруа, полагая, что никогда не встретит женщину подобную Аделине.

И встретил лучше. Эта мысль резко и насквозь пронзила Виктора, болью отозвавшись в сердце. Ада. Маркиз почувствовал себя предателем. На её могиле, обезумевший от горя, он обещал первой жене, что будет всю жизнь любить только её.

Мужчина поднялся на ноги. Надо срочно прекращать столь глубокое самокопание. До добра это точно не доведёт. Виктор дёрнул шнурок сонетки и накинул халат.

— Где моя жена, Ферд? — спросил он появившегося на пороге слугу.

— В зимнем саду, Ваше сиятельство.

— Кто её туда пустил?

— Э-э-э… Нам пришлось открыть выход на мансарду для ремонта крыши. Мы ничего не тронули, но двери больше закрывать не стали, — сбиваясь, пояснил слуга.

— Хорошо. Принеси мне умыться.

После того, как Вик оделся и привёл себя в порядок, он отправился за Лилианой. Маркиз намеренно тянул время, давая девушке возможность вернуться. Ему не хотелось подниматься наверх и окунаться в воспоминания. Зимний сад в особняке был прихотью Аделины. После её смерти Виктор приказал запечатать выход на мансарду и за два года ни разу там не был. Однако Лил не возвращалась.

Ступени, ведущие на крышу, недовольно и сипло поскрипывали под ногами. Дверь была приоткрыта. Девушка стояла у окна и смотрела на город. Она была тщательно одета и причёсана. Вик оглянулся. Кадки и горшки с грустно торчащими из них засохшими стеблями были покрыты густым слоем пыли, пол усыпан пожухлыми, рассыпающимися в прах от малейшего прикосновений листьями. Похоже, его приказ запечатать дверь в зимний сад был полным абсурдом. Когда-то здесь было очень красиво.

— Ты не замёрзла? — спросил Вик, подходя к жене и кладя руки ей на плечи.

— Отсюда открывается прекрасный вид на город. Мне так хочется нарисовать то, что я вижу, — призналась Лил, поворачиваясь к нему. Голубые глаза сияли от восхищения.

— Почему бы и нет? — пожал плечами маркиз. Пора расстаться с прошлым раз и навсегда. Или хотя бы попытаться это сделать. — Устрой здесь художественную мастерскую. Прикажи выкинуть весь хлам.

— Правда? Можно? — Лилиана походила сейчас на ребёнка, которому неожиданно вручили горячо желанную игрушку, а он и не чаял её получить.

— Только здесь холодно и неуютно, — осторожно заметил Вик. — Ты можешь простыть и заболеть.

— Растения не замерзали, и я не замёрзну, — возразила девушка. — Спасибо!

В благодарность она крепко обняла мужа за шею и поцеловала в губы.

— Тут я поставлю мольберт, тут стол, тут…, - принялась планировать пространство Лил.

— Лилиана, я должен уехать. Возможно, меня не будет до вечера. Пообещай, что никуда не исчезнешь.

— Ну, что ты! — хитро улыбнулась жена. — Мне же предстоит столько дел по наведению здесь порядка. На глупости времени не останется.