Левиратный брак (СИ) - Татьяна Алферьева

— В конце концов, все там будем.

И осталась в комнате одна.

— Маркиза Мариана Стейн, урождённая леди Геридж!

Лил подошла к высоким двустворчатым дверям и, как учила Элен, остановилась. Пока слуга аккуратно распределял по всей длине шлейф её платья, маркиза, взглянув на сказочно разодетого церемониймейстера, пошутила:

— Меня оставили на десерт?

Церемониймейстер улыбнулся одним уголком рта храброй девушке в ответ, открыл двери и объявил о её появлении.

Лил оказалась в тронном зале. Под ногами лежала длинная красная дорожка, вокруг которой стояли придворные и глядели в её сторону. Далеко в конце дорожки возвышался королевский трон. Лилиана подошла, присела перед Его величеством в глубоком, почтительном реверансе.

— Мне кажется или я уже видел это лицо и эти волосы? — с нескрываемым интересом произнёс король. — Леди Мариана, у вас есть сестра?

— Сестра-близнец, Ваше величество, — улыбнувшись, ответила Лил.

— Баронесса Эдвер, если не ошибаюсь? — вступила в разговор королева.

— Да, именно так, Ваше величество.

Лил воспользовалась возможностью и сделала реверанс перед второй по значимости венценосной особой. Осталась принцесса Агния. Эта полненькая, румянощёкая девушка с зелёными глазами уже откровенно скучала, и лишь появление Лил внесло хоть какое-то разнообразие в поднадоевшую ей церемонию. Маркиза Стейн была первой и последней претенденткой, удостоившейся беседы с королевской четой во время церемонии представления.

Она справилась! Оказавшись в толпе придворных, Лил облегчённо выдохнула. От имени короля и королевы по завершении торжественной части всех присутствующих пригласили в трапезную. Девушка осталась стоять на месте, надеясь, что так Виктору будет легче её найти. Он подошёл сзади и, несмотря на посторонние взгляды, обнял жену за талию, прижал к себе.

— Ты была похожа на цветок посреди снега. Все эти дамы до тебя выглядели замершими куклами. Похоже, сегодня у меня появилась куча завистников, а у тебя куча поклонников.

Маркиз не лукавил, когда Лил появилась в дверях зала, мало кто сдержал удивлённый вздох. Возможно, причиной тому было голубой цвет платья и необычное плетение волос, а может, открытый взгляд и искренняя улыбка. Лил двигалась так легко и свободно, словно не шла, а скользила. И это несмотря на длинный подол и тяжёлый шлейф. А её беседа с королём и королевой? Все затаили дыхание, прислушиваясь к тому, о чём венценосная чета разговаривает с последней претенденткой.

— Я так волновалась! — призналась девушка, поворачиваясь к мужу.

— По тебе этого не было видно.

— А сейчас мне хочется сбросить это тяжёлое платье и побегать. Меня переполняют эмоции, — шепнула Виктору Лил.

— Пощади меня, милая, — беря жену под руку и ведя её к выходу из зала, произнёс маркиз. — Не говори мне больше про желание раздеться, а то я за себя не отвечаю. Во дворце много укромных уголков…

Лилиана зарделась, а следом и засмеялась. Да уж, для благородной леди её речи слишком откровенны. Хорошо, что муж её понимает.

В трапезной за бесконечно длинным столом уже рассаживались гости. Таблички с именами Виктора и Лил оказались довольно близко к королевской чете и в тоже время на таком расстоянии, чтобы не поддерживать прямой разговор. Ещё на входе Лилиана нашла глазами Оскара и Элен, а также Мариану с мужем. Герцог Каунти сидел от Его величества по правую руку на пятом по счёту месте. Напротив него потупила глаза светловолосая девица. Неужели герцогу уже подыскали невесту?

После пережитого волнения Лил совсем не хотелось есть, она украдкой разглядывала сидящих рядом дам и кавалеров. Разговоры в присутствии монарха велись тихо и сдержанно. Женщины и девушки притворялись птичками и скорее клевали, чем ели. Мужчины не спешили надолго прикладываться к кубкам. Король сам объявил тост за начало осеннего сезона.

— До дна!

— Ты должна хоть что-нибудь съесть, иначе вино быстро ударит в голову, — предупредил Вик, перед этим нагрузив тарелку жены самой разнообразной снедью.

Девушка попробовала, было вкусно. Очевидно, маркиз знал местную кухню. Сёстры Рошер любили поесть и хорошо кормили своих воспитанниц, не возбраняя проявление здорового аппетита. Они, конечно, говорили о том, что на людях благородная леди должна есть совсем немного, по большей части, питаясь воздухом. Но одно дело говорить, другое делать.

Лил не заметила, как увлеклась. Сдерживал лишь корсет, да косые взгляды сидящих напротив дам. Одной из которых оказалась Изабелла Лакруа.

— Жаль, что отвратительная погода испортила начало сезона. Представляю, в каком виде мы будем возвращаться с охоты — по уши в грязи, — посетовала дама с причёской, украшенной перьями. Да и сама леди весьма походила на птицу — крючковатый нос и тёмные бусинки глаз. Она обращалась к своей соседке по столу, но явно жаждала привлечь внимание окружающих. К её сожалению, заявленная тема не нашла горячего отклика у сидящих рядом.

— Леди Мариана, не правда ли, королевские повара — настоящие кудесники? Вы, похоже, успели оценить многие из их блюд, — с ехидцей в голосе спросила у Лил Изабелла.

Девушка приветливо улыбнулась и невозмутимо ответила:

— На то они и королевские повара. Но я бы посоветовала вам попробовать, вместо того, чтобы полагаться на чужое мнение.

Лилиана выразительно посмотрела на пустую тарелку маркизы Лакруа.

— О нет, что вы! — воскликнула та. — Я лучше поверю вам на слово.

— Леди Мариана, позвольте выразить вам моё восхищение, — обратился к девушке сидящий справа от неё незнакомый кавалер. — Вы без сомнения станете одним из лучших украшений королевского двора. Граф Сэдерик Картен к вашим услугам. Позвольте также представить вам мою жену Августу.

— У вас чудесное платье, — немного картавя, сделала комплимент графиня. — И самый длинный шлейф.

— Правда? — удивилась Лил и весело рассмеялась. — А я-то думаю, почему так тяжело.

Заразительный смех маркизы быстро охватил всех рядом сидящих, кроме, пожалуй, Изабеллы и дамы, похожей на птицу.

— Как хорошо, что он отстёгивается, — заговорщически произнесла Лилиана, обращаясь к новым знакомым.

После ужина начался бал. Лил избавилась от шлейфа, но платье всё равно было гораздо тяжелее и неуклюжее современных фасонов, да и леди Элен практически не позволяла невестке танцевать, водя её за собой от одной группы придворных дам и кавалеров к другой. Лилиана даже не пыталась запоминать многочисленные имена и титулы, вежливо улыбаясь и кидая пару общих незначительных фраз, а то и вовсе отмалчиваясь. Но тут в толпе она увидела знакомое лицо.