Часть вторая (СИ) - Тереза Тур

— А почему это собаку будет купать он? — недовольно пробурчал сын.

— Потому что ты, солнышко, пойдешь в магазин. Всех надо покормить.

— И … милорда?

— Феликс, перестань.

— Вот придут Рэм или Паша — они его вообще на дуэль вызовут, — поделился со мной зловещими планами братьев Феликс.

— Этого только не хватало, — проворчала я.

— По-видимому, я не желанный гость в вашем доме… — начал Ричард.

— То, как сложились наши отношения, не отменяет того, что вы дали мне и моим детям убежище в вашем доме. Когда мне некуда было идти и не к кому обратиться за помощью, — посмотрела я в его черные глаза — и увидела там смятение. — Поэтому…

Раздался звонок в дверь.

— Феликс, впусти Аллу. И дай ей тапочки. Милорд, берите щенка — и за мной.

Так… Девочке-ученице — задания, Ричарду — одежду. Феликсу — список продуктов для человеческого питания, которые надо купить. Деньги. И главное — не перепутать что кому.

Позвонить приятелю — страстному собачнику и уточнить, чем лучше кормить ушастого принца. Принц… Попытались выяснить, что за порода. Мои устные описания специалиста не вдохновили — пришлось фотографировать шоколадное, ушастое и длинноногое на телефон. К великому восторгу моего знакомого выяснилось, что это щенок гончей святого Губерта — достаточно редкая порода. Точно принц!

— Странно, что без ошейника, — удивленно сказал приятель. — Надо поспрашивать — может, кто ищет.

— Это моя собака, — гордо сообщил всем Ричард, услышав наш разговор.

Знакомый тем временем продиктовал список продуктов. И мы на этом распрощались.

Так, теперь быстро кинуть сыну смс-ку, что надо купить куриную печень, творог и гречку — щенку. Не кормить же зверушку помидорами, огурцами и куриным филе — которые я заказала для людей.

Выдохнуть, прибежать на кухню, извиниться перед ученицей за бедлам. Попытаться вести занятие. Успеть перехватить Пашу, который вернулся с тренировки. Судя по решительному выражению лица, его о прибытии милорда Верда известил Феликс. И сын рвался выяснять отношения.

— Я категорически запрещаю тебе подходить к гостю, — энергичным шепотом прошипела я. — Тем более, пока у меня ученица, которая, мягко говоря, не в курсе всех подробностей моей жизни. Так вот, мне хочется, чтобы она и дальше была не в курсе.

Потом встретить милорда и щенка у дверей ванны — и отвести в свою комнату.

— Побудьте пока здесь. Выразительно посмотреть на Пашу и обвешенного пакетами Феликса — и взглядом пообещать им все казни сразу, если они сунуться за закрытую дверь.

Вернуться к занятию. Извиниться. Довести его. Проводить девочку — забыть забрать у нее деньги.

Я вошла в комнату к мальчишкам и спокойно сказала:

— Милорд Верд — мой гость. И я требую, чтобы вы отнеслись к нему, как к моему гостю. К тому же он не здоров и, кажется, потерял память. Поэтому все ваши наскоки сейчас, — это попросту бессмысленно. Он ничего не помнит.

— Так давай я расскажу ему, как ты плакала. Как он тебя оскорбил… — взвился Павел. — Расскажу, как ты умирала на снегу! Как я пытался вас помирить, а он… просто исчез!

— Сынок, пожалуйста. Перестань. Мы отложим все это, пока он не поправится.

— Я в Академию, — холодно и недовольно ответил мне Паша — и исчез в мареве портала.

— А я на кухню — готовить, — вздохнула я. — Феликс, поможешь?

— Ага, — не обрадовался он.

— Милорд, — заглянула я в свою комнату. — Как вы?

— Что же я такое натворил? — поднял он на меня глаза. — Все потом. Давайте ужин готовить.

Минут через сорок, все было уже почти готово: каша с печенкой для собаки остывала — щенок уже подстанывал. Я дожаривала курицу. Салат Ричард уже дорезал — оказывается, принцы прекрасно моют и режут овощи. Феликс сливал макароны.

Тут раздался звонок в дверь.

— И кто это еще? — спросила я — и пошла открывать.

ГЛАВА 24

Щенок опередил меня — и вертелся около двери, пытаясь сурово порыкивать. Я рассмеялась, подхватила его на руки и распахнула дверь.

— Вероника… — за дверью оказался император Тигверд. — Что с Ричардом?

— Добрый вечер, ваше величество, — ровно проговорила я.

— Сердитесь, — посмотрел на меня Фредерик.

Щенок решился-таки. Храбро — но тихонько и аккуратно зарычал на гостя.

— Даже так? — посмотрел на меня император Тигверд.

— Ричард в квартире. Проходите. Сейчас дам вам тапочки.

— Благодарю, — промолвил Фредерик.

Надо признать, что милорд Верд выглядел уже лучше — горячая ванна и чистая одежда творят чудеса. Жаль, что в доме не было бритвы — может, стало бы совсем хорошо.

— Что с ним? — спросил у меня император.

— Вы кто? — спросил у императора его старший сын.

— Без понятия, — ответила я, оглядела всю честную компанию и спросила. — Ужинать будем?

Щенок разразился у меня на руках жалобами — дескать, давно пора! Он просто умирает с голоду, и самое главное — спасти его, маленького и несчастного. Я рассмеялась — взяла свежекупленную миску — и выдала длинноухому и толстолапому очарованию ужин. Налила воды. Поставила рядом.

Оглядела мужчин — они смотрели на меня с таким же вожделением, что и щенок. У него, конечно, получалось умилительней, но это не потому, что Феликс, Фредерик или Ричард не старались.

— Вот только двенадцати перемен блюд у меня нет, — иронично посмотрела я на императора.

— Пустяки, — отмахнулся он. — Я сегодня опять не обедал.

— Вы добьетесь, что Ирвин уедет в Османское ханство.

— Ирвин. Ханство. Не помню, — задумчиво проговорил Ричард, а его отец беспомощно посмотрел на меня.

— Просто ужинаем, потом решаем, что будем делать, — распорядилась я.

Разложила еду по тарелкам. Уселась, стала есть, стараясь все-таки жевать, а не заглатывать, как удав. Может, присутствие членов августейшей семьи обязывало, может, боязнь испортить желудок… Кто знает. Щенку было не до политесов — он вкусно громыхал новехонькой железной мисочкой, и на такие пустяки, как любовь, предательство и недоверие не отвлекался.

— Ричард, — после ужина обратился император к сыну. — Я думаю, нам не стоит злоупотреблять гостеприимством миледи Вероники. Нам надо отправляться во дворец. Пусть вас обследуют целитель и придворный маг. Раздался хлопок — император Тигверд исчез. Фигура Ричарда на мгновение стала размытой, нечеткой. Но практически тут же приобрела прежние очертания. И с моей кухни он никуда не делся.

— Не понял, — протянул снова появившийся император. — Ричард, что происходит?

— Я никуда не уйду, — упрямо поджал губы его сын.