Конец режима: Как закончились три европейские диктатуры - Александр Баунов

Осенью Спинола предпринимает попытку положить конец двоевластию и предотвратить сползание Португалии к государственному социализму. Поскольку левые постоянно утверждают, что действуют от имени народа, он сам обращается к народу. В середине сентября город заполняется листовками с призывами выйти в центр Лиссабона в поддержку президента Спинолы. Листовки подписаны «молчаливым большинством». Демонстрация «молчаливого большинства» назначена на три часа дня 28 сентября, но из-за «многовластия» неясно, разрешена она или нет, — левый премьер-министр Гонсалвиш ее запрещает, более умеренные члены Совета национального спасения объявляют разрешенной.

После боя быков, на который пришли и Спинола (он был встречен овацией), и премьер Гонсалвиш (освистан), начинается демонстрация с требованием чрезвычайных полномочий для Спинолы. Некоторые демонстранты пытаются штурмовать штаб-квартиру компартии: красные тряпки злят не только быков. Сторонники президента пешком и на автомобилях движутся из провинции в столицу.

Левые перегораживают дороги и улицы баррикадами, части COPCON строят блокпосты, дружинники с красными повязками останавливают и бесцеремонно обыскивают машины. В полдень части ДВС захватывают национальное радио и объявляют, что демонстрации не будет и что у некоторых участников «марша молчаливого большинства» найдено оружие. Из президентского дворца в Белене сообщают, что демонстрация перенесена на вечер.

Появляется информация, что Спинола силой удерживает в президентском дворце своих оппонентов — премьер-министра Гонсалвиша и командующего COPCON Карвалью, которых он вызвал для консультаций. Части COPCON берут дворец в кольцо, а 1-й артиллерийский полк (RALIS) наставляет на него орудия. Теперь уже сам Спинола — пленник своих гостей.

Хотя десятки тысяч участников похода «молчаливого большинства» стоят на въездах в столицу перед революционными блок-постами, Спинола понимает, что проиграл. Он подает в отставку, его место занимает его бывший начальник, уволенный вместе с ним из армии прежней властью глава генштаба Кошта Гомиш. Новый президент обещает решительнее идти путем революционных преобразований. У него нет ни запоминающегося монокля, ни харизмы, ни авторитета Спинолы. Он — умеренная компромиссная фигура, солидный генерал, вместе со Спинолой попавший в опалу накануне революции и возвращенный ею в строй.

Лицом революционной власти вместо буржуазного Спинолы становится премьер-министр временного правительства, порывистый Вашку Гонсалвиш, известный своими левыми взглядами. Он сразу запрещает некоторые правые партии, несколько их активистов арестованы за подготовку переворота, который, по утверждению правительства, должен был произойти под прикрытием «марша молчаливого большинства». Всего пять месяцев спустя после революции в Португалии снова есть запрещенные партии и политические заключенные.

После «путча молчаливого большинства» из Совета национального спасения и правительства изгоняют многих умеренных деятелей — сторонников классической буржуазной демократии, которых теперь тоже называют правыми. В январе 1975 г. один из лидеров ДВС, член Госсовета капитан Вашку Лоренсу, сообщает на пресс-конференции, что Португалия будет развиваться по социалистическому пути — правда, по своему собственному, а не как в странах соцлагеря. Эту мысль повторяют на разные лады другие члены революционных органов власти.

ЦРУ в своих записках в Белый дом еще с зимы пишет о готовящемся коммунистическом перевороте. В действительности сперва происходит путч с противоположным знаком. В марте 1975 г. несколько воинских частей поднимают мятеж, чтобы вернуть Спинолу к власти и «спасти революцию». Сам Спинола прибыл в одну из них загримированным в частном автомобиле с охраной и, уже на месте приняв свой обычный вид — мундир, фуражка и монокль, — напутствует десантников. В его портфеле лежит напечатанное обращение к нации: «Я вновь призван взять в свои руки судьбу страны».

Западные журналисты преуменьшают опасность путча, считая, что это обреченная на провал отчаянная авантюра одиночек. Зато правительство и левая печать видят во вчерашнем революционном президенте не иначе как португальского Пиночета. Впрочем, несостоявшегося. Левые партии и профсоюзы вновь строят баррикады и блокпосты, а гвардейцы COPCON берут под охрану правительственные здания.

Мятежным частям не удается поднять за собой армию. В Лиссабоне разворачивается грандиозный митинг в честь победы революции над путчем. Столько красных флагов одновременно вряд ли видела другая западная столица! Митинг продолжается до утра. Толпа демонстрантов идет к американскому посольству и требует отозвать посла США Фрэнка Карлуччи: это он вместе со спинолистами интриговал против революции.

Спинола бежит в Испанию, а оттуда в Бразилию. Он становится не столько португальским де Голлем, сколько маркизом Лафайетом. Авторитарные власти Бразилии принимают бывшего революционного генерала неохотно. В эмиграции Спинола основывает MDLP — «Демократическое движение за освобождение Португалии» и возвращается со своим проектом в Европу искать поддержки у западных политиков и крупных португальских бизнесменов. Но судьбу революции решает уже не он.

Попытка силой скорректировать левый уклон революции дает обратный результат. Один из лозунгов революции, «O povo esta com o MFA!» («Народ с ДВС!»), перекликается с хорошо известным советскому человеку лозунгом «Народ и армия едины!». До мартовского путча шли дебаты, должно ли «Движение вооруженных сил» официально стать частью новой политической системы или наблюдать за ней со стороны. Теперь сомнения отброшены: ДВС — ветвь власти.

Ассамблея ДВС упраздняет Государственный совет и Совет национального спасения и создает Революционный совет Португалии из 24 офицеров, наделенный законодательными полномочиями. Революционный совет запрещает еще три консервативные партии и принимает присягу очередного, четвертого за год, временного правительства. Лидеры четырех крупнейших прогрессивных партий, Социалистической, Коммунистической, Народно-демократической и Португальского демократического движения, приглашены в него министрами без портфелей.

Фабрики рабочим

Сентябрьская и особенно мартовская неудача Спинолы означают крах попыток либерально настроенной части элиты удержать революцию в рамках буржуазной демократии и капиталистической экономики.

Правительство представляет план мирного перехода к социализму. В нем предусмотрены выкуп государством 51% акций большинства добывающих отраслей, создание госкомпаний в стратегических сферах экономики, запрет иностранных инвестиций в оборону и СМИ, аграрная реформа. Новая власть пытается сочетать освобождение трудящихся и рынка: отменен салазаровский промышленный кодекс, который требовал разрешения властей для создания частных предприятий. Но социалистических начинаний больше. Государство берет под контроль предприятия, собственники которых после революции покинули страну. Но даже компании, оставшиеся частными, вынуждены работать в новых условиях революционного самоуправления трудящихся, а собрания работников получают право оспаривать увольнения.

На заводах, стройках, транспортных предприятиях, в учебных заведениях, офисах и в деревнях множатся комитеты и комиссии. Они обеспечивают рабочий и крестьянский контроль за производством, прибылью и зарплатами, закупками и продажами, наймом работников и увольнением, организовывают выход рабочих на митинги в поддержку революции. Комиссии жильцов в городах и селах следят за порядком, а заодно борются с вредными слухами. Представители трудящихся не останавливаются перед нарушением закона — например, удерживают собственников и управляющих на предприятиях, пока не добьются нужного решения.

За причастность к сентябрьским событиям арестованы