Солнечные искры. Мой идеальный смерч - Анна Джейн

Дяденька без материальной, так сказать, базы ей был не нужен совершенно.

Когда зеленоглазая куколка проходила мимо, она вдруг едва заметным жестом коснулась моей спины и в тот момент, когда Дэн, Ник и Оля смотрели в сторону «потерпевшего», мне на колени опустилась светло-голубая салфетка, на которой было что-то написано черной пастой. Хорошо, что я девочка умная и орать: «Что это?» не стала… Может, я опешила, на время став тормозом, а, может, мне помогло сдержаться мое почти природное умение держать себя в руках. Вот я загнула! Дэн сказал мне потом, что скорее, первое, потому что второй вариант в моем случае невозможен, и возможен не будет несколько лет, пока я, видите ли, не повзрослею. А может, сдержаться мне помогло то, что на салфетке, сложенной в четыре раза, был намалеван жирный восклицательный знак и криво написано: «Только тебе и Смерчику! От А. Ал.».

У меня глаза на лоб вылезли окончательно и устроились где-то в районе бровей.

– Женщинам всегда нужны деньги, – через какое-то время, все же заметив ее уход, вдруг вздохнул Никита. Он улыбнулся вслед хрупкой пепельной блондинке, которая была уже около выхода. Эй, парень, ты что… тоже бабник, как этот гад Сморчок? Так уставился на кукольную блондинку. Ты смотри, Ник, Князя я еще прощу, но на остальных накладываю жесткое табу.

– Почему же? – невозмутимо спросила троллеподобная. – Нам нужна еще и любовь. Зачем деньги?

– Зачем деньги? Подарки тоже получать неплохо, – одновременно с ней сказала и я, с горя залпом выпивая мультифруктовый сок.

– От мужчин? – не была со мной согласна правильная одногруппница.

– От женщин тоже. От всех приятно, – холодно взглянула я на глупую Олю. Тут же мне в голову пришла мысль о том, что «тролль» уже как бы изначально содержит в себе имя «Оля». Я, нервно сжимая в руках салфетку, засмеялась – от переизбытка всяческих эмоций.

Ник только ладони вверх поднял, как будто бы хотел сказать «сдаюсь», а Дэн назвал «киской» и попросил быть чуть более приличной и не такой прямолинейной.

– Девушка, можно с вами познакомиться? Вы такая красивая и одинокая. Девушка, ну стойте же! Девушка! – никак не могли молодые и нахальные парни оставить в покое хрупкую пепельную блондинку с большими зелеными глазами. Она спешила к выходу из парка, а они сидели на широкой лавке, веселясь и уничтожая пиво, где и приметили ее.

Девушка была похожа на самую настоящую куколку, и молодые люди, которым сугубо мужская компания поднадоела, были бы не прочь поиграть с ней. Однако куколка сама предпочитала играть с людьми. В очаровательную игру под названием: «Я не такая плохая, или Как избежать статьи 158 Уголовного кодекса РФ».

– Девушка, ну что же вы такая скромная! – догнал блондинку один из парней. И даже дотронулся до ее предплечья – чтобы остановилась.

– Иди куда подальше, косомордый тарантул, – прошипела, не замедляя шаг, изящная куколка с точеными плечиками.

– Что? – оторопел молодой человек. Нет, не от самой фразы, а от раздраженного агрессивного тона, который никак не вязался с милым элегантным образом.

– Проваливай, – бросила на ходу зеленоглазая красавица.

Изумленный юноша взял себя в руки и попробовал еще раз:

– Ну зачем же так хамить? Давайте, вы лучше…

– Пшел вон.

– К-хм… Вы меня своей красотой наповал сразили!

– Наповал? – соизволила обернуться блондинка, – что-то я не вижу перед собой мертвеца, мальчик. Или ты очень активный покойник?

– Я очень даже живой! Я – Алексей, а вы? – неудобно было юноше перед друзьями отступать от гордой языкастой красотки. – Как ваше имя? Вы так выглядите, что вас съесть хочется.

«Куколка» все же остановилась. Оглядела презрительно юнца, которому явно было не больше восемнадцати, склонила белокурую головку набок, покатав по щекам язык, и дала, без сомнения, очень ценный жизненный совет, правда, трудновыполнимый:

– Дармоед хренов, поешь своих кишок со сметанкой и перчиком, может быть, тогда у тебя отпадет желаньице приставать к людям?

И девушка направилась дальше, оставив юношу в недоумении.

– Какая горячая малышка, – только и смог прошептать тот.

«А зовут меня Аладдином, но тебе это знать необязательно, парнишка», – подумала блондинка, оглянулась, проверяя, никто не идет ли следом за ней. Вновь каблучки задорно застучали по асфальту.

Сначала Анька чувствовала себя почти героем: выполняла одновременно два задания. Резвилась с поручением красавчика Смерчика, а заодно обхаживала богатого папика, имеющего нехилые капиталы, которыми ему просто необходимо было поделиться с окружающими. О том, что нужно будет делиться, мужчина, естественно, пока не знал, и сама Аня ему этого не говорила, чтобы не расстраивать, – юная воровка знала, что заносчивый бизнесмен не захочет делать этого.

Чтобы «переубедить» мужчину, она активно использовала образ «невинности и скромности» и поэтому больше старалась молчать и слушать важные пафосные речи стареющего павлина, чем нравилась ему все больше и больше. Ну, и внешний вид, конечно, сыграл в симпатиях очень важную роль. Он вообще всегда ей помогал, ее вид.

Кстати, с папиком она встретилась сразу же после того, как поговорила с милым пареньком Денисом и его забавной девчонкой Бурундуком, сменив, естественно, любимый красный костюм, кепку и кроссы на открытое коктейльное платье. Потом же зеленоглазой мошеннице пару раз пришлось папика покинуть из-за необходимости переодеваться – а это она делала практически мгновенно, чтобы встретиться с помощниками Смерчика.

Если работа с богатым бизнесменом, которого она с трудом затащила в парк, должна была принести девушке доход, то работа с харизматичным красавцем – удовольствие. Анька Аладдин была девушкой рисковой и, несмотря на то что ей шел двадцать шестой год, любила дурачиться, поэтому и согласилась помочь «миласику», как она то ли ласково, то ли ехидно прозвала про себя Дэнни. Да и помощники у Смерча были забавные, вернее, один из них, которого она видела впервые, показался ей таким. С «помойкой»-то Анька сотрудничала давным-давно, именно он ее со Смерчем как-то и познакомил. А вот малыш Черри показался ей прямо-таки «новой кровью», которую очень хотелось попробовать!

Высокий, с «переломленными» бровями и резкими чертами лица, подтянутый, даже жилистый, этот зеленоволосый взрывной мальчишка с татуировками ей тут же понравился. Он не был ни таким милашкой, как этот «плюшевый зайка Дэнчик», но, как уже девушка замечала ранее, именно панка ей очень хотелось немного повыводить из себя. Боже, как он орал и прыгал вокруг нее, когда она немного «поиграла» с его вещами – прибрала их себе! Просто загляденье! А как затравленно глядел, когда она коснулась его руки! А что он будет делать, если она полезет к нему целоваться!

Да, с ним она немножко повеселилась, хотя Черри – вот же имя дурное! – и воспринимал ее как малолетку-дурнушку. Анька веселилась бы с ним и дальше, но, увы, в этот вечер ее внезапно покинула привычная и такая любимая сестренка-фортуна, и воровка сделал кое-что не так.

Вернее, решила украсть деньги немного не у того человека. Нет, Дэнчика она не винила – как такого красавчика можно в чем-то винить. На него можно только любоваться и балдеть. Нет, Аладдин винила себя. В том, что неправильно подошла к делу и даже лица «клиента» не посмотрела, прежде чем начать работать… Увидела спину и успокоилась. Раньше девушка такой беспечной не была и знала, кого можно щипать, а кого нет.

Прощай, папик, прощайте, его милые хрустящие денежки, крахмально-белоснежные банковские чеки и прохладная гладь кредиток… Не получилось с ними ничего сделать, а ведь на них у Аньки были огромные планы: мошенничеством блондинка занималась куда чаще и охотнее, чем карманными кражами: с них она начинала, оттачивая с юных лет воровское мастерство, а потом, как и положено, профессионально подросла, став опытной артисткой-аферисткой.

Жаль, не получилось хоть немного улучшить собственное благосостояние. Мало того, еще и заплатить пришлось. Не своим, конечно, драгоценным налом, а папиковским, тем, что у него был с собой в кожаном пухлом кошельке, но его-то деньги Аннета уже явно считала собственностью, и получилось так, будто бы она расплатилась своими почти «кровно заработанными».

Да и на руке теперь от сильной хватки чужих пальцев наверняка синяк останется. Так запястье стиснуть – это уму непостижимое жестокое обращение с девушками! И чувство полнейшей профессиональной непригодности теперь еще долго будет шагать рядом с пепельной блондинкой, весело насвистывая любимый репертуар из шансона. Обидно, однако, что так вышло. Что ее поймали. К тому же такой человек. То, что он в знак компенсации забрал ее деньги – на самом деле ерунда.

Анька вздохнула и потерла узкое запястье, которое слегка саднило. Но сердце саднило больше – из-за потерянных денег, но сильнее из-за опасности, в которую Анька чуть не попала. Даже странно, что ее отпустили так легко. А Смерчик неужели не знает, с кем решил поиграть? Вот очаровательный глупышка. Кстати, все из-за тех же чувств симпатии Дэна с его забавным Бурундуком она предупредила, написав записку, короче, все сделала по-честному. А честность приходила на огонек в мятежную и бурную душу блондинки очень редко. То, что Дэнчик решил ее подставить, или это решил сделать Помойка, ясен пень, Анька не верила. Никто ведь ничего не знал…