Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

В последующие дни три вампира продолжили пробивать себе путь в кишках горы. В стремлении изгнать захватчиков из своих земель, трупоеды волнами накатывались на них, подгоняемые ревущими вождями. Вновь и вновь повторялась сцена из первой пещеры. Кадар кричал слова вызова, и Вораг схватывался с разъярённым вождём между двумя силами. Некоторые из этих противостояний заняли больше времени, чем другие, а некоторые длились всего лишь пару секунд. Как бы то ни было, жестокостью и силой Вораг превозмогал в схватках, увеличив за эти дни свою коллекцию голов вождей с двух до двенадцати. Каждый раз каннибалы, находившиеся всего лишь в паре шагов от вампиров, снедаемые жаждой наброситься на захватчиков, отступали и скрывались во тьме: забирая своих товарищей и молодых, они уходили всё глубже и глубже в недра горы.

Наконец, трупоеды прекратили с ним вообще всякую борьбу. В течение нескольких дней Вораг сотоварищи проходил один пустой туннель, одну пустую пещеру за другой, следуя по следам, оставленным бегущими существами. Это было нетрудно: те даже не пытались скрыть свои следы. Вораг чувствовал что-то, бьющееся в стенах и потолке, словно сигнал. Когда он, наконец, понял, что это такое, то остановился и расхохотался, испугав при этом Санзака и Кадара.

— Слушайте, — прорычал он. А затем громче. — Слушайте!

Сначала звук был слабый. Пронзительный шёпот, который рос, отражаясь эхом от стен невидимых пещер и туннелей, пока не превратился в скрежещущий вопль. Санзак выругался, а Кадар с рычанием отшатнулся, сверкнув в темноте клыками. Вораг вновь рассмеялся и хлопнул в ладоши.

— Я слышу тебя, — ответил он, добавляя свой вой в грохочущий оскал.

— Что это за шум? Что они делают? — спросил Санзак.

— Что сделали варвары в Убежищах, когда мы сокрушили их первых вождей? — ответил вопросом Вораг. — Они распространяют слово. — Он врезал кулаком в стену туннеля, через который они двигались. — Они зовут нас к войне, Санзак. Они создают последний союз. Ха! — Вораг захохотал, раскинув руки и неестественно широко распахнув челюсти. — Приди, приди!

Он бросился вперёд, опередив двух других вампиров, и, перейдя на бег, понёсся вслед за звуком к его источнику.

Когда он нашёл его, то остановился, позволяя своим спутникам нагнать его. Трупоеды ожидали их, наблюдая за ними.

— Засада, — прошипел Санзак, инстинктивно потянувшись к мечу.

— Нет, — сказал Вораг, широким взмахом руки оттесняя Санзака себе за спину. Он посмотрел на Кадара, который облизал губы и кивнул. Вораг улыбнулся и посмотрел на ближайшего трупоеда.

— Веди, — сказал он.

Каннибалы не двинулись в сторону вампиров, вместо этого они сомкнулись вокруг, наподобие почётного караула, посланного сопроводить захватчиков к месту, где их ожидало …что?

Все вместе они двинулись вглубь пещеры, и вой поднялся во тьме вокруг. Красные глаза наблюдали за ними из укромных уголков, и трещин, и иных скрытых пространств лабиринта. Острый слух Ворага уловил скользящий, заполнивший тишину звук сотен ног, двигавшихся повсюду вокруг них, словно река живой плоти. Племена трупоедов снова пришли в движение, роясь в окружающей темноте, невидимые, но слышимые. Вораг облизнул клыки.

Наконец, они достигли конца туннеля, и перед ними раскинулась гигантская пещера, подобной которой им ещё не приходилось видеть. Стены туннеля, казалось, вибрировали от шума, исходящего из неё, и эскорт заскулил и зарявкал друг на друга в возбуждении.

— Что это за место? — спросил Санзак.

— Последний оплот, — ответил Вораг, крутя головой по сторонам.

Кадар рассеянно кивнул.

— Вроде того. Кажется, у них всё-таки есть немного разума.

— Достаточно, дабы учуять угрозу своему господству, по крайней мере, — сказал Санзак, настороженно поглядывая на сопровождение. Его рука опустилась на рукоять меча. — Мы объединили их против общего врага. Судя по звуку, здесь собрались все трупоеды, живущие в этой проклятой горе.

— Хорошо. Это облегчит нашу задачу, — ответил Вораг.

Он вышел из туннеля и вступил в огромную пещеру с неровными стенами. Это напомнило ему улей, только вырезанный из скалы: огромные соты из каверн и уступов, чтобы все могли видеть свершаемое в центре пещеры. Ранее это место, вероятнее всего, было частью шахт Нагашиззара, но за прошедшие века, после того как любители мертвечинки вырывали его из лап крысолюдей, оно стало чем-то иным. Это было сердце их царства, и укромные уголки были забиты черепами людей, трупоедов и скавенов. Широкие жилы абн-и-хата, вьющиеся по стенам и потолку пещеры, погружали всё вокруг в странное свечение, яркое, будто тысячи зажжённых факелов, и в этом сверхъестественном свете тысячи и тысячи трупоедов прыгали и вопили. Шум бился вокруг них, подобно водопаду, и Кадар с Санзаком вздрогнули.

Вораг поднял подбородок, позволяя шуму омыть его. Это была музыка для его ушей. Последние вожди каннибалов с опаской смотрели на него с возвышения в центре пещеры. Они выглядели как побитые собаки и с каждым шагом Ворага, чьи руки расслабленно висели вдоль тела, вглубь пещеры, становились всё взволнованнее.

Съёжившиеся лидеры стай сгрудились вокруг увесистого куска чистейшего абн-и-хата, вюрд-камня, выступающего из пола пещеры, подобно мягко святящемуся нарыву. На его вершине сидело существо, на которое охотился Вораг, хотя и не понимал этого, до сих пор.

— Король, — пробормотал он. — Ну, конечно.

Трупоед превосходил любую родственную ему тварь, которых Вораг встречал на своём пути. Это было выше и шире, чем сам вампир, даже сидя; с длинными руками, по-обезьяньи волочившимися по земле, и вытянутым, практически волчьим, черепом. Его толстые запястья защищали браслеты из потускневшего и мятого золота. Оно носило остатки варварской брони, изъеденной ржавчиной до практически бесполезного состояния, его жирную плоть покрывали свидетельства ритуального шрамирования. Один глаз пересекал старый шрам, в пустой глазнице блестел кусок грубо обтёсанного абн-и-хата. Ожерелье из фаланг пальцев и зубов стучало на его бычьей шее, а грудь и потрясающее брюхо скрывали подрумяненные, расколотые черепа, связанные сплетённой из тяжёлых прядей верёвкой.

Это был воистину король своего вида, пусть и был он всего лишь повелителем червей. Он задумался, как существо пришло к этому положению и сколь многих из своего собственного рода ему пришлось убить на пути к возвышению. Был ли его путь к власти зеркальным отражением того, которым ныне прошёл Вораг, или же он шёл более трудным путём, путём завоевания? Впрочем, это было неважно, важно было лишь то, что именно к этому существу бежали трупоеды, именно под сенью его силы искали они защиты.