Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

После недолгого молчания, Вораг спросил: — И что ты предлагаешь?

— Восток, — ответил Санзак. — Равнина Костей, — он отступил от гроба. — Я думаю, что есть причина, по которой Нагаш сделал свою остановку именно здесь. Гниющий ветер дует с востока, неся обещание старой смерти. Он накормил его, сделал сильным, и то же может сделать и с ней. В тех бесплодных землях много смертей, и там мы сможем найти то, что нам нужно.

— Ты уверен в этом? — спросил Вораг спустя некоторое время.

— Нет, — прямо ответил Санзак. — Я ни в чём не уверен, когда дело касается нашего рода. Но я верю.

— Готов ли ты поставить на кон свою жизнь за эту веру?

— Моя жизнь всегда была твоя, ты можешь сделать с ней всё, что хочешь, Кровавозубый. Что бы ты не думал обо мне, но я всё ещё твой верный слуга, — ответил Санзак и, выпрямившись, встретился с красным взглядом Ворага.

— В`соран увидит в этом измену, когда узнает.

— И что, — ответил Санзак. — Он должен был уже привыкнуть к этому, неприятно, как он сам.

Вораг рассмеялся и хлопнул Санзак по плечу.

— Я рад, что не убил тебя, старый друг.

— Да, — ответил Санзак, потирая плечо. — Я тоже.

— Независимо от того, в каком направлении мы пойдём, нам по-прежнему будет нужна армия, — задумчиво произнёс Вораг. — Хотя бы для того, чтобы держать В`сорана подальше от наших спин.

— Тогда ты по-прежнему хочешь пойти в те туннели?

— Больше, чем когда-либо, — усмехнулся Вораг. — Пошли. Чем раньше начнём, тем быстрее закончим.

Вораг прошёл мимо Санзак и, откинув полог паланкина, вышел наружу. Не останавливаясь, он спрыгнул на землю и увидел Кадара, прятавшегося рядом. Он улыбнулся.

— Кадар, — сказал он. — Готовься колдун. Мы идём во тьму.

— Что? — заморгал колдун от удивления и подозрения.

— Санзак будет сопровождать нас. Остальные будут ждать здесь, — Взгляд Ворага наполнился раздражением, когда его приказы вызвали ожидаемые протесты. Не из любви к нему, подумал он, но всего лишь из-за того, что немногие стригои могли спокойно ждать, когда битва была не за горами. Единственным рыком он заставил их всех умолкнуть.

— Вы будете ждать здесь, — рявкнул он, заглушив даже самых громких ворчунов. — Скоро будет достаточно крови. Но сейчас вы будете ждать. — Он оглядел своих последователей, и каждый, чей красный взгляд встречался с его, отводил глаза. Даже ещё до того, как они получили дар Ушорана, айалы и агалы стригоев постоянно интриговали, чтобы добиться влияния над своими собратьями. В настоящее время, это было, если угодно, более цивилизованно. По крайней мере, сейчас было труднее воткнуть нож в спину соперника, так как далеко не факт, что этого было бы достаточно, чтобы убить того. Вораг был ветераном змеиной ямы, которой являлся двор Ушорана, и ожерелье из клыков, вырванных из пасти врагов, было ярким тому свидетельством.

Убедившись, что они подчинятся его приказам, Вораг отправился обратно к склону горы. Как только он вернулся на место драки, в ноздри ему ударил запах свернувшейся крови и страха. Гниющие приспешники Кадара уже перетаскивали трупы каннибалов вниз, чтобы влить их в ряды армии Кровавозубого. Когда Вораг достиг трупа вождя трупоедов, он наклонился и легко поднял его, а затем одним жестоким рывком оторвал голову от тела, после чего привязал кровавый трофей к поясу за волосы.

— Вораг… — начал Санзак, и Вораг повернулся к двум другим вампирам.

— Ты никогда не сомневался во мне раньше, мой старый друг. И я надеюсь, не станешь этого делать и сейчас, — прервал Вораг своего старого товарища с лёгкой улыбкой на устах.

Поколебавшись, Санзак всё-таки склонил голову в знак согласия. Вораг обратил свой взор к Кадару, сжимавшему свой посох, и нахмурился.

— Ты говоришь на языке трупоедов, некромант? Ты знаешь их обряды?

— Да, — осторожно ответил Кадар. Именно по этой причине, как утверждалось, он был выбран. Из всей своры приспешников В`сорана именно Кадар лучше всех понимал жалкую пантомиму, которая служила пожирателям трупов в качестве средства общения.

— Хорошо, — сказал Вораг. — Ну что ж, тогда пошли.

Он двинулся вверх по склону, направляясь к большой, зияющей дыре, из которой появились костоглоты. Их вонь усиливалась с каждым шагом, подводящим их всё ближе к дыре, и Вораг знал, что благодаря этому, отследить их внутри лабиринта туннелей не станет излишне серьёзной проблемой.

— В чём состоит ваш план, о великий, если мне позволено будет узнать? — вкрадчиво спросил Кадар. — Я полагал, что мы внушим благоговение перед нами этим жалким мозгоедам, если погоним стадо перед собой, как и полагается для столь жалких существ.

— И скольких бы мы потеряли при этом, колдун? — ответил Вораг, приостановившись перед входом. — Нет, когда-то они были людьми, такими же, как и мой народ. И если то, что ты и твой хозяин рассказали мне, правда, то они всё ещё поддерживают определённые традиции…

Кадар моргнул, а затем медленно склонил голову.

— Ах, — сказал он. — Теперь я вижу.

— Я не могу позволить тебе так рисковать, — сказал Санзак.

— Ты позволишь, — ответил ему Вораг, похлопав по привязанной к поясу голове. — Помнишь, как мы согнули племена Южных Убежищ Стригоса, старый друг? Мы взяли скальпы их мелких корольков и положили к ногам Ушорана. Убей лидера стаи — убьёшь стаю.

— Разве они просто не выберут себе нового лидера?

— Да. Меня, — ответил Вораг. — А теперь, может нам стоит получить мою новую армию?

Они осторожно вошли в туннели. То, что увидел Вораг, соответствовало тому, что ему рассказали: спиралевидные червоточины, выдолбленные в камне горы бесчисленными поколениями живых и мёртвых. То, что началось с шахт Нагаша, было продолжено скавенами, а затем и трупоеды добавили свои туннели и тропы. В настоящее время Треснувший пик был полым, словно кость, из которой высосали весь мозг, и пронизан множеством тайных артерий. Просто поразительно, как он до сих пор не обрушился внутрь себя. Тонкие жилы странного зелёного камня, называемого абн-и-хат или вюрд-камень, испещряли стены туннелей, уходя вглубь горы.

Они не видели никаких признаков трупоедов, которых они разбили на склонах, но, на самом деле, Вораг и не ждал их. Племя распалось и, как и среди любых стайных животных, территория была захвачена более сильными, которые заставили сбежать остатки проигравших. Тем не менее, он последовал по их следам, выслеживая их на тёмных тропах, по которым они бежали. Они приведут его к следующему племени, он знал это.

— Это глупо, — пробормотал Кадар, поднимая свой посох, чтобы оставить очередную отметку в мягком камне. Даже, несмотря на то, что их вид отлично видел в темноте, да и мягкое, странное свечение абн-и-хата давало достаточно света даже в самых тёмных туннелях, всё же в таком лабиринте было нетрудно заблудиться. Поэтому Кадар ставил отметки на всём пройденном ими пути. Больше для себя, чем для них, как подозревал Вораг.