Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

— Моя королева, — прошептал Вораг. — Стрегга.

Она не ответила. Она не могла ответить, и не стала бы. В увядшей оболочке Стрегги Лупы не осталось жизни, утекло всё, всё до последней капли, вся жизненная сила, что впервые поймала его много десятилетий тому назад и крепко держала в своих сетях. Золотые волосы приобрели цвет инея, а плоть, что прежде походила на фарфор, ныне больше напоминала плохо выделанную кожу. Глаза, некогда полные хитрости и восторга, стали молочными невидящими шарами, а прекрасный рот — не более чем рваной прорезью.

— Трупоеды напали, как и тогда, когда вы пришли сюда с Нефератой. Как ты и говорила мне. Я выбросил их прочь, — тихо сказал он. — Я убивал их. Ты видишь? — он поднял окровавленный коготь и провёл по её увядшим губам. — Я иду во тьму. Я пришёл, чтобы попрощаться, — он замолчал.

Даже сейчас он не мог объяснить, почему привёз её сюда, или почему не сжёг её тело, как того требовал обычай его народа. Некий тёмный инстинкт, некий тихий шёпот в глубине его разума, предотвратил это. Иногда он молился Стригу и Шайе, и всем духам луны и ночи, чтобы однажды, всего один только раз, она села и прижала к нему руки, как делала это раньше, так часто. Он нерешительно потянулся, чтобы погладить её волосы. Смахнув жёсткие сухие пряди в сторону, он открыл взору рваную рану на горле. Ярость вспыхнула вновь, и он зашипел.

— Это был В`соран, ты знаешь это, — произнёс Санзак из-за его спины. — Он убил её.

Вораг замер, но лишь на мгновение. Он не слышал, как другой стригой последовал за ним, но он не был удивлён. Кроме Ворага, Санзак был единственным вампиром, который мог спокойно подойти к носителям паланкина.

— Я знаю, — ответил он. Именно поэтому он спрятал останки от старого монстра, а после притворился, что сжёг их.

Он осознал виновность В`сорана в тот момент, когда скелетоподобный вампир выполз из туннеля целый и невредимый, и один. Стрегга и её сёстры никогда даже не пытались скрыть своё презрение к В`сорану, ровно так же, как и он не скрывал свою ненависть к ним и их госпоже, Неферате. Возможно, они попытались убить его, но В`соран оказался сильнее. Возможно, всё было наоборот, и это В`соран ударил первым и его удар был успешен. Как бы ни было на самом деле, Вораг знал, кто был виновен, даже прежде чем Санзак признался в том, что вступил в сговор с тварью, чтобы помешать махинациям Стрегги.

— И всё же, ты позволяешь ему жить, — сказал Санзак, почти осуждающе. Он стоял у входа, держа полог закрытым за своей спиной.

— Как бы он служил, если бы я убил его? — ответил Вораг, не глядя на другого вампира. Он был — было — всё ещё полезно. В данный момент В`соран исполнял роль его кастеляна, хранителя с таким трудом завоёванной крепости на Горбатой горе и земли вокруг неё от их общих врагов. Хотя он и подозревал, что старая тварь хранит её больше для себя, чем для него.

— Это непохоже на Ворага, которого я знаю, — произнёс Санзак.

Вораг развернулся, оказавшись рядом с другим вампиром прежде, чем тот смог среагировать. Он схватил его за горло и легко поднял над полом. Снаружи один из могильных страшилищ издал ворчливый стон в ответ на внезапное движение внутри паланкина.

— Вораг, которого ты знал, убил бы также и тебя за участие в заговоре вместе с ним, Санзак, мой старый друг, — Вораг приблизил лицо Санзака к себе. — Он выпотрошил бы тебя в тот же миг, когда ты признался ему в своём вероломстве, и не стал бы заботиться о последствиях. Вораг, о котором ты вспоминаешь с такой нежностью, не стал бы играть в эти игры из манипуляций и утончённости, и оставил бы свой череп в качестве украшения на одном из длинных кольев во дворце Ушорана. — Он нежно сжал горло вампира, и тот зашипел от боли. — Но я прощаю тебя, мой друг. — Он бросил Санзака на пол паланкина, вызвав ещё одно недовольное хрюканье у носильщиков.

— И его? — прохрипел Санзак, лёжа на спине и потирая горло.

— Нет, — ответил Вораг. — Нет, время В`сорана придёт, также как и Ушорана. — Он отвернулся и склонился над гробом. — Но сначала время для других вещей.

— Я просто хотел помочь, — сказал Санзак. И он действительно хотел этого. Вораг был уверен в этом, так же как в виновности В`сорана. Санзак опасался возросшего влияния служанок Нефераты на Ворага. Он считал, что они хотели использовать его в качестве марионетки, дабы через него править Стригосом. Но он не хотел видеть Стреггу мёртвой. Если бы это было не так, то Вораг вырвал бы его коварное сердце из груди и высосал досуха. Всего лишь несколько столетий назад он бы всё равно это сделал, независимо от степени вины Санзака. Но он многое узнал от своей златовласой волчицы: терпение, осторожность и коварство.

— Позволив ей умереть, ты имеешь в виду? — Вораг издал резкий смешок. — Ах да, твоя помощь была очень своевременной, мой друг. Как я могу отблагодарить тебя? — он посмотрел на Санзака. — Может быть, мне стоит убить тебя за это? — он приподнял губу, продемонстрировав клыки, заполнявшие его рот. — Может быть, я так и сделаю…если у тебя, конечно, не найдётся причины, по которой мне стоило бы продолжать щадить тебя? — В последней фразе прозвучало столько же просьбы, сколько и угрозы.

Санзак поднялся на ноги.

— Я думаю…Мне кажется, что я, возможно, знаю, как сделать то, что ты хочешь.

— Как? — резко обернулся Вораг, внезапно насторожившись.

— Кровь — не единственная вещь, которая питает наш вид, — сказал Санзак. — Кадар и иже с ним являются достаточным тому доказательством, — он замолчал. Затем, не дождавшись от Ворага ответа, он подошёл к другой стороне гроба. — Они питаются материей смерти, так же как материей жизни. В`соран сам умирал уже несколько раз.

— Я знаю это. Сделай это с ней, — отрезал Санзак.

Санзак облизал губы.

— Он не мертва. Не по-настоящему. Небольшая искра всё ещё теплится. Если бы могли оживить её, раздув из искры пламя…

— Она проснётся, — хрипло закончил Вораг. Он посмотрел вниз на высохшее тело и провёл рукой по изгибу одной из впалых щёк.

— Возможно, — ответил Санзак. — Мои знания… не достаточны. Я многому научился, но я не некромант. Мне нужно время. И… — он замялся.

— Что? Продолжай, — сверкнул глазами Вораг.

— Мы не можем переместить её. Она должна испить из глубин смерти, в покое. Словно цветок, пьющий на солнце, — медленно произнёс Санзак. Он посмотрел вниз, на тело, и продолжил. — Это потребует времени и терпения, — он поднял взгляд на Ворага. — Чего у тебя не хватает, мой друг, — сказал он с вызовом. — Нет, если мы и дальше пойдём на юг, как планируется. В пустыне в изобилии будет смерти, но не безопасности, не мира. Она так и останется пустой шелухой.