Репортаж без микрофона - Котэ Махарадзе

«…А уж в 1953 году мы[7] решили посягнуть на чемпионский титул. И завоевали бы его, если бы не непредвиденные обстоятельства… За три игры до окончания первенства, когда команда шла в лидерах, меня перевели в московское «Динамо»… Обстоятельства сложились так, что отказаться я не мог…»

Как вам это нравится? Команда, как говорится без пяти минут чемпион, а у нее за три тура до конца первенства «отбирают» тренера. Какую цель могут преследовать такие оргмеры? Только одну — не дать этой иногородней команде «очемпиониться». Ведь до того и еще последующие десять лет чемпионами становились исключительно московские команды. Таков был неписаный закон, который выполнялся неукоснительно, пока сначала киевское, а затем тбилисское «Динамо» не нарушили его. Но это будет позже…

Интересно, на какие сложившиеся обстоятельства намекает Михаил Иосифович? Может, на приказ из МВД? Ведь председателем спортобщества «Динамо» формально всегда был министр внутренних дел. Значит, Якушину не предложили, а приказали перейти из одного «Динамо» в другое. Что он мог сделать, сам будучи подполковником, а может быть, уже и полковником той же службы?

Ровным счетом ничего. Чем могло быть чревато тогда невыполнение приказа министра МВД — нетрудно представить.

Я еще раз должен извиниться перед вами, дорогие читатели, за рваный ритм моего рассказа и бесконечные вставки. Но без них попросту никак не обойтись. Я уже рассказал о Борисе Соломоновиче Пайчадзе и мало что сказал о другом лидере первого поколения динамовцев — Гайозе Ивановиче Джеджелава. Он трижды подряд назывался лучшим правым крайним в списке «55 лучших футболистов Советского Союза» (затем этот список претерпел метаморфозу и превратился в другой — «33 лучших»). Более того, когда в СССР впервые были названы 10 лучших атлетов гола всего советского спорта, Джеджелава был единственным грузинским спортсменом, попавшим в первую десятку.

Любовь к Гайозу Джеджелава в Грузии была огромна. Ему посвящали поэмы и стихи, красочные полотна и карикатуры, портреты не только грузинские поэты и художники. Прекрасное стихотворение посвятил ему Евгений Евтушенко. Вот несколько строк из него.

С каким изяществом грузинскимОн шел в крутящейся пурге.Как будто так он и родился —С мячом, приклеенным к ноге…И как прекрасен твой, береза,Летящий по ветру листок,Прекрасен был удар Гайоза,«Сухим листом» наискосок.

Гайоз Иванович жив, здоров. Ему исполнилось 87 лет. Пожелаем же здоровья и долголетия живому символу прекрасного прошлого тбилисского «Динамо»…

Теперь расскажу об аудиенции Пайчадзе и Джеджелава у Берия. Футболисты сами поведали мне об этой встрече, так что за достоверность можно поручиться. Спортсмены настойчиво искали возможность увидеться со всемогущим Лаврентием Павловичем для решения ряда проблем: не имелось у команды мало-мальски приемлемой базы, тренировочных полей, спортинвентаря и др. И вот встреча состоялась. В юношеские годы Берия сам был футболистом и довольно хорошо разбирался в вопросах футбола. Естественно, он благоволил к Пайчадзе и Джеджелава — лучшим игрокам «Динамо». Внимательно выслушав посетителей, пообещав помочь, Берия перешел на непринужденную беседу — о том, о сем. Наконец он как бы ненароком обронил:

— На каком вы месте сейчас?

— На втором, — ответили футболисты, — а если бы судьи были более объективны, могли быть и на первом.

— А кто на первом?

— Московский клуб…

Берия изменился в лице, резко встал и сказал:

— А ну-ка, вставайте и идите отсюда. Ты посмотри на них, они на втором месте после Москвы, впереди всех других республик, и еще недовольны! Москва есть Москва, она всегда должна быть первой — хорошенько зарубите себе это на носу!

Разговор был закончен.

Берия выполнил все, что обещал, но футболистам более не привелось с ним видеться.

Этим рассказом, который я привожу со слов самих Бориса и Гайоза, хочу внести ясность в набивший оскомину слух о том, что Берия помогал тбилисцам, непосредственно вмешиваясь в вопросы судейства, опротестовывал матчи, назначал переигровки. Побойтесь Бога, господа! Какие такие переигровки были нужны всевластному Берия, по одному мановению руки которого пустился бы в пляс весь Спорткомитет СССР?..

В 1940 году тбилисское «Динамо» боролось за золото с динамовцами Москвы. Две динамовские команды пришли к финишной прямой с равными результатами… И вот решающий для южан матч в Сталинграде с местным клубом. Судьей матча был назначен сталинградец Мальцев, который и сыграл решающую роль в победе хозяев поля со счетом 2:1. Сомневаетесь в моей объективности? Что ж поищите тогда газету «Красный спорт» от 29 октября 1940 г. № 54, почитайте и убедитесь. Чемпионами стали москвичи, тбилисцы же второй раз подряд стали вице-чемпионами.

В ту пору тбилисцы несколько раз подряд были вторыми. Как-то я встретил великого эстонского шахматиста Пауля Кереса. В юности он был признан вторым после Алехина, снова вторым — уже при Тигране Петросяне. Увидев меня, он широко раскрыл руки и воскликнул:

— О, мое любимое тбилисское «Динамо»! Меня в Эстонии так и называют: «вечно второй Керес». Ваши ребята — тоже «вечно вторые»…

Может, кто-то вспомнит: бывало ли такое, чтобы в середине футбольного чемпионата СССР из класса «А» (теперешняя высшая лига) выдворили бы какую-нибудь команду без всяких на то причин, без всякой аргументации? Такое имело место в 1940 году. Вопреки всяким футбольным и гражданским законам, в пику всем утвержденным правилам в середине спортивного сезона из высшей лиги изгоняется — другого слова я не нахожу — тбилисский «Локомотив». За что, за какие прегрешения? Да, команда не ахти какая, к тому времени она находилась на последнем месте, но разве мало было и есть команд слабых и ничем не выделяющихся, из года в год преспокойно играющих в высшей лиге? До конца турнира оставалось еще много игр. Кто или что, кроме спортивных показателей и итогового результата, могло послужить причиной исключения из лиги?

Конечно же, тбилисский «Локомотив» уступал в классе старожилам высшей лиги. Но свое место среди лучших команд страны он завоевал в честной спортивной борьбе. Годом раньше, в 1939 году, занял второе место среди 23-х команд второго эшелона, к тому же победив московскую команду «Крылья Советов», занявшую первое место.

Никто не имел право изгонять тбилисцев из высшей лиги до конца розыгрыша. Вот если бы они до конца чемпионата не смогли повысить уровень игры и уйти с последнего места, то в силу вступили бы обычные правила и «Локомотив» без всяких обсуждений вернулся бы во второй эшелон — и все! Неужели кто-то может серьезно думать, что кто-нибудь посмел бы незаконно и бесцеремонно изгнать грузинскую команду, если бы действительно существовала подчеркнуто теплая забота о ней там, «в верхах»? Разве это не пример безразличия (если не сказать больше) Лаврентия Берия и других высших чинов к судьбе своих соотечественников? Все равно не верится? Тогда спокойно поразмыслите — вспомните, почему в течение всех лет существования СССР не покидали высшую лигу некоторые иные команды, занявшие по окончательным итогам последние места…